Мнения

Государство против всех

Илья Константинов: у нынешнего режима нет социальной базы

  
4589

Со школьных времен помню, как наша учительница истории терпеливо объясняла нескольким десяткам оболтусов, что всякое государство есть диктатура господствующего класса: буржуазное государство (диктатура буржуазии) — плохая диктатура, а советское государство (диктатура пролетариата) — хорошая диктатура. Больше 40 лет прошло, а помню. Основательно все-таки в те годы учили.



Сейчас учат по-другому, но мне поздно переучиваться, тем более что весь жизненный опыт однозначно свидетельствует о правоте нашей школьной учительницы: нынешнее российское государство, несомненно, является диктатурой.

 Вот только с буржуазией и пролетариатом в сегодняшней России полная неразбериха.



Нет, богатых людей немало, а бедных и вовсе без счета, но насчет принадлежности к строго определенному классу возникают сомнения. 

А уж вопрос о том, интересы какой (или каких) социальных групп выражает диктатура Путина, и вовсе повисает в воздухе.



Вроде бы, прежде всего — крупнейших собственников, олигархов, но «раскулаченный» Михаил Ходорковский все еще сидит, Бориса Березовского недавно схоронили, а Евгений Чичваркин и носу на родину не показывает.



Можно, конечно, упрямо твердить, что исключения лишь подтверждают правила, но список потрепанных олигархов постоянно пополняется, и создается впечатление, что количество начинает переходить в качество. 

Может быть, власть руководствуется интересами рабочих, тех самых, что с «Уралвагонзавода», зарабатывающих «сумасшедшие деньги» в 40−50 тысяч рублей в месяц?



Даже не смешно, согласитесь.

Единственный на всю страну образцово-показательный Холманских (кстати, куда он пропал?) — и тот в прошлом начальник цеха.



Может быть, опора власти — русское крестьянство, последние представители которого скоро будут занесены в Красную книгу? 

Интеллигенция (ау, отзовись из мрака социального небытия)?



Утомленный читатель скоро потеряет остатки терпения: ну, хватит уж, давно известно, что путинский режим опирается на коррумпированное чиновничество, силовиков и национальные элиты некоторых республик в составе РФ.

 Допустим, что известно.

 Однако некоторые шаги Путина в последние год-полтора заставляют усомниться в том, что сам он об этом помнит.



Я имею в виду, прежде всего, пресловутую «национализацию» элиты, то есть запрет на банковские счета и другие активы за рубежом. Кто бы что ни говорил о возможности увильнуть от действия этих запретительных мер, но, в любом случае, многим чиновникам приходится суетиться и дергаться.



Да и посадки идут полным ходом: Сердюков еще на свободе, а Дудка, например, уже в тюрьме.

Вот при «дедушке», при Борисе Николаевиче действительно было раздолье и для олигархов, и для крупных чиновников — фактически полная неприкосновенность. А сейчас, как повезет, могут и на цугундер отправить уважаемого человека.

Что касается силовиков, тут тоже не все очевидно. Зарплаты повышают, квартиры дарят, но руководящий состав постоянно перетряхивают, увольняют немало, да и без посадок дело не обходится. Конечно, свое силовики берут (а разве раньше меньше брали?), но нервотрепка усиливается.

 По поводу национальных элит — чувствуется усиливающаяся вибрация. Нет, на святое (т.е. на Рамзана Кадырова) никто, разумеется, покуситься на посмеет. Здесь мы имеем дело с тем самым «общественным договором», на котором основывается современная РФ — условная лояльность в обмен на реальные деньги.



Но Кадыров ведь не в безвоздушном пространстве живет, его сила в поддержке соплеменников, причем не только в Чечне, но и по всей России. Он должен их защищать, и это обычно ему удается. Но не всегда. Случился Пугачев. 

Есть и другие примеры. Скажем, суд над возможными убийцами Анны Политковской, в большинстве — чеченцами. Защита настаивает на невиновности подсудимых, что более чем естественно.

А, судя по тому, что потерпевшая сторона заявляет о нелегитимности суда, дети Политковской и их адвокаты также не верят, что преступление полностью раскрыто. Скандалы вокруг этого процесса множатся с каждым днем, и у любого, кто хотя бы изредка читает посвященные ему судебные очерки, во рту остается кислое послевкусие. Похоже, что следствие и там изрядно нахимичило. Понятно, какой будет приговор, но общество удовлетворено не будет.

В масштабах страны — маленькие эпизоды.



А вот события, разворачивающиеся вокруг Матвеевского рынка, уже довольно масштабны. Сам-то по себе повод незначительный: полицейские пытались задержать выходца из Дагестана, подозреваемого в изнасиловании, но оказались биты дагестанцами. В первый раз, что ли? 

Однако на этот раз власти решили устроить образцово-показательную разборку. Лично Владимир Владимирович потребовал разобраться с коррупционной составляющей работы местной полиции. Можно не сомневаться, что московским ментам предстоит маленькая косметическая чистка лица или мундира (которая ничего не изменит).



А по московским рынкам уже прокатился вал проверок и зачисток: счет задержанным идет на тысячи. Нелегалов собираются выслать, достается и «дорогим тожерассиянам». Вполне допускаю, что эта спецоперация связана с предстоящими выборами мэра Москвы, но что-то подсказывает, что причина глубже: власть начинает терять голову и без разбора лупит по всем социальным и национальным группам, составляющим ее опору.

Пожалуй, по настоящему неприкосновенными в России сейчас остаются лишь судьи, этакая «старая гвардия» режима, посягнуть на которую Путин в принципе не может, иначе его государственную машину немедленно и окончательно заклинит.



Коротко говоря: у нынешнего режима фактически нет стабильной социальной базы.
 Это государство, которое играет против всех, и настолько заигралось, что начинает периодически вгонять мяч в собственные ворота. И, тем не менее, оно все еще обладает определенной устойчивостью.

 За счет чего?



За счет того, что российское общество настолько поляризовано и раздроблено, что неспособно почти ни к какой консолидации. 

У путинского режима одна единственная опора — наша взаимная ненависть, но она настолько глубока и сильна в российском обществе, что, балансируя на ней, как на проволоке, диктатор может продержаться над пропастью не один год. Хотя, казалось бы, — всего один толчок. 

Да, путинский режим в историческом масштабе — однодневка. У него нет мощной и устойчивой социальной базы, каковой в США является крупная финансовая олигархия и ориентирующийся на нее средний класс. Не получается и как в Соединенном Королевстве, где власть веками черпает свою силу в союзе крупного капитала и аристократии. Такие модели могут существовать столетиями без катастрофических перемен. А Россия, что же, обречена? Именно из-за гипертрофированной самостоятельности власти как института, из-за оторванности государства от большинства социальных групп и слоев страна рискует в очередной раз свалиться в крутое историческое пике. 

Но пока совершенно пустая власть паразитирует на восходящих воздушных потоках социальных антагонизмов в обществе. Правда, ни один планер долго не летает. Вот и власть еще пока парит, но тихо деградирует, снижается и уже вот-вот начнет цеплять верхушки деревьев. 

Но грызня, непримиримость и ненависть, раздирающее наше больное общество, останутся. И нам все равно придется учиться терпеть друг друга. Или договориться об общих правилах игры.
Думаю, в постпутинской России мы вынуждены будем это сделать.

Новости СМИ2
Новости 24СМИ
Новости Лентаинформ
Последние новости
Цитаты
Максим Шевченко

Журналист, член Совета "Левого фронта"

Вадим Кумин

Политический деятель, кандидат экономических наук

Михаил Делягин

Директор Института проблем глобализации, экономист

Комментарии
Новости партнеров
Фоторепортаж дня
Новости СМИ2
Новости 24СМИ
Новости Лентаинформ
Выборы мэра Москвы
Выборы мэра Москвы
Новости Финам
Рамблер/новости
Новости НСН
Новости Жэньминь Жибао
Новости Медиаметрикс
СП-ЮГ
СП-Поволжье
В эфире СП-ТВ
Фото
Цифры дня