Мнения

«Мы» и «Они»

Сергей Митрофанов о возвращении «геополитического противостояния» в общественный дискурс

  
2557

Одним из главнейших негативных итогов прошедшего года стало возрождение в России идеологемы геополитической дихотомии, вроде бы почти умершей в последнем десятилетии двадцатого века. Причем, в той, ранней, еще советской системе идей, безусловно, имелся определенный политический резон, когда СССР позиционировался «народным государством», а «империя коммунизма» то сжималась под натиском внешних врагов (до размеров Московского княжества в 1918 г.), то вновь расширялась на полмира в наступательном движении вовне (1945 г.). Или когда она оформляла идею мировой коммунистической гегемонии мировыми Интернационалами и конгрессами народов Востоков, претендуя на весь мир целиком.

Однако потом, с самораспадом военного блока Варшавского договора и конституционным запретом государственной идеологии (ст. 13 Конституции 1993 года), идеологема глобального противостояния сильно и закономерно маргинализировалась. Она и вообще потеряла всяческий смысл, когда Россия переняла у своего «геополитического противника» все основные тактики и стратегии, а элита России предпочла хранить в банках ненавистного Запада не только свои личные накопления, но так же и весь государственный Стабфонд целиком.

Иными словами, Россия буквально перерождалась в Запад, хоть это и не произносилось вслух. Единственной претензией политической верхушки, похоже, теперь становилось то, что прежний Запад не достаточно громко при этом кричал «Ура!» и не достаточно любезно раскрывал двери своих резиденций перед парнями, фигурально выражаясь, в малиновых пиджаках. Пиджак, впрочем, легко переодеть. Еще легче было заставить ждать себя королеву Англии, опаздывая к ней на прием. Что, наверное, лишь подчеркнуло неизбежную конвергенцию правящих классов. Но тем необъяснимей кажется нам сегодняшний феномен возвращения в широкий общественный дискурс «геополитического противостояния»…

Неизвестно, что послужило основной причиной нажатия на кнопку возвратного механизма, снова сместившего общественное мнение россиян с безусловной поддержки Запада в антитеррористической операции по следам теракта 9/11 до Мюнхенской речи Путина в 2007 и, наконец, до того, что взрыв вокзала в Волгограде был глухо интерпретирован центральной газетой как спецоперация ЦРУ с целью опорочить сочинскую Олимпиаду. Или даже как фашистский реванш за «нашу» победу в Сталинградской битве.

Однако, как по сигналу из некоего невидимого Центра, на защиту оборонного мировоззрения рьяно бросились не только многие идеологические работники, хранившие под подушкой дипломы, некогда полученные в Высшей партийной школе, но публицисты самых искренних патриотических убеждений. К ним присоединились преподаватели социологических факультетов региональных университетов. И даже, по крайней мере, один профессор наилиберальнейшей Высшей школы экономики затесался в эту компанию.

Россия, по словам Лидии Шевцовой, снова стала стремительно превращаться в «Анти-Запад», хотя какова природа этого «анти» нам по-прежнему непонятно. По совести, ее не могут объяснить даже сами адепты особого пути России.

Особость была раньше. И действительно, раньше «они», страны Запада, «нам» мешали разрастаться. Они остановили СССР на подходе к Кубе (Карибский кризис), и даже покоренную Германию умудрились перегородить пополам, не дав ее подмять под себя силам прогресса. Они столкнулись с «нами» во многих региональных конфликтах, где «мы» поддерживали разнообразных повстанцев, которых Запад воспринимал, однако, террористами, а то и просто бандитами. Но с 1991 года у России появились прямо противоположные мировой экспансии политические задачи. Не схлопнуться окончательно самой, остановить окраинный сепаратизм и. если как-то утвердиться на постсоветском пространстве, то хотя бы одним из основных геополитических игроков. И не дай бог, чтобы вмешался Китай.

Раньше глобальное противостояние двух систем обосновывалось вульгарным политическим дарвинизмом.

Мол, выживет лишь та система, в которой будет большая производительность труда, — так говаривал Ленин. И которая по определению будет являться высшей стадией по отношению к предыдущей, — так говаривал Маркс. И когда Никита Хрущев бросил крылатую фразу «Мы вас похороним!», он, конечно, имел в виду не тупой превентивный ядерный удар справа налево по глобусу, а историческую неизбежность. Подкрепленную, впрочем, тем, что СССР непрерывно вооружался и всегда мог нанести превентивный ядерный удар.

Но все хорошее когда-нибудь кончается. Ракеты заржавели, повстанцы разбежались, неизбежность не сработала, и большой производительности труда достичь не удалось, даже загнав до смерти половину населения.

Пришлось расстаться и с иллюзией, что Россия когда-нибудь станет главной производящей фабрикой мира. В виду физического отсутствия прежнего гегемона, США пришлось взять на себя основную заботу о бывшей советско-афганской границе, между прочим, не пропуская в Россию эмиссаров исламистского подполья. От былого фантастического допущения, что все в СССР — от рядового чукчи до рядового чеченца — существа высшего биологического вида, остались рожки да ножки. Теперь мы и сами друг друга терпеть не можем. И хотя страновые конкуренции в глобальном мире (несколько, правда, подразмытые проектами транснациональных корпораций, они есть и в России — например, тот же Газпром), конечно, и сегодня никто не отменил, все-таки вменяемому современнику довольно нелепо представить себе, что рядовой европеец по утрам просыпается с типичным русским вопросом: «А что я сегодня сделаю, чтобы насолить нашему геополитическому антагонисту?» Вот ради чего «солить»?

Как нелепо представить себе и то, что российский путешественник, отправляющийся за впечатлениями на Запад — по делам ли бизнеса, или же за лучшим образованием, или просто отдохнуть, затариться в шопинге, — тащит с собой вместе с багажом и какой-то русский национальный интерес, стационарно привязанный к географическому месту. К Старой площади или к МИДу на Смоленке.

Однако в этом ключе нас, очевидно, собираются в новом году продолжать оболванивать. Не в силах придумать чего-нибудь более существенного, в Москве снова призывают бороться с идущими с Запада «темных хаосом», однополярностью и гей-браками, и оборонять сакральные (то есть таинственные) духовные скрепы.

Новости СМИ2
Новости 24СМИ
Новости Лентаинформ
Последние новости
Цитаты
Леонид Ивашов

Президент Академии геополитических проблем

Михаил Ремизов

Президент Института национальной стратегии

Комментарии
Новости партнеров
Фоторепортаж дня
Новости СМИ2
Новости 24СМИ
Новости Лентаинформ
Новости Финам
Рамблер/новости
Новости НСН
Новости Жэньминь Жибао
Новости Медиаметрикс
СП-ЮГ
СП-Поволжье
В эфире СП-ТВ
Фото
Цифры дня