Так говорил Козлов

Любите ли вы апостола Павла, как люблю его я? Можно ли любовь к нему считать религиозным чувством? Если да, то Максим Козлов его оскорбил. А дело было так…

Священнослужитель Козлов организовал выставку произведений современного искусства на христианские темы. Его немного покритиковали. Он ответил на критику большой искусствоведческой статьёй. В ней Козлов утверждает, что бомжиха с картины Врубеля — современный эквивалент евангельской блудницы, а сотрудник ОМОНа, стоящий на страже детских больниц и путешествующих дачников — тот самый «начальник с мечом», о котором писал апостол Павел.

«…Да, он писал о таких вот милиционерах, в руке этого милиционера меч. Об этом нужно помнить и тем, кто ходит на „Марши несогласных“, не забывать о принципах, лежащих в основе нашей веры…»

Так говорит Козлов.

А теперь откройте тринадцатую главу Послания к Римлянам. Первое, что вы там обнаружите — апостол обращается не к Козлову, и не к «несогласным», а к первой христианской общине имперской столицы. Дело в том, что некоторые христиане, предвкушая скорое Второе Пришествие, впали в правовой нигилизм и тунеядство. Действительно, зачем трудиться и «чтить уголовный кодекс», когда мир вот-вот рухнет? «Если кто не хочет трудиться, тот и не ешь», — высмеивает их Павел в другом послании (шутка эта оторвалась от контекста и давно уже живет своей жизнью). Если кого наказывают за совершенное им преступление, он — не мученик, а банальный уголовник.

«…Ибо начальствующие страшны не для добрых дел, но для злых. Хочешь ли не бояться власти? Делай добро, и получишь похвалу от нее, ибо [начальник] есть Божий слуга, тебе на добро. Если же делаешь зло, бойся, ибо он не напрасно носит меч: он Божий слуга, отмститель в наказание делающему злое. И потому надобно повиноваться не только из [страха] наказания, но и по совести…»

А вот апостольское резюме: «Итак, отдавайте всякому должное: кому подать, подать; кому оброк, оброк; кому страх, страх; кому честь, честь».

Очевидно, что «начальствующие» здесь — добросовестные служители закона, а не беспредельщики в погонах. Отдавать им следует только «должное», и только по совести. Когда требования служителей закона выходят за очерченные Павлом рамки, лояльность христианина заканчивается. Начинается мученический подвиг. Как известно, «начальствующий меч» отсек и честную главу законопослушного Павла, когда его апостольские труды вошли в противоречие с имперским законодательством. Выяснилось, что закон совести для него выше закона человеческого, выше страха смерти — выше всего.

Совесть христианина зовут Христос. Люди иной веры называют ее другими именами, нерелигиозные люди — не называют никак. Но голос совести, так или иначе, слышат все. Павел предлагает пользоваться им как «сигнальной лампочкой». Делать все, что совесть позволяет: подчиняться начальникам, платить налоги, голосовать, дежурить, вступать, состоять, участвовать. Честно и добросовестно нести любое бремя, любую повинность. До тех пор, пока лампочка-совесть не замигает…

Так говорил Павел.

А теперь давайте приложим апостольские лекала к Триумфальной площади, на которую нас завел искусствовед-священнослужитель Козлов. Как известно, политически мотивированных «несогласных» там было «два с половиной человека». Остальные — обычные москвичи. Многие из них впервые узнали о мероприятии от такого же обычного питерца Юрия Шевчука (его накануне показывали по телевизору). Зачем они туда пришли? Строго по апостолу Павлу: появилось бремя «гражданского долга» — совесть не разрешила уклониться. Только и всего. Сам повод для собрания юридически безупречен — реализация права на свободу собраний (см. 31 статью Конституции РФ). «Мало ли, что в Конституции написано!» — хмыкнет иной умник. Но не апостол Павел. Он нас потворствовать произволу и беззаконию не учил…

А теперь давайте вспомним «картину маслом», которую 31 мая запечатлели десятки камер. В назначенном месте в назначенный час собрались законопослушные люди. Стоят, беседуют, фотографируются, некоторые даже целуются. Агрессии не проявляют, общественный порядок не нарушают. Разнополые особи в серой спецодежде получают команду «фас!» и начинают их избивать. Не всех. Выборочно. Старичка седобородого потащили, беременную женщину, журналиста с фотоаппаратом, обманутого дольщика с желтым зонтиком, студента, медработника, балетоманку, филателиста, клавишника, зануду, рыжую, толстого и того парня в очках, который всех спрашивал: «А где можно кровь сдать? Я донор со стажем» (хотя нет, «донора», кажется, отпустили). Обвинения в таких случаях предъявляются стандартные: «нарушение порядка», «сопротивление при исполнении», «переход улицы в неположенном месте». Последний вариант — самый гуманный, так как подразумевает мелкий штраф, а не 15 суток ареста…

Там же в отделении милиции незримо присутствует и наш священнослужитель-искусствовед. Его назидательный перст воздет, ротовая щель приоткрыта. «Ну что допрыгались? — трясет бородой Козлов. — И поделом! Не надо было забывать о принципах, лежащих в основе нашей веры!». «Ты сказал», — ответил другому священнослужителю другой «несогласный» при похожих обстоятельствах (см. Евангелие от Матфея). Козлов невольно сказал правду. Его вера ровно на этом и зиждется — на покорности «мечу» без совести. Сильные мира творят любой произвол, удел бессильных — безропотное подчинение. Функция жреческой корпорации — оформить такой порядок вещей, как богоугодный. Так было всегда. Жрец Козлов не сказал ничего нового. У меня есть только две небольшие ремарки.

Первая. Население России нынче не отличается особой религиозностью. А потому сугубо жреческая апелляция к «принципам, лежащим в основе нашей веры» — в пользу бедных. «Твоя вера, Козлов — ты и верь. Я-то тут причем?» — ответит ему «несогласный», и будет прав.

Вторая. Как бы сделать так, чтобы представители жреческой корпорации не мусолили понапрасну дорогие для христиан имена? Того же апостола Павла. Ведь это ж свинство — использовать его как кусок ветоши для затыкания щелей в «искусствоведческой аргументации».

Послушайте, Козлов! Дался вам этот Павел, этот Христос! Зачем вам экономически неэффективные «несогласные», попортившие немало крови солидным господам из синедриона и римского сената? Не ссылайтесь на них никогда! Не ради чьих-то оскорбленных чувств, ради себя. Ведь неравен час люди откроют Новый Завет и прочтут его так, как он написан, а не так, как вам хочется. Не будите лихо. Мойте руки перед едой.