Экономика

Между Путиным и Медведевым полетели искры

Президент и премьер не могут поделить осколки РАО «ЕЭС»

  
366

Противостояние президента Владимира Путина и премьер-министра Дмитрия Медведева за контроль над российской энергетикой продолжается. Интересы Путина представляет ответственный секретарь президентского совета по развитию ТЭК, предсовета «Роснефтегаза» Игорь Сечин, а Медведева — руководитель правительственной комиссии по ТЭК, вице-премьер Аркадий Дворкович.

Сейчас камнем преткновения служат гидроэнергетические активы, которые остались после дележа госхолдинга РАО «ЕЭС», битва за них переходит в активную фазу. В конце прошлой недели помощник Путина Константин Чуйченко, возглавляющий Контрольное управление президента, написал письмо вице-премьеру Дворковичу, строки из которого приводит агентство «Финмаркет». В нем говорится, что правительство не выполнило в срок решения президентской комиссии по развитию ТЭК о докапитализации «РусГидро», поэтому оно обязано до 5 ноября представить доклад президенту об исполнении всех указаний.

История интриги такова: летом глава «Роснефтегаза» Игорь Сечин предложил Путину план создания крупнейшей в мире гидроэнергетической компании. Комиссия постановила, что «Роснефтегаз» должен дать денег на докапитализацию двух больших осколков РАО «ЕЭС» — «РусГидро» и ИнтерРАО и взамен получить над ними контроль. Еще весной Путин, став президентом, сразу подписал указ, разрешающий «Роснефтегазу» участвовать в приватизации госкомпаний ТЭК на 140 млрд рублей, полученных за полтора года в виде дивидендов по находящимся у него в собственности акциям «Роснефти» и «Газпрома».

Однако следом вице-премьер Дворкович от лица кабинета министров заявил, что приватизация будет проведена на деньги «Роснефтегаза», но только через правительство. То есть «Роснефтегаз» должен отдать деньги в бюджет, а уже оттуда они пойдут на выкуп акций. Поэтому, вопреки желанию Сечина, он так и не станет владельцем нового энергетического сверхгиганта.

Дворкович доложил о решении правительства Путину еще в сентябре, но так и не получил от него ни одобрения, ни отказа. Однако деньги, которые «Роснефтегаз» должен отдать правительству, уже заложены в проекте бюджета на 2013−2015 годы. И вот в середине октября на очередном заседании своей комиссии по ТЭК Путин прозрачно намекнул правительству, что ему по-прежнему нравится схема приватизации энергоактивов, предложенная Сечиным.

Но правительство Медведева намека не поняло или сделало вид, что не понимает. На заседании правительства в прошедший четверг премьер Медведев заявил о необходимости ограничений на приобретение компаниями с госучастием акций и долей хозяйствующих субъектов. «По сути это абсолютно неправильно, когда государство в лице контролируемой им структуры приобретает профильные или непрофильные активы, и этот пробел должен быть нормативно отрегулирован», — пояснил Дмитрий Медведев. По его словам, в частности, готовится постановление правительства об ограничении участия госкомпаний в приватизации. И это камешек в огород Сечина, который собирается приватизировать «РусГидро» и ИнтерРАО с участием госхолдинга на дивиденды госкомпаний.

После чего стало понятно, что правительство Медведева не намерено отдавать «Роснефтегазу» путинского ставленника Сечина гидроэнергетику без боя. «Правительство определило свою позицию и будет на ней настаивать», — заявил вице-премьер Дворкович.

Но пока последнее слово все-таки за Сечиным: дивиденды, которые «Роснефтегаз» должен был перечислить в казну в ближайший понедельник, еще месяц будут находиться на счетах компании. Сечин объяснил это премьеру Медведеву тем, что средства, которые «Роснефтегаз» должен выплатить, находятся на депозитных счетах в ВТБ и «Газпромбанке». Чтобы забрать их без убытков для компании, нужно подождать до 5 декабря. Иначе «Роснефтегазу» придется досрочно расторгнуть соглашения и понести потери в размере более 910 млн руб. По словам источника «Финмаркета» в аппарате правительства, решение о переносе выплаты дивидендов уже одобрено премьером.

Кто правит ТЭКом, тот правит Россией

Интерес Путина и Медведева к влиянию на ТЭК вполне понятен. Но насколько оправдано создание крупнейшей в мире гидроэнергетической компании под эгидой государства? Об этом «СП» спросила старшего эксперта Института энергетики и финансов Сергея Кондратьева.

— Могу сказать, что крупнейшей в мире гидроэнергетической генерирующей компании у нас все равно не получится, потому что канадская государственная Hydro Quеbec гораздо больше по уровню генерации. Кроме нее есть и еще много глобальных частных компаний в мире, которые тоже крупнее, чем будет объединенная ИнтерРАО и «РусГидро». Поэтому, думаю, смысл состоит просто в некоторой консолидации энергоактивов российского рынка, причем никакого экономического эффекта для самих компаний от этого не будет, так как бизнес у них разный. ИнтерРАО изначально рассчитана на работу на внешних рынках, ей достались активы РАО «ЕЭС» в Грузии, Армении, Молдавии и других республиках бывшего СССР, а также в Европе. А «РусГидро» изначально настроена на работу внутри страны.

«СП»: — Тогда зачем же их вообще объединять?

— Проблема в том, что у ИнтерРАО довольно большая инвестиционная программа, которую она не может финансировать самостоятельно. Тут могла бы помочь «РусГидро». Конечно, у «РусГидро» тоже есть определенные сложности с финансами, связанные с тем, что она запланировала достаточно много объектов в собственной инвестпрограмм и столкнулась с проблемой привлечения инвестиций. Но в этом ей как раз может помочь «Роснефтегаз», а потом, в течение 5−10 лет, «РусГидро» сможет уже самостоятельно финансировать проекты ИнтерРАО по продвижению за рубеж. Потому что гидрогенерация сегодня — самый дешевый в производстве вид электроэнергии, и «РусГидро» имеет много мощностей, приносящих хороший доход, таких, например, как Волжско-Камский каскад. Поэтому есть экономический смысл построить на базе двух компаний энергохолдинг, который будет очень перспективен в будущем и внутри России, и за рубежом.

«СП»: — Но, тем не менее, это же фактически приватизация энергоактивов наоборот?

— Совершенно верно, но подобная реприватизация — это не обязательно плохо. Создание такой генерирующей империи под «Роснефтегазом», который возглавляет Игорь Сечин, то есть, по сути, под эгидой «Роснефти», главой которой является тот же Сечин, говорит о том, что «Роснефть» решила максимально продвинуться в гидроэнергетику. Значит, параллельно с госхолдингом «Газпром», который контролирует энергоактивы в европейской части России и на Северо-Западе, появится еще один мощный вертикально-интегрированный холдинг, который выстроит цепочку от добычи нефти и газа, до производства мазута и электроэнергии и продажи их потребителям. И если говорить о выгоде для потребителя, то в результате они смогут получать электроэнергию по гораздо более дешевым ценам, чем в частном секторе той же Европы. К тому же, есть полная гарантия, что завтра эти госхолдинги не поднимут цену электроэнергию для потребителя вдвое, потому что тарифы у них регулируются государством.

«СП»: — А как лучше проводить объединение: покупкой акций напрямую «Роснефтегазом», как хочет Сечин, или через бюджет, как планирует Дворкович?

— На самом деле, с точки зрения экономической, никакой принципиальной разницы между этими двумя путями консолидации энергоактивов нет. И в том, и в другом случае обе компании будут находиться в собственности государства. Речь идет только о том, включить эти активы в сферу влияния «Роснефтегаза» и конкретно Игоря Сечина, или оставить под контролем правительства, то есть Дворковича. Для конечных потребителей — промпредприятий и граждан — никакой разницы. Зато для чиновников это имеет большое значение. От этого будет зависеть, кто войдет в советы директоров объединенных компаний, и кто получит реальные рычаги власти в сфере ТЭК. И создание двух конкурентных ведомств в области ТЭК — комиссии при правительстве и совета при президенте — из той же серии.

«СП»: — Как говорят, кто управляет ТЭК, тот и правит Россией?

— Да, это борьба за влияние на ТЭК, борьба за финансовые потоки, которые поступают в казну, но и чисто экономический интерес, когда Сечин хочет трансформировать «Роснефть» в огромную энергетическую компанию, не только добывающую нефть и газ, но и производящую электроэнергию. Понятно, что правительство не хотело бы такого развития событий, потому что такие компании гораздо сложнее контролировать, что показывает пример «Газпрома», который, по сути, — самостоятельное министерство. Отсюда и напряженная борьба вокруг объединения «РусГидро» и Интер РАО.

«СП»: — Если у правительства Медведева заберут контроль над ТЭК, не превратится ли оно в чисто аналитическое ведомство, каким в свое время стало Минэкономразвития, когда у него отобрали реальные рычаги влияния на экономику?

— Думаю, что это вполне нормальная перспектива. Если практический контроль за ТЭК будет осуществлять не правительство, а «Роснефтегаз» Сечина. Потому что в подавляющем большинстве стран мира ни правительство, ни профильные министерства не являются органами управления отраслями экономики, а служат лишь органами нормативного регулирования — издают указы и постановления. К тому же у правительства по прежнему останутся полномочия решать, кого избрать в совет директоров той же «Роснефти» или «Роснефтегаза». И в этом плане оно способно влиять на стратегию развития госпредприятий. А решать, ремонтировать тот или иной агрегат, или куда поставить дизельную станцию, то есть тактические вопросы гораздо эффективнее на уровне корпоративного руководства компаний. Потому что оно гораздо более заинтересовано в работе предприятия, чем чиновники правительства.

Фото ИТАР-ТАСС / Fotoimedia/Денис Гришкин

Новости СМИ2
Новости 24СМИ
Новости Лентаинформ
Последние новости
Цитаты
Сергей Марков

Политолог

Валентин Катасонов

Экономист, профессор МГИМО

Михаил Ремизов

Президент Института национальной стратегии

Комментарии
Новости партнеров
Фоторепортаж дня
Новости СМИ2
Новости 24СМИ
Новости Лентаинформ
Новости Медиаметрикс
Рамблер/новости
Новости НСН
Новости Жэньминь Жибао
Новости Финам
СП-ЮГ
СП-Поволжье
В эфире СП-ТВ
Фото
Цифры дня