Культура

«Где ты был, Саша?» — «Я жил!»

Беседа писателя Захара Прилепина с кинорежиссером Александром Велединским

  
4699

Совсем недавно фильм «Географ глобус пропил», снятый Александром Велединским по одноимённому роману Алексея Иванова, получил Главный приз ХХIV Открытого российского кинофестиваля «Кинотавр» в Сочи. Триумф, фанфары, шампанское, Александр Велединский отправляется по всему миру с показом этой поразившей подавляющее большинство всех, кто её видел, картины…

Но лично у меня есть несколько вопросов. Как, к примеру, случилось, что один из самых сильных режиссёров в стране семь лет до этого ничего не снимал?

Впрочем, никакой политики в интервью не будет. Только жизнь.

-Твоя способность к регенерации — уникальна. Ты прожил уже несколько жизней, несколько раз должен был пропасть, утонуть, сойти на нет, но всякий раз возвращался. Выплывал. Поэтому давай начнём про эти выплывания, поочерёдно.

Твоя юность в Нижнем Новгороде — как она прошла? где ты учился? с кем дружил? Видишь ли Нижний Новгород — своей родиной? Испытываешь ли к нему то, что, скажем, испытывают питерцы к своему городу?

— Знаешь, сейчас у меня уже нет ощущения, что я «тонул». Тогда, да, — было; сейчас — прошло. Или почти прошло. Память человеческая так устроена (моя во всяком случае) — помнится только хорошее. Это не значит, что негатив напрочь забылся. Нет, конечно. Просто я задвинул его в архив, который редко посещаю, но — помню о его существовании. А если и посещаю, то воспринимаю отстраненно, с сегодняшней уже позиции, с долей иронии даже.

Я жил. И временами был счастлив. Учился в 53 школе на Бекетовке, потом в Политехе, работал в судостроении, ездил в командировки, у меня двое прекрасных сыновей, друзья. Так что жалеть особенно не о чем.

Нижний — родина, и этим всё сказано. Главный город. Но я и Москву люблю, и Питер, и Нью-Йорк…

— «Не тонул» говоришь? Хорошо. Сколько тебе было лет, чем ты занимался, когда вдруг взял и рванул в Москву учиться на режиссёра, оставив свою семью, инженерскую профессию и прочее? Ты сошёл с ума тогда? Что это было?

— Двигал моим «сумасшествием» страх. Страх остаться вечным мечтателем. Это как чеховско-михалковско-калягинский Платонов из «Неоконченной пьесы для механического пианино», ему 37 лет и он, действительно, сходит с ума, от того, что про… свою жизнь. Именно про…, по-другому и не скажешь. Или персонаж Олега Янковского из балаяновских «Полетов во сне и наяву» — 40 лет и впереди пустота. Я эти картины видел много раз, но в 30 лет они меня буквально разорвали, и я решился, не смотря на все свои комплексы. Понимаешь, я уже тогда слишком хорошо знал кино, чтобы быть уверенным: я никогда не пробьюсь. И, тем не менее… Я, конечно, долго созревал, но, повторяю, не жалею об этом ни секунды. Всё это моя жизнь.

— И сколько человек с твоего курса остались в профессии?

— Из 30 человек… сейчас сосчитаем. Алексей Сидоров — режиссер «Бригады» и «Боя с тенью». Игорь Порублёв — сценарист той же «Бригады», а еще «Закона», «Живого» и других картин. Андрей Прошкин — режиссер «Орды», «Игр мотыльков», «Минессоты»… Алексей Поярков, сценарист. Андрей Осипов — известный документалист. Вадим Соколовский — режиссер и продюсер. Недавно дебютировал Максим Панфилов. Человек семь получилось. Наш выпуск 1995 года считается одним из самых удачных за новейшую историю.

— Ты назвал «Бригада», к которой ты вместе со своими сокурсниками написал сценарий, а потом ещё и «Дальнобойщики» у тебя были. Оба проекта — не просто успешные, а, не побоюсь этого слова, эпохальные. Но! Мой водитель, который тебя возил, как-то на глаз определил, что хоть ты и очень внушительный и мощный мужик, а не миллионер. Как так получилось, что автор (ок, соавтор) сериалов, принесших своим производителям миллионы — тебе, выдумщику, свой чемодан денег не принёс?

— Твоего водителя надо в соавторы сценариев брать… Или в следователи… По экономическим преступлениям.

Есть такое понятие «роялти» (википедия в помощь). Во всем мире оно работает, а у нас нет. Авторами фильма по закону являются трое — сценарист, режиссер и композитор. Но только композитору идут отчисления, но ни сценарист, ни режиссер не имеют шансов на долю от показов своих картин по ТВ. Мы с Сашей Башировым пытались лет пять назад пробивать эту стену — нас не захотели слушать. Продюсерам это не выгодно, а так как у нас нет реальной киноиндустрии — авторы остаются на обочине. Мы нужны только, чтобы создавать произведения, а деньги забирают продюсеры. Можно, конечно, при заключении договора вписать такой пункт, но тебя сразу же опустят по гонорару, а вероятность того, что фильм хорошо пройдет по экранам — непредсказуема. Беда в том, что наши продюсеры зарабатывают не на прокате, а на производстве фильмов. Ну, разве что, самые мощные умудряются прокатывать и зарабатывать на этом, но их по пальцем на одной руке.

— Невесело… Тогда берём следующий этап твоей, так сказать, творческой биографии — когда ты в возрасте примерно 45 лет — вдруг стал дебютантом в качестве режиссёра. Старт не самый ранний, всё-таки. И с 2002 по 2006, за четыре года, снял три отлично прозвучавших картины -«Закон», «Русское», «Живой». После чего пропал почти на семь лет. Но об этом мы поговорим чуть позже… Что ты сейчас думаешь об этих фильмах? Является ли, к примеру, предметом твоей личной гордости, что ты — один из немногих, кто исхитрился снять кассовый фильм («Живой») — не просто умную картину, но и отлично заработавшую, что из дельных режиссёров умудрились сделать буквально единицы (навскидку, естественно, вспоминается «Бумер» Буслова)?

— Думаю, что это достойные фильмы, без ложной скромности. Их смотрят, о них до сих пор спорят, значит задели за живое… А «Живой» стал последним содержательным, — по крайней мере, так говорит продюсер Сергей Члиянц, — фильмом, который окупился в прокате. Ты пойми, Захар, мне по фиг, сколько заработали на прокате продюсеры — это их деньги. Но только эта статистика говорит мне, что фильм посмотрели люди, а, значит, мы не зря трудились.

— Хорошо, тогда не про деньги. Является ли другим предметом гордости, что ты умудрился экранизировать Эдуарда Лимонова — персону нон грата, человека, которого, к примеру, лет десять как не показывают по телевидению? А твой фильм про него, что несколько веселит даже, показывают?

— Гордость тут не причем. Я болел его книгами, я хотел это снимать. И снял. Спасибо опальному каналу ТВС, его закрыли давно уже. А фильм постоянно крутят по ТВ. По ночам, правда. Но, тем не менее, я каждый раз получаю много звонков от друзей и совсем неизвестных мне людей — вот, посмотрели, супер. Меня это тоже веселит.

— Что сам Лимонов для тебя, раз уж пошёл такой разговор?

— Личность. Мощнейшая личность. Несгибаемая… А в художественном смысле — Поэт. Я, вот, кино снимал по прозе его, а интонацию пытался из стихов брать. Насколько получилось не мне судить.

— Получилось, Саша!.. И вот — продолжаем о тебе, — имея за спиной отличные дебютные картины, и первую строчку в рейтинге крутого журнала «Сеанс» «Самые многообещающие молодые режиссёры России» — ты опять уходишь на дно. Это я всё продолжаю тему, от которой ты так бодро открестился в самом начале нашего разговора. Ты где был, Саш?

— Жил. Читал. Ленился. Отказывался от фильмов. При этом, как-то зарабатывал — «безтитрово». Две дочки родились… Но вот совсем недавно я понял, что жил-то я как наш географ Служкин. Ну, абсолютно! То есть, я подспудно готовился к фильму, о котором даже не подозревал в то время. Больше того, я и роман-то прочел только, когда Валерий Тодоровский предложил мне его экранизировать.

— «Географа…» я ещё не видел, но крайне любопытствую — как же ты исхитрился снова всех уделать? Ты вообще знал, что у тебя, что называется, получилось? Или сомневался до последнего?

— Я всегда сомневаюсь, до последнего дня. И даже после. Но я ничего другого не умею — и страх сомнений отступает перед страхом не сделать. Просто — не сделать. Я снимаю во многом интуитивно, редко пишу режиссерский сценарий, мне всё это скучно. Не очень это правильно, но это так. Нет, есть, конечно, ключевые сцены, которые я готовлю скрупулёзно, но далеко не все. Мне дико интересен процесс. Знаешь, как в Голливуде говорят: «Покажи процесс — и зритель глаз не оторвет». Вот я так и стараюсь — сам получаю удовольствие от процесса и зрителю пытаюсь его передать. Вроде получается пока.

А что касается непосредственно «Географа…» мы понимали, что это хороший фильм, но такого резонанса не ожидали. Попали, видимо, в ожидания. Устал народ от бесконечной чернухи или тупой пальбы, а тут про всех нас — архетип.

— Я так понял, ты успел ещё одно кино снять, пока за «Географа…» призы получал — что там за проект?

— Там непростая история. Валера Тодоровский попросил подхватить 4-х серийный телефильм, который снимать еще не начали, но подготовительный этап уже прошел. И кастинг тоже. Великая Отечественная, декабрь 41-ого года, Дорога Жизни, по которой возили продукты в блокадный Ленинград… За неделю до начала съёмок я вписался, и не пожалел. Но рано пока, экран покажет. Экран 1-ого канала.

— Ждём тогда. Что дальше? Из самых многообещающих молодых режиссёров шагнул в классики или нет пока? Кем ты себя ощущаешь?

— Отцом.

— Я тоже так всегда отвечаю, прикинь… Спасибо за разговор!

Фото: ИТАР-ТАСС/ Михаил Фомичев

Новости СМИ2
Новости 24СМИ
Новости Лентаинформ
Последние новости
Цитаты
Виктор Алкснис

Полковник запаса, политик

Валерий Кистанов

Руководитель Центра японских исследований Института Дальнего Востока РАН

Дмитрий Аграновский

Российский адвокат, политический деятель

Комментарии
Новости партнеров
Фоторепортаж дня
Новости СМИ2
Новости 24СМИ
Новости Лентаинформ
Новости Финам
Рамблер/новости
Новости НСН
Новости Жэньминь Жибао
Новости Медиаметрикс
СП-ЮГ
СП-Поволжье
В эфире СП-ТВ
Фото
Цифры дня