![](/p/persons/4581/s-4581.jpg)
В 2018 году в России будет проведена реформа налоговой системы. О необходимости готовиться к ней заявил первый вице-премьер Игорь Шувалов. Ранее в правительстве обсуждался переход на прогрессивную шкалу налогообложения физических лиц. Эксперты пока относятся к инициативам чиновников скептически. Однако рассчитывают, что на фоне усиливающегося расслоения общества социальная справедливость со временем станет важным фактором стабильности общества.
По словам Шувалова, будущая налоговая реформа преследует не только экономическую, но и политическую цель. «Есть предварительное понимание и у администрации, и у ЦБ, и у правительства, что надо подготовиться к новой налоговой совокупности, так чтобы весь следующий политический цикл тоже был стабилен», — пояснил вице-премьер. Он предрек острую дискуссию по налогам в течение всего 2017 года, в ходе которой будут обсуждаться принципиальные подходы.
Законодательные решения, устанавливающие новый порядок налогообложения, должны быть приняты не позднее весенней сессии Госдумы 2018 года. «Ответственность за эти решения разделило бы новое правительство», — подчеркнул Шувалов. Очевидно, речь идет о новом кабинете министров, который будет сформирован после инаугурации президента, избранного на выборах в марте 2018 года.
Конфигурация новой системы сбора доходов пока не определена. Однако весьма вероятно, что плоская шкала налогообложения физических лиц будет заменена на прогрессивную. На прошлой неделе о необходимости освободить от налогов малоимущих заявила вице-премьер Ольга Голодец. Она же летом отстаивала повышенные налоговые сборы с тех, кто зарабатывает свыше 7−8 млн. рублей в год. По мнению вице-премьера, это принесло бы ощутимую пользу бюджету.
Идеям Голодец оппонирует глава Минфина Антон Силуанов. Однако его решимость оставить налоговую систему неизменной также ограничивается периодом до 2018 года. Ранее об обсуждении в правительстве налоговой реформы после 2018 года писала WSJ. Таким образом, практически нет сомнений в том, что политическое решение о предстоящей налоговой реформе принято. Предметом дискуссии являются лишь конкретные ее параметры.
До сих пор все попытки оппозиции изменить систему налогообложения в стране были неудачны. Законопроекты о прогрессивном налоге, вынесенные на голосование в Госдуме фракцией КПРФ и «Справедливой России», блокировались парламентским большинством, несмотря на их очевидную выгоду для бюджета. Так, в мае текущего года член Комитета по бюджету и налогам Оксана Дмитриева оценивала дополнительные поступления в случае изменения налоговых ставок для физлиц в 200−300 млрд. рублей. При этом коммунисты предлагали весьма «щадящий» для богатых режим налогообложения — с доходов от 3 млн. рублей в год.
Подобная практика заставляет скептически оценивать инициативы правительства. Депутат Госдумы от фракции КПРФ, писатель Сергей Шаргунов предположил, что дальше «красивых разговоров» дело не зайдет: «Рассчитывать на введение прогрессивной шкалы пока сложно. Скорее, речь идет о введении новых налогов. Пока шли по этому пути. В этом году по-новому стали рассчитывать налог на землю, налог на недвижимое имущество. Капремонт — вообще боль».
При этом Шаргунов напомнил, что зарубежный опыт свидетельствует как раз в пользу прогрессивного налогообложения. «Американский бюджет наполовину состоит из доходов от прогрессивного налога. А мы, получается, так не можем. То есть экономика устроена в пользу сверхбогатых. А потом жалуемся на отсутствие денег».
Действительно, в развитых странах ставки для сверхбогатых очень высоки. В Великобритании налог доходит до 50%, в Дании — до 52%, в Бельгии — 54%, а в Швеции — до 57%. Во Франции и без того достаточно высокая ставка в 45% была резко повышена до 75%. Как раз по этой причине артист Жерар Депардье и предпочел стать российским, а не французским налоговым резидентом. При этом беднейшие домохозяйства во Франции вообще освобождены от налогов.
С учетом данных, приведенных в последнем исследовании Credit Suisse Research Institute о том, что 10% наиболее обеспеченных граждан обладают в России 89% всех доходов, задача прогрессивного налогообложения из экономической становится политической. Речь идет о социальной справедливости, как фундаменте стабильного общества.
Научный сотрудник сектора социальной философии Института философии РАН Григорий Канарш пояснил «СП» социально-политический аспект вопроса.
— Переход к более справедливой формуле налогообложения обсуждается давно, особенно в левой и лево-либеральной среде. Эта идея часто звучала, в частности, на Московском экономическом форуме. В 2000-е годы число бедных вроде бы снизилось, но за последние три года выросло опять. Социальное расслоение на очень богатых и очень бедных прогрессирует. Например, появилось такое явление, как underclass. Буквально — социальное дно. Это люди, которые выброшены за борт социальных отношений.
Поэтому наши ведущие специалисты в области политической психологии считают, что социальная справедливость — необходимый компонент для российской национальной идеи, которую все так усиленно ищут. Кстати, одна из моих работ так и называется: «Социальная справедливость как национальная идея». Речь о России, конечно. Если уж нам предлагают сейчас идею державности, то она, с учетом российского менталитета, должна координироваться со справедливостью. Это наши две базовые национальные ценности, которые сегодня должны быть соединены. И власть приходит к осознанию этого, считает эксперт.
Отметим, что сторонники более справедливой формулы налогообложения есть не только в правительстве и Госдуме РФ, но и в Совете Федерации. Сенатор от Владимирской области Антон Беляков называет прогрессивную шкалу «классической социал-демократической идеей» и уверен, что время для перехода на нее уже наступило.
Сенатор обратил внимание на то, что одним из аргументов защитников ныне действующей системы была уверенность в том, что в случае увеличения налоговой нагрузки богатейшие граждане выведут свои активы из российской юрисдикции. Именно на эту опасность указывали Минэкономразвития, Минфин и Росфинмониторинг. Однако принятые в последние годы меры, препятствующие выводу капитала за рубеж (он сократился в разы!), противодействие правоохранителей в сфере незаконного обналичивания средств, борьба с офшорами, делают эту аргументацию несостоятельной. К тому же можно ожидать, что к 2018 году контроль со стороны государства лишь усилится.
По мнению Белякова, конкретные цифры доходов и взимаемых с них налоговых ставок — второстепенны и являются предметом обсуждения. Главное — изменить сам принцип налогообложения. Сенатор напомнил, что прогрессивный налог — это «велосипед, который не надо изобретать». Инструмент, успешно работающий в большинстве развитых стран. Причем подобная система выгодна и богатым. Им наверняка хочется жить в стабильном обществе, где их никто не ограбит на улице, уверен политик. И напоминает, что за это нужно платить. Беляков резонно считает ведение прогрессивной шкалы налогообложения не подачкой бедным, а «инвестицией в будущее страны».