Мнения / Кризис на Украине

Subaru Forester для «побратимов» Семенченко

Бывший майор харьковского «Беркута» Дмитрий Собина о мародерах «АТО»

  
10715
Subaru Forester для «побратимов» Семенченко
Фото: Zuma/TASS

Киеву всё труднее скрывать правду о происходящем в зоне «АТО». У многих украинских добробатов — свои скелеты в шкафу.

Сейчас из этого шкафа полезло такое, что даже защитник «обиженных атошников» Генеральный прокурор Украины Юрий Луценко стыдливо отводит глаза и помалкивает «в тряпочку»… Аваков и Геращенко, покрывающие свое карательное детище, предусмотрительно отошли в сторону от «торнадовских» и других скандалов… Татьяна Черновол, неоднократно посещающая зону боевых действий, наконец, рассмотрела страшные злодеяния недавних «героев».

И только Семенченко с «побратимами» орет до хрипоты о ненадлежащем отношении к арестованным коллегам из подразделения «Торнадо». С чего бы вдруг? Многие из «побратимов» понимают, что за ними тянется заметный черный след. В Донбассе они занимались беспределом под лозунгами патриотизма. У них даже новое выражение появилось: «отжать у сепаров». На этом «отжиме» базировались их «коммерческие проекты». Как бы ни старались кураторы добровольческих батальонов затирать следы преступлений, тайное становится явным. Уже и западные партнеры всё чаще бывают шокированы циничной жестокостью добробатовцев, их презрением к общечеловеческим ценностям.

Со временем накапливаются многочисленные свидетельства о творимых карателями бесчинствах в объятых войной городах и селах Донбасса. Об одном таком преступлении рассказал бывший сотрудник харьковского «Беркута» Александр, которому не раз довелось находиться в зоне «АТО».

***

Службу мы несли на блокпосту за Изюмом. Смены — по двенадцать часов. Днем одна группа, а на ночь заступает другая. От Изюма до Славянска — 40 километров. Правда, бои уже шли за Краматорском, но основные силы ВСУшников находились под Славянском.

Наша группа дежурила днем. Машин на трассе почти не было — не то, что три дня назад, когда велось активное наступление. Тогда забитые под крышу нехитрым скарбом беженцев автомобили шли почти сплошным потоком. С белыми повязками на зеркалах или с развевающимся куском белой простыни, прижатой задним стеклом машины, мирные люди бежали от войны. Бросали всё свое нажитое имущество и уезжали прочь, пытаясь спасти главную ценность — жизнь. Белые повязки выполняли свою функцию — по машинам стреляли редко. Но снаряды и мины не различали этих мирных знаков. Иногда побледневшие водители останавливались на посту, чтобы посмотреть на дырки в кузове от осколков, а то и от пуль. Многие люди интересовались у милиционеров, работает ли таможня между Украиной и Россией. Они не хотели оставаться в стране, которая убивала своих граждан, отбирала у них всё, оставляя только синий паспорт, которым уже не дорожили…

Эвакуатор «Мерседес» с яркой красной кабиной появился на горе и неспешно катился в сторону поста. На платформе у него покачивался серый легковой автомобиль. Увидев машину, «гаишник» напрягся и принял стойку, как охотничий пес, учуявший близкую дичь. Взмах полосатого жезла — и, мигая правым поворотом, автомобиль паркуется у обочины.

В кабине «Мерседеса», кроме водителя, сидят, тесно прижавшись друг к другу, два недоросля с жидкими бороденками, в «натовских» камуфляжах. Один из них, вальяжно распахнув дверь и выглянув из кабины, с ленцой растягивает слова: «Эй, командир! Какие проблемы? Мы с войны едем. На сутки в „увал“, а ты нас задерживаешь. Батальон „Донбасс“. Может, слышал?»

Не обращая внимания на разговорчивого вояку, «гаишник» общался с водителем.

Бывший сотрудник «Беркута» (недавно расформированного), увидев у отпускника висевший на боку пистолет, подошел поближе. «Документы есть?», — строго спросил он у пассажиров. «Конечно, братан! Мы же коллеги!», — сидящие в машине громко заржали. Боец заметил наколку на указательном пальце руки, протягивающей ему удостоверение: четыре точки с пятой посередине — «один в четырех стенах». В удостоверении было написано: «…на должности милиционера…»

Сзади подошли «гаишник» и водитель эвакуатора. «А где документы на машину?» — милиционер кивнул головой в сторону платформы, где стояла серая Subaru Forester без колес. Прожженного вояку как подменили. Он выпал из машины и минут десять на повышенных тонах пояснял «гаишнику», тыча шеврон «Донбасса», что он кровь проливает, а ему, герою, в тылу житья не дают. «Нет документов? Петрович, давай группу вызовем и на райотдел, пусть забирают», — вмешался, не выдержав, спецназовец.

Из машины вылез второй «побратим» и повернулся к милиционеру. Увидев на правом рукаве шеврон «Беркута», процедил сквозь зубы (этот говорил по-украински): «А… Беркутня! Вас еще не всех разогнали?» Потом обратился к «гаишнику»: «Эту машину мне моя тетка под Краматорском подарила. Можете съездить — проверить». «Ваши тетки уже столько надарили, что на разборках в Харькове подарки девать некуда», — ответил «беркутовец». И позвал напарника. «Мало ми вас на майдане попалили!» — не унимался отпускник. «Наверное, забыл, как палкой массируют хребет?» — не остался в долгу боец.

Видя, что назревает конфликт, «гаишник» поспешил вмешаться: «Я так понял: техпаспорт на машину отсутствует?» И — уже обращаясь к водителю: «Перепаркуйте машину немного правее».

Спецназовец по телефону вызвал группу. Через полчаса следователь уже описывал машину. «Побратимы» повисли на телефонах, обзванивая всех знакомых. Через час эвакуатор в сопровождении дежурной машины уехал в сторону райотдела, увозя в своей кабине двоих «милиционеров» из батальона «Донбасс», зыркающих с ненавистью. Высунувшись в окно, один из них крикнул в сторону стоящих на посту: «Еще побазарим, с. и!» Ему никто не ответил.

Еще через час к посту подлетела «Шкода» начальника Изюмской милиции, резко затормозила… «На хрена вы их трогаете?! Люди воюют, а вы им жизни не даете. Ну, едут они — и пусть едут. Что их останавливать?» Выскочив из служебной машины, полковник, худощавый, невысокого роста, с поломанным носом и побитым оспинами лицом, сразу взял «быка за рога». Ему не нужны были пояснения милиционеров, что машина «отжатая». Он кричал: «Мне уже и Геращенко об этой машине звонил, и начальник управления. Уже уши красные!». Уезжая, еще раз предупредил: «Не трогайте вы эти „Донбассы“, „Айдары“ — от них один геморрой».

Ближе к вечеру мимо ошарашенных милиционеров — назад, в сторону Славянска — пролетел пустой эвакуатор, в котором пили пиво и громко ржали уже пьяные «защитники» украинского народа. «Наверное, к тетке за очередной машиной поехали», — высказал догадку «гаишник». Все стоящие прекрасно понимали, что из райотдела «побратимов» отпустили, они сдали машину на запчасти и теперь возвращаются — помогать местным жителям расставаться с имуществом… «Кому война, а кому и мать родна! Иногда хочется полоснуть очередью по этим…», — не закончив фразу, спецназовец забросил за спину автомат и пошел внутрь блокпоста.

Новости СМИ2
Новости 24СМИ
Новости Лентаинформ
Последние новости
Цитаты
Михаил Ремизов

Президент Института национальной стратегии

Сергей Обухов

Член Президиума, секретарь ЦК КПРФ, доктор политических наук

Комментарии
Новости партнеров
Фоторепортаж дня
Новости СМИ2
Новости 24СМИ
Новости Лентаинформ
Новости Финам
Рамблер/новости
Новости НСН
Новости Жэньминь Жибао
Новости Медиаметрикс
СП-ЮГ
СП-Поволжье
В эфире СП-ТВ
Фото
Цифры дня