Мнения

Тяжкий год для либеральных кликуш

Ричард Семашков о мещанской идеологии предсказателей несчастий

  
9096
Тяжкий год для либеральных кликуш
Фото: Вячеслав Прокофьев/ТАСС

Тяжкий год для либерала. Он хочет как хуже, а выходит как всегда.

Он расстраивается, переходит на привычную для него истерику, грозит пальчиком в небо: «Я тебе! Ты у меня!»

В принципе, либералов понять можно. Они все поставили на кон. И тут пусть весь мир провалится, лишь бы им латте вовремя принесли, и их точка зрения взяла верх.

На кону все. Следующий шаг — полное банкротство. Страх ожидания порождает истерику.

Сейчас в России весь либеральный дискурс построен на ожидании трагедии, на кликушестве. Создается ощущение, что если небо упадет на землю, то эти люди будут только рады. «Мы же говорили!» — скажут они и облегченно выдохнут.

Современные кассандры кличут несчастия. И очень печалятся, когда эти несчастия обходят нас стороной, а мы все не падаем в тартарары.

Год назад, когда Россия вошла в Сирию, они тут же проиграли все наперед, провели прямую аналогию с Афганской кампанией, называя нас маразматиками, которые не помнят уроков истории.

Они очень хотели, чтобы в Сирии Россия получила «второй Афганистан», тогда была бы доказана их правота. С абсолютной убежденностью они кричали, что успехов там не будет, а будут только гробы, гробы, гробы. А успехи есть, и они страшно раздражают!

А сколько было разговоров про Украину? Где все эти прогнозы? В Киеве тем временем нервно ёрзают, потому что ситуация вокруг них складывается всё хуже и хуже, да и про любимую Савченко, за которую некоторые переживали больше, чем за собственную мать, никто больше не говорит, не вспоминает.

Напряжение сквозит в отношениях с Турцией. Вот он, казалось бы, чаемый джек-пот. Но и здесь промах. Вся конфликтная ситуация вскоре объяснилась клубком сложных внутренних противоречий в самой Турции. Там тоже часть общества мечтает, чтобы было хуже.

А весь этот хайп по поводу Клинтон и Трампа, когда мы рассуждали о том, что Америка меняется? Нам говорили, чтобы мы молчали, что мы ничего в этом не понимаем, что это невозможно. Америка — это святое! Не нам её обсуждать. И вот, пожалуйста.

Именно кликушество приводит к радостным восторгам по поводу случившихся трагедий. Умерли люди от «Боярышника» — из этого, не скрывая восторга, развернут целую философию, где «Боярышник» станет мертвой водой для всей отечественной цивилизации, для всего нашего кровавого Мордора. Упадет самолет — рукоплещут. Ввязались в войну — ждут смертей. Если надо, могут и в храме поскакать, лишь бы накликать беду.

Они ведь и вопрос о человеке ставят постоянно, о его полной деградации. Ну еще бы, проклятые большевики подчистую уничтожили генофонд нации, и приходится иметь дело с тем, что осталось. Но и тут ничего не получается. Две смерти: гибель Моторолы и Елизаветы Глинки опровергли это. С человеком ничего катастрофического не происходит. Герои и святые среди нас.

Или феномен Зои Космодемьянской, о котором вспомнили самым пошлым и примитивным способом. Ее хотели в очередной раз оболгать, но обществу, наоборот, в сиянии предстал настоящий Человек во всей необъяснимой силе и крепости.

Такой у них образ мыслей, стиль жизни. Призывать невзгоды. Апокалиптическое сознание - это признак сектантского вырождения. Апокалиптическое сознание, замешанное на мещанской идеологии.

Об ужасах и кошмарах тотальной цензуры говорит театральный деятель Райкин. Но цензурная диктатура не наступила. Райкин получает дополнительное финансирование своего театра, сам становится главным медийным лицом. Так, может быть, говоря о плохом, они мечтают исключительно о хорошем? Ну, для себя, понятное дело. И плохое вокруг мешает им достичь личного счастья и благополучия, оттого и чрезмерные эмоции? Мир воспринимается ими как черно-белая система. Если где-то плохо, то в другом месте должно быть хорошо. Вот это место и необходимо застолбить.

Ну а жизнь идет своим чередом. Англия проголосовала за выход из Евросоюза, Донбасс никто не слил, экономика России не рухнула, в Штатах победил неугодный Трамп, и что впереди — неведомо. Жизнь — это не инерционная штука, она не укладывается в сектантскую логику либерала, она не зависит от истерик и кликушества. От разговоров в кафе «Жан-Жак» небо не падает.

Мальчик без конца кричит: «Волки, волки, Путин! Волки!» А вокруг тишина. Волки будут сниться, мерещиться, преследовать его, проникнут в его душу и там будут скрести когтями. Деревенские жители больше не обращают на него внимания, они в курсе, что волки у мальчика только в голове.

Впереди 17-й год. Юбилейный. Вот где простор для аналогий и мрачных прогнозов. Лучшие люди не на шутку разойдутся. Будут призывать громы и молнии. Нам не привыкать. Мальчик все бубнит себе под нос про злых хищников, можно прислушаться, там что-то про Путина и волков, про Трампа и самолет, опять про Путина, слов становится не разобрать, изо рта идет пена, мальчик покрывается шерстью.

Новости СМИ2
Новости 24СМИ
Новости Лентаинформ
Последние новости
Цитаты
Павел Грудинин

Директор ЗАО «Совхоз им. Ленина»

Эдуард Лимонов

Писатель, политик

Юрий Болдырев

Государственный и политический деятель, экономист, публицист

Комментарии
Новости партнеров
Фоторепортаж дня
Новости СМИ2
Новости 24СМИ
Новости Лентаинформ
Новости Медиаметрикс
Рамблер/новости
Новости НСН
Новости Жэньминь Жибао
Новости Финам
СП-ЮГ
СП-Поволжье
В эфире СП-ТВ
Фото
Цифры дня