18+
пятница, 30 сентября
Экономика

Ю. Болдырев: «Честные» выборы видели? Такой же «честной» будет и дальнейшая жизнь…

С точки зрения справедливости все, что грабительски отнято у страны приватизацией 90-х годов, должно быть нам возвращено

  
121

Тема «дикой» приватизации времен президента Бориса Ельцина беспокоит российские власти уже давно. Нелигитимность собственности является главной претензией со стороны иностранных инвесторов, и основной причиной того, что в Россию не идут «длинные деньги». Премьер-министр Владимир Путин, победивший на президентских выборах, рассчитывает найти приемлемое решение, чтобы закрыть тему приватизации 1990-х годов. При этом, как сознался премьер, отвечая на вопросы журналистов: «Можно ли найти такую формулу, я не знаю».

О том, как решить эту проблему «СП» расспросила экс-зампреда Счетной палаты России, проводившего аудиторские проверки итогов приватизации, известного экономиста Юрия Болдырева.

«СП»: — Юрий Юрьевич, как вы считаете, должен ли это быть единовременный налог на бенефициаров, и можно ли установить размер несправедливо полученной ими выгоды?

— «Закрыть» эту тему они хотят давно, но едва ли это возможно подобными методами. Вопросов, собственно, два. И они разные, но острота постановки в общественном сознании первого зависит от решения или нерешения второго.

Вопрос первый — гигантская и оскорбительная несправедливость этого изначального вопиющего беззакония, а также последовательной аморальности действия власти практически во всем, что связано с приватизацией крупнейших стратегических объектов.

Вопрос второй — эффективность использования этой собственности теперь либо в интересах всей страны, либо же только в интересах новых «собственников».

Если рассматривать первый вопрос отдельно, то он, в целом, согласимся, чрезвычайно сложен. В то же время, применительно к ряду конкретных важнейших объектов, элементарно прост и очевиден.

В частности, применительно ко всему, что приватизировалось по схеме притворных «кредитно-залоговых аукционов». Здесь ни о каком «единовременном налоге» не может идти речи — никакую справедливость таким образом не восстановишь. Сделки были очевидно и доказано заведомо мошеннические и грабительские — кому недостаточно материалов Счетной палаты, изучайте показания Березовского и Абрамовича в Лондонском суде. Если у вас бандиты силой отняли машину и, предположим, дали тридцать рублей на метро, даже обсуждать вопрос о том, какую часть нынешней стоимости этой машины (пять или десять процентов) они должны доплатить для «восстановления справедливости», совершенно абсурдно. С точки зрения справедливости все, что грабительски отнято у страны, должно быть нам возвращено. Не выкуплено, а именно, безусловно, возвращено, включая также и постановку вопроса о возврате хотя бы части присвоенной за эти почти два десятка лет прибыли.

Никакой иной справедливости в данном случае быть не может.

«СП»: — Понятно, а в чем решение второго вопроса?

— Вопрос второй — эффективности использования этой собственности в интересах всей страны — вопрос многогранный. Он затрагивает такие материи, как оценка общего вектора движения страны — по пути ли развития или деградации, и вещи более простые и очевидные — как, например, принятое во всем мире прогрессивное подоходное налогообложение или, напротив, отсутствие такового. В данном случае, особенно, применительно к сверхприбылям, получаемым от продажи наших ресурсов за рубеж. И понятно, что решение второго вопроса в интересах всего общества могло бы несколько смягчить представление людей о глобальной несправедливости. Но пока ни малейших оснований рассчитывать на изменение вектора движения страны — от деградации к развитию — к сожалению, у нас нет.

При этом, общество в определенных случаях (хотя я с этим и не согласен) готово смириться с несправедливостью. Происходит это тогда, когда порядок, наступивший в результате предшествовавших явно несправедливых действий, всех более или менее устраивает и представляется наименьшим злом. Почти два десятка лет прошло именно так — под знаком «лишь бы не было войны». Но что дальше? Либо дальнейшее запугивание людей «гражданской войной» и «закручивание гаек», либо, все-таки, не ныне предлагаемое симулирование, а какое-то подлинное восстановление справедливости. Включающее в себя, повторю, решение как второго, так и первого вопросов.

«СП»: — По мнению Анатолия Чубайса «ему неизвестны случаи легитимного решения этой проблемы», он считает, что облагать «социальным налогом» предприятия, которые многократно после этого были предметом рыночного оборота, крайне опасно для экономики. К тому же эти самые «жулики» являются формально «добросовестными приобретателями». Действительно ли это так опасно и насколько легитимны результаты залоговых аукционов 90-х годов?

— Ну вы, конечно, нашли авторитет… Перед тем, как просить санкцию прокурора или суда на арест обвиняемого, часто ли следователи интересуются мнением самого подозреваемого? Согласитесь, всерьез обсуждать это мнение просто абсурдно. Могу добавить к выше сказанному одно. Когда меня спрашивали, не много ли девять лет Ходорковскому, я отвечал: «Не много, если сначала лет по двадцать пять Чубайсу и Коху».

Что же касается «добросовестных приобретателей», не надо наводить тень на плетень. Никаких добросовестных приобретателей применительно к объектам «кредитно-залоговых аукционов» не было — исключительно скупщики краденного. Хотя, могу допустить, что если какие-то крохи акций купили, предположим, случайно какие-то скромные пенсионеры, то можно допустить, что они действительно ничего не знали, ошиблись, и именно им, может быть, государство (за счет «чубайсов») и должно что-то компенсировать. Но владельцы крупных пакетов, как вы догадываетесь, не совершают сделок, предварительно не изучив вопрос всесторонне. Если юристы не доложили тем, кто принимал решения ( в том числе, и материалы Счетной палаты, включая и, например, мое Особое мнение на материалы повторной проверки по «Норильскому никелю» (2000 год), значит, гнать в шею таких юристов, подставивших своих работодателей. Но, скорее всего, юристы свое отработали, а те, кто решился купить краденное, хорошо знали, что делают. И жалеть их, как-то входить в их положение — нет ни малейших оснований.

Кстати, знаете, почему в Японии практически нет квартирных и бытовых краж? Сами японцы объясняют это тем, что краденное некуда деть — никто краденное (вещи неизвестного происхождения) не купит. Поэтому в нашем случае скупщики краденного — пусть косвенные, но соучастники преступления. И за это должны ответить.

«СП»: — В связи с приватизацией 90-х сразу всплывает залоговый аукцион по продаже «Норникеля», «добросовестные приобретатели» которого, кстати, до сих пор не сменились в составе собственников. В должности зампреда Счетной палаты вы занимались организацией проверок итогов приватизации «Норникеля» — действительно ли Потанин и Прохоров отдали за него справедливую цену?

— То, что применительно к «Норильскому никелю» собственники практически не сменились, лишь чуть облегчает дело. Ни о какой не только «справедливой цене», но даже и вообще о добросовестно уплаченной какой-либо сумме в данном случае не должно вообще идти речи. Сначала госпакет акций «Норильского никеля» был притворно передан этой компании на год в залог под кредит из наших же государственных (якобы «временно свободных») средств, ранее положенных на депозиты в банки. Сумма затем «уплаченного» на якобы «аукционе», проводившемся ими же и фактически для себя же — это легко доказать — была меньше суммы реально присвоенного дохода за счет годового управления «залогом». И никакого высокого «профессионализма» тут не было. Это было совершенно фантасмагорическое наслоение наглости и цинизма — в силу фантастической безнаказанности.

«СП»: — Часть предприятий в области металлургии отошла так называемым «красным директорам», их работникам и государству, но, как оказалось, это не стало залогом «честной приватизации». К примеру, пакет акции ММК, принадлежащий Русской металлургической компании, сначала исчез вместе с гендиректором Стариковым, потом непонятно как оказался в активах Рашникова. А рядовые акционеры — работники предприятия, до сих пор ищут свои акции, сданные ими в управление компании, аффилированной с ММК. Можно ли сделать процесс приватизации прозрачным?

— Это важно: никаких особых секретов в том, как сделать процесс честным, нет. Масштабная криминализация всего процесса не явилась следствием каких-либо недоработок, но была совершенно сознательным курсом ближайшего окружения Ельцина, действовавшего под диктовку американских советников, не забывавших и про личные интересы, на разрушение основ правопорядка в стране и элементарной морали в обществе. Здесь интересы совпали: одним нужно было устранение государства-конкурента, другим — личное сверхобогащение. И для того, и для другого необходимо было разрушать основы государственности.

«СП»: — Сейчас идут разговоры о новой «волне приватизации» госпредприятий, причем, по оценкам независимых экспертов, объявленная чиновниками прогнозная стоимость активов была сильно занижена. Речь шла о сумме меньше 30 млрд долларов, между тем, как подсчитали аналитики инвесткомпании Bright Minds Capital, только пакеты нефтяных компаний и ТЭК из этого списка стоят около 45−47 млрд долларов. После этого последовали заявления представителей власти, что активы в нефтянке и энергетике должны продаваться по цене не ниже рыночной. А остальные активы будут снова занижены в цене и проданы «своим», как в 90-е годы?

— Сегодня для нас это не вопрос технологии приватизации. Это вопрос социальной базы нынешней власти, ее целей и методов, а также кадровой политики. Давайте по порядку.

Первое — о социальной базе режима. «Кредитно-залоговые аукционы» стали расплатой Ельцина с «семибанкирщиной» за поддержку на выборах. Чем расплатится сейчас Путин за поддержку на этих выборах? Или кто-то верит, что весь олигархат поддержал его исключительно за обаятельную улыбку?

Второе — о целях и методах. «Честные выборы» наблюдали? Вот, какие «честные» были выборы, примерно столь же «честной» стоит ожидать и новую волну приватизации. Да и всю дальнейшую жизнь под этим руководством…

И третье — о кадрах. Никто из тех, кто предавал наши интересы полтора-два десятилетия назад, до сих пор ответственности не понес. И, более того, все — при «хлебных» гос- и полугосдолжностях, на масштабных госресурсах. И очевидно же: если продолжать обращаться к тому же выше вами упомянутому Чубайсу (а равно и к «птенцам его гнезда») как к «авторитету» в какой бы то ни было сфере, то никакого иного сценария приватизации, кроме мошеннического, не может быть в принципе.

«СП»: — Первые приватизации «второй волны» сразу обросли скандалами. После IPO «Роснефти», несмотря на обещания власти, у компании так и не появилось никаких стратегических западных инвесторов, хотя анонсировалось, что крупные пакеты акций приобретут китайцы, малазийцы и ВР. А продажа Ванинского порта в прошлом году вообще была сорвана — по заказу — внуком Микояна. Не значит ли это, что акции госпредприятий могут быть просто переложены чиновниками из госкармана в свой собственный?

— Могут, почему же не могут? Как вы говорите, внук Микояна закажет. А внук Молотова (Вячеслав Никонов, известный российский политолог — ред.) затем красиво публично по всем телеканалам обоснует, что все это было сугубо «в интересах России».

В конце концов, наши граждане когда-то должны понять, за что же именно они сейчас на этих «типа выборах» сами, как будто, проголосовали…

СМИ2
24СМИ
Цитаты
Михаил Ремизов

Президент Института национальной стратегии

Андрей Манойло

Политолог

Комментарии
Новости партнеров
Первая полоса
Фото дня
СМИ2
Новости
24СМИ
Жэньминь Жибао
Медиаметрикс
Финам
НСН
Миртесен
Цитата дня
В эфире СП-ТВ
Фото
Цифры дня
СП-ЮГ
СП-Поволжье