Открытая студия

Андрей Бунич: «Экономику России спасет экспорт… мороженого в Китай»

Почему остальные отрасли оказались в глубоком кризисе?

  
7343

Президент «Союза предпринимателей и арендаторов России» Андрей Бунич об антикризисном плане как латании дыр и очередной фикции правительства, обнищании россиян, о клинче Путина с промышленниками, грядущих выборах и КПРФ как сильной альтернативе «Единой России».

Василий Колташов: Здравствуйте! Гость «Открытой студии» — Андрей Павлович Бунич, президент «Союза предпринимателей и арендаторов России», кандидат экономических наук.

Андрей Павлович, премьер-министр Медведев утвердил антикризисный план на 2016 год. Что это за план?

Андрей Бунич: По моему мнению, это фиктивный план, вообще не содержащий в себе ничего. Министр экономического развития Улюкаев сказал, что там 400 миллиардов с лишним, но ведь это уже забюджетированные расходы, т.е. которые были в бюджете ранее предусмотрены. Вот и спрашивается: в чем новизна этого плана, если деньги уже были до этого предусмотрены? Еще 300 миллиардов рублей — это кредиты регионов, замена их бюджетными вместо кредитов коммерческих банков, просто чтобы снять с них это бремя. Тоже все это было предусмотрено, даже в большем объеме. Т.е. та сумма, которая добавлялась и расписывалась по каким-то направлениям, сначала мы говорили 250, потом 150, сейчас уже дошли вообще до 120, а потом объявили, что и 120 нет, надо писать письмо президенту, чтобы он выделил деньги из специального фонда. Причем фонд-то возник из-за того, что там в очередной раз заморозили накопительную часть пенсий будущих пенсионеров. Вот и вся технология. Фактически мы говорим ни о чем, просто пустая трата времени, реально за этим ничего не стоит. Дальше смотрим: одновременно объявляется о секвестре бюджета, причем, о жестком секвестре, не финансируются многие статьи бюджета полностью.

В.К.: Какие статьи, например?

А.Б.: Очень многие. Вся промышленность, сельское хозяйство при всех разговорах об импортозамещении, рыбохозяйственный комплекс под ноль финансируется, хотя это перспективно для России, транспорт, инфраструктура. Т.е. все, связанное с развитием экономики, вообще приостановлено под ноль. В правительстве говорят, что отошли от авансовых платежей, но в результате пока что вообще ничего не перечисляют. Конечно, таким образом можно и профицит получить, если вообще ничего не финансировать. Представьте, даже минобороны прекратили финансировать. Там только ядерный комплекс полностью финансируется, а все остальное сокращено очень сильно. МВД не финансируют, Чечню, Дальний Восток. Одновременно говорят о секвестре. Если вы рассказываете, что дадите деньги, которых у вас нет, тут же пишете письмо, посягая на чью-то будущую пенсию, и одновременно предлагаете сократить расходы на 5%… Получается так: то ли вы даете, то ли забираете: определиться надо, меньше будет или больше. Это, конечно, запутанная история, думаю, для того, чтобы инсценировать бурную деятельность правительства.

Основной план должен заключаться в структурных мерах, т.е. в перестройке экономики: не на основе того, чтобы раздать всем деньги, потому что их действительно нет, а надо сосредоточить их на ключевых направлениях. Это — военно-промышленный комплекс, социальные расходы и часть инфраструктуры.

В.К.: Но у нас же вырос экспорт, в том числе и благодаря… любимому китайцами российскому мороженому. Может быть, это тоже «стратегическое» направление?

А.Б.: Там есть какие-то позиции, знаете, когда одно мороженое продали, потом сразу три мороженых, конечно, сразу в три раза увеличился экспорт.

Изменения в структуре экономики никак не заложены: центр тяжести должен переноситься. Считаю, государство должно оставить за собой финансирование только ключевых моментов, оно может отвечать только за что-то. А в остальном надо создать инвестиционные возможности для предпринимателей, чтобы они были уверены в защите собственности. Кстати, президент об этом сам говорил накануне нового года: будем отвечать на санкции развитием отечественного предпринимательства, защитой собственности. Так действуйте в рамках этого плана, это же золотые слова.

В.К.: А как тогда быть с той оговоркой, что антикризисные мероприятия будут финансироваться только при «возникновении источников дохода». Что имеется в виду?

А.Б.: Доходов объективно стало меньше, просто у нас выросло целое поколение менеджеров, в том числе псевдопредпринимателей — ходоков в правительство за деньгами. Эти люди вряд ли перестроятся, поэтому они всегда выдвигают одни и те же идеи: пускай нам дадут денег, давайте потратим еще денег, именно нам надо их дать. Что это за предприниматели? Предприниматели должны сами свои деньги вкладывать, в этом-то и смысл, они должны рисковать, снять с государства значительную часть рисков, чтобы оно могло сосредоточиться на главном, обеспечить населению занятость. У нас вырос целый класс людей, привыкших только брать, им обязательно нужны государственные гарантии для инвестиций, им нужен государственный кредит. А что тогда вообще ты делаешь? В чем твоя роль, если тебе все надо дать, а ты только осваивать будешь это?

В.К.: Минимизировать риски.

А.Б.: Поэтому Внешэкономбанк и затрещал. Когда олигархи, госкорпорации регулярно переваливают все невыгодные инвестиции на Внешэкономбанк, в конце концов, там образуется гигантская дыра, которую приходится теперь потихонечку закрывать, т.е. просто его будут, наверное, тихо ликвидировать, чтобы не привлекать внимания. Распродадут то, что можно, хотя сомневаюсь, что много дадут. На мой взгляд, этот слой людей не справится с возрождением страны. Привыкшие только брать, отдавать никогда не будут. Это люди совершенно другого плана., Что они сделали, какие у них реальные достижения? Госзаказ освоить? Все их идеи сводятся к тому, чтобы быть допущенными к госзаказу. Тут, конечно, понятно, что взаимосвязь есть с общим нехорошим инвестиционным климатом, потому что, безусловно, есть вина и правоохранительных органов, которые без конца душили и запугали так, что человек уже боится что-то созидать. Все, кто могли что-то делать, их запугали, поэтому частные инвестиции просто невозможны по определению, люди просто не уверены в статусе своей собственности. Ведь власть в Москве разрешала все эти постройки в течение десятков лет, а потом, «забыв», что она и разрешала, сносит так называемый «самострой». Это, на мой взгляд, подрывает веру участников хозяйственной деятельности, потому что правил нет.

В.К.: А можно ли считать снос «самостроя» ударом по малому бизнесу в Москве?

А.Б.: Можно. Ясно же, что это заказано крупными сетями, где упала выручка. Идет прямая монополизация.

В.К.: А можно это назвать обострением конкуренции в России?

А.Б.: Это убийством конкуренции можно назвать. Я считаю, нанесен удар, идет монополизация. Это касается и банковского сектора. Многие средние банки в лучшем положении, несмотря на травлю, чем крупные. Потому что крупные выдают какие-то ангажированные кредиты, реструктуризации делают на безумные суммы. Смотрите, без всяких судебных процедур тыкают пальцем, говорят, вот твой банк плохой. Создается паника и провоцируется, чтобы все ушли в крупные банки. Идут угрозы о наездах. Это выгодно только крупным банкам. Когда вы слышите, что отозвали лицензию у очередного банка, считайте, что списали ваших денег на миллиард: вернуть эти активы невозможно. Дырка. А сколько еще этих «дырок»? Представьте, какие за ними суммы.

В.К.: Каковы последствия от сноса «самостроя», подорожают ли продукты, которые покупали в снесенных палатках?

А.Б.: Как может выиграть потребитель от того, что полностью в Москве изничтожены альтернативные источники продаж, поставок и т. д. Потребитель заинтересован, чтобы в шаговой доступности были какие-то торговые точки. Поэтому все это, безусловно, стимулирует увеличение цен и наглость оставшихся на рынке игроков. И так во многих отраслях: сжимается экономика. Это, считаю, политический процесс.

В.К.: Хорошо, а как сделать так, чтобы эта система заработала нормально? Путин только что на съезде Торгово-промышленной палаты вошел в жесткий клинч с предпринимателями, которые требуют преференций для бизнеса. Чего они хотят, и какие преференции нужны?

А.Б.: Я не понимаю, а какие им нужны преференции?

В.К.: Кредиты подешевле.

А.Б.: Это навязчивая идея, что все упирается в кредиты. Конечно, в экономике хорошо бы иметь дешевый кредит, но во многом за этим стоит привычка брать, чтобы государство только давало. У нас никто не хочет вкладываться, потому что на свои не привыкли строить: только — на кредитные деньги, причем, на валютные. Кредит — это только один из пяти источников развития, последний, я бы сказал — это смазка экономики. А первый — у человека должны быть свои средства. Если нет своих, то найди людей, которые дадут тебе, если никто не дает — это уже подозрительно. Если человек сразу приходит в банк — это не нормально. Потом у тебя должны быть какие-то финансовые возможности, ты можешь выйти на финансовый рынок, тоже надо эту возможность рассматривать. А уже потом брать кредиты в рамках этого. У нас, конечно, и банки усилены, банковское лобби свело всю банковскую систему исключительно к кредитованию, это тоже плохо. Им это выгодно, безусловно, потому что они держат всех за горло. Крупные банки — это те же бюрократические структуры.

В.К.: Путин призвал поменьше мешать малому бизнесу, чтобы государство не вмешивалось в дела, а местным властям предложил помогать предприятиям, предпринимателям. Что будет сделано?

А.Б.: Президент много раз говорил, что налоги не надо повышать. И каждый раз после этого мы видели серию повышения налогов. Я уже даже запутался, перестал счет вести, потому что нет такого налога, какой они бы ни придумали. Такое впечатление, что правительство каждый день собирается и думает, какой бы еще налог ввести, на что. При этом президент неоднократно призывал заморозить налоги. А ведь по примеру бюджетного правила можно было бы ввести налоговое правило, т.е. до момента, пока экономика не переходит к росту, не вводить новые налоги, не повышать налоговую нагрузку. Если бы подобное налоговое правило было одобрено, это помогло бы бизнесу гораздо больше. Сам принцип такой: как стало хуже, то повышать налоги запрещено. Идите другими путями, но этот путь закрыт. Тогда это мобилизует правительство думать о другом, а сейчас мысль одна: хуже стало, давайте на всех вешать. Идет нагрузка не только на предпринимателей, но и все население.

В.К.: Как россиянам пережить 2016 год, «парад» налогов и сборов?

А.Б.: Многие из налогов носят аморальный характер. Тот же сбор за капремонт. Это вообще антиконституционно! Генпрокуратура нашла прямые нарушения в этом отъеме средств у жильцов, потому что нет их возвратности.

В.К.: В 2015 году в России увеличилась безработица, по официальным данным на 5,8%. Ожидается увольнение полумиллиона человек. Как выживать в этой ситуации, где искать работу?

А.Б.: Проблема с безработицей в основном еще в том, что люди не мобильны. У нас трудно обеспечить мобильность населения. У нас людей не хватает с точки зрения масштабов страны, расстояний. На самом деле работа бы нашлась при нормальной организации, если бы развивалось настоящее предпринимательство. А сейчас у нас появился офисный планктон. Корпорации развили планктон, когда у них жирок лишний появился. Захотелось развести «кормушки» какие-то. Бессмысленные раздутые штаты, молодежь разложилась, не хочет заниматься своим делом, бизнесом. Даже по опросам это заметно. Она по-прежнему хочет, чтобы ее кормили, дяденька Путин дал денег, так обеспечил, чтобы они ничего не меняли в жизни.

В.К.: Наша экономическая система будет сохранена или поддержана, если цена на нефть поднимется, наступит стабилизация?

А.Б.: Нет, этого не произойдет. Надо полностью игнорировать все, что происходит в мире. Понятно, что долго на низких уровнях висеть цена на нефть не может: будет какая-то обратная реакция. Но рассчитывать, что цена будет выше, невозможно, об этом говорит даже президент ОПЕК.

Через какое-то время вскроется, что много проблем в мире, даже развитые страны, даже США не растут так, как хотели бы. Они готовятся к более слабым темпам роста. Значит, будет просадка еще большая, либо нас вытолкают в рынки через разные процедуры, что тоже равносильно потере валютной выручки, либо цена на энергоносители будет невысокой достаточно долго. Готовиться надо к тому, что она будет невысокой не один год. Теперь это свинговый поставщик Америка: чуть-чуть вырастет — они сразу нарастят. Еще они не использовали многие налоговые вещи. Китай уже начал налоги вводить на ископаемое топливо. А представьте, если они жестко примут, Компартия скажет, что нужно экономить, и они действительно начнут переходить на другие источники энергии. Поэтому, как ни крути, низкая цена на энергоносители надолго. Плюс это монетарное смягчение в западных странах, оно тоже заканчивается. Оно уже не работает в Европе, дальнейшие объявления уже ничего не дают. А на нас это скажется так, что надо готовиться жить с небольшими доходами на энергоносители, соответственно переориентировать экономику на другой путь развития.

В.К.: Вы сказали, что нам надо поменять экономическую модель. Чему мы можем научиться у Белоруссии, спрашивает наш читатель, и поможет ли нам какое-то «жесткое управление»?

А.Б.: У нас другая экономика, нам непросто будет перенять опыт Белоруссии, потому что это маленькая страна с небольшим уровнем жизни. Это не так просто все выстроить, разность условий надо учитывать, разные интересы. Я считаю, что выхода в том, чтобы еще больше все централизовать, нет. Еще больше регионам надо давать полномочий, потому что они были у них отобраны, и это неверно, они потеряли ответственность, поэтому чуть ли не все регионы у нас теперь убыточны. Там теперь никто ни за что не отвечает, поэтому и слышатся: дайте денег. Все хотят денег, но не думают о том, откуда их взять. Регионам надо дать возможность бюджетную систему перестроить, какой она была изначально: 50 на 50. По крайней мере, часть регионов благодаря этому будет оживляться. А другая часть — совсем в плохом положении, потому что она полностью сидит на трансфертах. Возможно, если половина регионов хотя бы оживет, то потянет и других.

В.К.: Анастасия спрашивает, какого вы мнения о нашей налоговой системе? Потому что население платит 13% налог, говорят, что мало, а на самом деле это много?

А.Б.: Да, много, там же взносы из зарплаты, это все надо суммировать. Это, кажется, что 13%, а на самом деле, чтобы работодатель выдал зарплату, он должен 40% перечислить в разные инстанции. Это очень много. А какое косвенное налогообложение у нас, акцизы, сборы?! Если все это суммировать, безусловно, у нас налоги далеко не низкие. И еще давайте при этом учтем, что у нас страна коррумпированная, с этим уж никто спорить не будет, поэтому есть еще и теневые налоги.

В.К.: В сентябре состоятся парламентские выборы, к которым есть интерес и у западных спецслужб…

А.Б.: Сейчас удобно говорить, всех объявлять заговорщиками. Человек выступает против сборов на капитальный ремонт, значит, он агент госдепартамента. Ему не нравятся цены в магазинах — то же самое. Не исключаю, что есть какие-то силы, которые могут дестабилизировать в какой-то ситуации обстановку. Но, как учил Владимир Ильич Ленин, никогда не бывает революции без объективных предпосылок, дальше — только субъективные. Поэтому все эти злые силы могут только злиться, когда верхи не могут, низы не хотят, сложились уже обстоятельства личностного характера, какая-то группировка там появляется, ее могут поддержать и с Запада, все возможно. Было бы хорошо иметь вторую партию с альтернативной программой «Единой России». Если этого не будет, тогда деструктивные силы могут использовать ситуацию в своих интересах. Надо понимать, если вы выгоняете политику куда-то на улицу, то помогаете тем, кто хочет раскачать лодку. Должна быть интерактивная связь, тогда это совсем другая будет ситуация. Поэтому не хотелось бы такой огульной поддержки партии власти, ее монополизации. Надо дать другим партиям получить в парламенте больше голосов, чтобы они могли проводить решения.

Полная версия беседы — в видеоматериале «Открытой студии».

Оператор — А. Фатеев.

Новости СМИ2
Новости 24СМИ
Новости Лентаинформ
Последние новости
Цитаты
Сергей Ищенко

Военный обозреватель

Леонид Ивашов

Генерал-полковник, Президент Академии геополитических проблем

Комментарии
Новости партнеров