Мнения

Борьба с мигалками расколола оппозицию

Леня *бнутый показал, что для действия созрело новое поколение

  
21

28 мая Леонид Николаев, исполнитель известной акции с пробежкой по крыше машины ФСО, все-таки был задержан. Его забрали люди в штатском прямо от подъезда дома. Активист арт-группы «Война» успел сообщить о задержании матери, и та смогла переписать номера автомобилей, на которых приехали силовики. Один из номеров — Е921КХ — судя по всему, принадлежит ФСО.

В ОВД сотрудники милиции составили на задержанного материал административного дела по статье «мелкое хулиганство». Кроме того, сообщалось, что силовики собираются возбудить уголовное дело по двум статьям — «хулиганство» и «умышленное повреждение имущества». В середине дня Николаева доставили в Тверской суд, и чуть позже он вышел на свободу — первое заседание перенесли на понедельник.

Напомним, в субботу 22 мая оппозиционные художники устроили акцию прямо у стен Кремля, на Кремлевской набережной у поворота на Боровицкую площадь.

Один из участников арт-группы «Война» Леонид Николаев бросился наперерез потоку машин на красный свет. Водителям пришлось экстренно тормозить, чтобы не врезаться в противника мигалок.

Выйдя на разделительную линию, Леонид надел на голову синее пластиковое ведро, символизирующее мигалку, и с разбегу запрыгнул на капот, а оттуда — на крышу стоящей в ожидании переключения сигнала машины, принадлежащей Федеральной службе охраны.

По поводу этой акции российская несистемная оппозиция в очередной раз разделилась — одни поддерживали Леонида, другие — сочли его «провокатором», называли его выходку «клоунадой», «провокацией», и заявляли, что Николаев «дискредитировал антимигалочную кампанию и все движение в целом».

Для российской оппозиции такая рефлексия является нормой. Постоянные скандалы, интриги, подозрения друг друга в «продаже Кремлю» и «работе на ментов» — нормальная рабочая атмосфера. Эта паранойя вполне обоснована — действительно, власти стараются либо перекупить наиболее заметных активистов, либо запугать их.

Но тут другое. Акция, которую исполнил Леня «*бнутый», показала, насколько российская несистемная оппозиция косна и консервативна.

Когда я разговаривал с Николаевым, я поймал себя на дежавю — примерно так же себя ощущали люди, находившиеся вокруг меня 8 лет назад. Тогда активисты ныне запрещенной НБП, совсем недавно «пришедшие в политику», провели свою первую радикальную акцию.

Выходка была примерно как и у Лени — во время официального мероприятия молодой человек Арсений подошел к нашему тогдашнему губернатору Самарской области Константину Титову, тщательно облил его водой, и спокойно вышел из помещения. Арсению, в отличие от Леонида, не повезло — его задержали на выходе из здания.

И вот представьте: люди, оставшиеся в этой акции за кадром, сидят себе в неком помещении, слушают новости. С одной стороны их распирает гордость — как же, сделали, что хотели, план удался. С другой стороны — то напряжение, которое накапливалось перед акцией, никуда не делось. И последнее чувство — тревога. А что дальше-то будет? Как отреагируют? Что будет с задержанным товарищем?

Примерно те же эмоции я расслышал в голосе Леонида и его «подельников». Надо сказать, что нацбольское хулиганство тогдашняя еще системная оппозиция тоже не принимала, и очень похоже возмущалась — «клоуны», «провокаторы». Уверен, начни сейчас с нуля какое-нибудь политическое движение серию «продуктового террора» — реакция была б такая же.

Сейчас, в «оттепель» политика опять становится модной. Последний раз это было в 2005 году, на волне увлечения оранжевой революцией на Украине (или «борьбы» с ней, что, в сущности, одно и то же). В политику приходит новое поколение. Про него мало кто что знает, и людей, понимающих язык нынешних 14−20-летних среди «взрослых» не так уж и много. Клеятся ярлыки — «хипстеры», «готы съели эмо», и так далее.

Это поколение очень сильно отличается от предыдущих волн. Во-первых, это «дети Путина»: в момент, когда Ельцин сказал свое «я устал, я ухожу» им было от 6 до 10 лет. Людей, кричащих «банду Ельцина под суд» они просто не поймут — о чем это они? Они выросли в среде, в которой не было даже веры в призрачную возможность честных выборов. При их сознательной жизни не было ни одного по-настоящему мощного народного выступления, закончившегося зримым результатом. И бунты против монетизации, и «марши несогласных» власть успешно игнорировала.

Они не заинтересованы в попадании «на телевизор». Если для старой оппозиции «доступ к теле» был одним из основных требований, то нынешней молодежи он просто не нужен — их целевая аудитория смотрит по ящику только телеканал 2×2 с мультиками.

Кстати, телевизионная аудитория действительно стремительно стареет, и менеджмент каналов не в силах это изменить. Поэтому для молодых лезть туда — как стремиться попасть в проводную радиоточку, «радио России» на кухне. Ролик на YouTube даст эффект в разы больший, чем «старорежимный эфир».

Они просто другие. И у них есть право на свой формат действий, на свои собственные ошибки, на своих провокаторов, на свои сделки с властью — на все то, что для старших «товарищей» давно пройденный этап.

Лет 5−10 назад было модно презирать «демшизу» — старых и, в общем-то, неплохих людей, безнадежно застрявших сознанием на пороге 80-х. Такие же персонажи есть и у националистов, и у патриотов, и у охранителей. Для примера — коммунисты, кажется, до 2008 года кричали на митингах «банду Ельцина под суд», отдельные товарищи наверняка и сейчас не успокоились. Теперь в такую же «шизу» превращаются постаревшие, но не утратившие активности оппозиционеры.

Признаки расколов по возрастному признаку были и раньше — поколения на самом деле отличаются друг от друга. Обобщения делать сложно, но кое-какие тенденции вполне заметны.

За последние годы в радикальной молодежной политике сменилось три поколения. Первыми были дети, ушибленные «лихими девяностыми». Сейчас они — тридцати-сорокалетние — составляют основу как «охранительного» лагеря, так и националистической и патриотической оппозиции. В этой среде принято ненавидеть «либералов», «Чубайса», Ельцина-«Эльцина», достаточно много антисемитов.

Откуда они взялись, и что их толкнуло в политику, проследить достаточно просто. Это поколение еще застало «хороший» Советский Союз, в котором жить было относительно комфортно и, главное - спокойно планировать свое будущее. Кем мечтали быть эти люди? Сужу по своему окружению — научными работниками, программистами, инженерами. Теми людьми, которые нужны в развивающейся, прогрессивной экономике индустриального и, отчасти, постиндустриального общества.

Они получали соответствующее образование — тратили на это время, силы, надеялись, что будут востребованными и обществом, и страной. Что получилось в итоге — пояснять не надо. Максимум, чего мог достичь человек этого поколения — низкооплачиваемая и малоуважаемая должность в вузе, место системного администратора или техника в каком-нибудь предприятии. Материи неинтересные, и для человека с амбициями — обидные.

Так произошел первый Большой Обман. К счастью для режима, никто толком с этой молодежью не работал — люди разошлись по десяткам небольших партий, относительно вольготно существовавших при Ельцине.

Поколение десятком лет младше пережило второй Большой Обман. Идеология ельцинского режима объясняла, что страна расцветет вот-вот, и что успеха можно достичь, занимаясь частным бизнесом. Сотни тысяч молодых людей (в том числе и под давлением родителей) побежали поступать на факультеты экономики, коммерции, юриспруденции, бухучета — естественно, не собираясь и дня «работать на дядю». Но после кризиса 98 года выяснилось, что не все так просто.

Во-первых, рынок оказался в основном поделен фирмами, возникшими в начале 90-х и уже прочно на нем обосновавшимися. Уступать место никто не хотел, а экономика, несмотря на номинальный «рост», давала мало свободных ниш для приложения предпринимательских талантов. Большая часть выпускников ВУЗов начала 2000-х так и не стала владельцами своих заводов и инновационных стартапов. Впрочем, оставался выбор — быть мелкими лавочниками, занимаясь бесконечной перепродажей импорта, или идти работать на пресловутого «дядю». Большая часть такой выбор и сделала — стала «менеджерами» без единого подчиненного.

Для активистов оппозиции этого поколения типична тяга к Европе, и европейский (как правый, так левый) взгляд на политику. Некоторое время, особенно под влиянием войн в Югославии и Ираке был моден антиамериканизм, но, кажется, со временем он несколько поутих. Объекты ненависти для несогласных с режимом, в зависимости от взглядов — Путин, «олигархи», «понаехавшие». Очень сильно повлиял фильм Брат-2 — фразами «Данилы» разговаривали лет пять точно. Охранительный лагерь поколения 2000-х — почти сплошь карьеристы, рассматривающие политику как очень выгодный бизнес. Если предыдущее поколение государственников получает свои деньги за убеждения, то новое — формируют свои взгляды под текущего заказчика.

Работой по найму завлекали поколение следующего десятилетия. «Будь лоялен, и получишь работу в Газпроме», — примерно такой мессидж транслировали кремлевские молодежки. Действительно, в путинское время государственный аппарат рос ударными темпами. Соответственно, пухли и росли нужные ВУЗы — государственного управления, силовые академии, школы милиции. Конкурс на место — по 10−20 человек. Если для молодого человека 80−90-х «стать ментом» было элементарно «западло», то для человека следующего поколения стало нормой мечтать получить погоны и заветную корочку.

Третий Большой Обман происходит прямо сейчас, на наших глазах — государство достигло пределов своего роста, а все теплые места оказались поделены заранее. Оказалось, что действительно успешная карьера доступна только для выходцев из правильных семей — у правящего класса аккурат подросли дети, которым тоже нужны погоны, корочки, должности и доступ к бюджетам. К тому же в очередной раз подвела экономика — государству вновь приходится нехотя, но ужиматься в расходах, в том числе и в нецелевых.

В России пока нет ни одного политического движения, которое бы возникло из поколения, выросшего при Путине. Пока можно судить только по редким акциям «художников» и анонимных радикалов. Если первые имитируют половой акт «за Наследника Медвежонка», бегают с синими ведерками по проезжей части, то вторые серьезнее — поджигают машины и отделения милиции.

Поколения «ельцинских» и «путинских» оппозиционеров не могут им ничего предложить — поскольку их опыт можно, конечно, считать ценным. Но успешным — вряд ли. Поэтому прежде чем судить о «провокационности» «нелепых выходок», надо вспомнить — а как так получилось, что у людей не осталось ни одного адекватного способа донести свою точку зрения до власти?

Фото [*]

Новости СМИ2
Новости 24СМИ
Новости Лентаинформ
Последние новости
Цитаты
Андрей Бунич

Президент Союза предпринимателей и арендаторов России

Дмитрий Журавлев

Генеральный директор Института региональных проблем

Валентин Катасонов

Экономист, профессор МГИМО

Комментарии
Новости партнеров
Фоторепортаж дня
Новости СМИ2
Новости 24СМИ
Новости Лентаинформ
Выборы мэра Москвы
Новости Финам
Рамблер/новости
Новости НСН
Новости Жэньминь Жибао
Новости Медиаметрикс
СП-ЮГ
СП-Поволжье
В эфире СП-ТВ
Фото
Цифры дня