18+
вторник, 28 июня

Ядерный шантаж Вашингтона

США используют саммит по безопасности как еще один рычаг давления на Россию

  
11201
Ядерный шантаж Вашингтона

Заместитель министра иностранных дел РФ Сергей Рябков 7 ноября заявил, что Россия не будет считать себя связанной обязательствами после ядерного саммита, который пройдет в США в 2016 году, так как они будут выработаны без ее участия. Причиной отказа от участия в подготовке к мероприятию стала дискриминация ряда его участников и несогласие с повесткой дня. По словам замминистра, была отобрана узкая группа стран в составе тех, кто проводил предыдущие саммиты (это всего три государства — США, Южная Корея и Нидерланды), которые заявили о своем привилегированном положении с точки зрения выработки решений по сложной проблеме ядерной безопасности.

Кроме того, предполагается, что по итоговому документу саммита будут работать универсальные организации — такие как Международное агентство по атомной энергии (МАГАТЭ). Позиция России состоит в том, что все должно быть «с точность до наоборот» — узкие группы должны «следовать тому, что вырабатывают на консенсусной основе универсальные структуры». Рябков подчеркнул, что решение не участвовать в подготовке саммита — это не желание «послать какой-либо сигнал» и оно было бы принято, даже если бы не случился кризис на Украине. Международные саммиты по ядерной безопасности начали проводиться по инициативе президента США Барака Обамы с 2010 и проходили раз в два года.

Информация о том, что Россия не участвовала в подготовительном заседании саммита, состоявшемся в Вашингтоне, появилась в американских СМИ в начале ноября. Сообщение прокомментировала представитель Госдепартамента Дженнифер Псаки, заявив, что Вашингтон надеется на участие России в форуме. Сергей Рябков пояснил, что Москва оповестила администрацию Обамы о своей позиции «обычными дипломатическими методами», а то, что эта история стала достоянием общественности, было преднамеренной утечкой из «правительственных структур в Вашингтоне».

Директор Центра энергетики и безопасности, главный редактор журнала «Ядерный клуб» Антон Хлопков считает, что США пытаются использовать такие важные вопросы, как нераспространение ядерного оружия, как еще один инструмент давления на Россию.

— Во-первых, судя по заявлениям МИД и замминистра Рябкова, которые я видел, пока не было решения не участвовать в саммите. Насколько можно судить, речь идет о том, чтобы не участвовать в подготовительном процессе, который предшествует этому мероприятию. Во-вторых, представители РФ высказывали свое мнение в отношении эффективности саммитов по ядерной безопасности еще некоторые время назад. Так, что это не стало новостью для тех, кто вовлечен в эту проблематику на регулярной основе.

Главной задачей саммита в момент основания в 2010 году был вывоз оружейных ядерных материалов из стран, где они используются в гражданских целях и могут быть замещены альтернативными и менее опасными с точки зрения нераспространения материалами. В основном эти задачи к настоящему времени были решены. Достаточно сказать, что накануне кризиса на Украине из этой страны было вывезено почти 250 килограмм высокообогащенного урана в виде облученного и свежего ядерного топлива исследовательских реакторов. Это было сделано в рамках совместного проекта РФ, США, при участии МАГАТЭ в том числе в контексте саммита по ядерной безопасности.

Если не ошибаюсь, в российских планах осталось всего две страны, откуда еще не вывезен весь материал, так что ключевые задачи, которые ставили перед саммитом в 2010 году, решены на 95% или около того. Поэтому наше внешнеполитическое ведомство апеллирует к тому, что добавочная ценность новых саммитов в части решения задач, которые ставились перед саммитом 2010 года, будет невелика.

Еще один важный момент в том, что страны, которые принимают саммиты, далеки от выполнения обязательств, которые сами же инициируют и принимают. Есть две основополагающих конвенции в области безопасности ядерных материалов, так вот из трех предыдущих хозяев саммита — США, Южной Кореи и Нидерландов — только последние присоединились к обеим на момент проведения у себя саммитов.

Россия напоминает, что есть международный механизм, который имеет необходимые полномочия, а именно МАГАТЭ, и все проблемы в области физической безопасности на системной основе нужно решать там.

«СП»: — Могут ли на саммите быть приняты какие-то решения в обход МАГАТЭ и без участия России?

— В уставе МАГАТЭ прописаны все процедуры принятия документов, которые служат указанием к действию для этой организации. Никакие группы государств не могут выработать такие конструкции без обсуждения внутри самого МАГАТЭ. Вне зависимости участия или неучастия России, какие-то идеи могут быть одобрены на саммите в США, и участники встречи могут предложить эти решения для одобрения в рамках МАГАТЭ. Еще раз подчеркну, что какие бы решения ни были приняты на саммите, с участием России или без, это не меняет устава Агентства. Саммиты по ядерной безопасности — не инструкция к действию для МАГАТЭ. В прошлый раз в Нидерландах на форуме присутствовало более 50 государств, а число членов Агентства значительно превышает 150. Выработка решений какой-то группой государств без привлечения остальных не может быть легитимным документом для Международного агентства по атомной энергии.

«СП»: — Есть ли смысл в проведении саммита в 2016 году, если его задачи были выполнены?

— В основном выполнены задачи, поставленные в 2010 году, была попытка расширять их список. После Фукусимы, например, хотели добавить вопросы ядерной безопасности атомных электростанций. У международных организаций, в том числе МАГАТЭ, есть определенная инерция. Если какое-то государство считает, что вопросы решаются медленно, оно может вынести проблемы на другой форум для обсуждения. Эту цель, насколько я понимаю, и преследовали США, когда президент Обама предложил провести первый саммит в Вашингтоне в 2010. Но даже тогда речь не шла о том, что это будет постоянно действующая площадка. Перед саммитом в Нидерландах в 2014 году была дискуссия о том, нужны ли еще подобные форумы. И когда уже все считали, что этот саммит будет последним, администрация Обамы заявила, что планирует еще одну встречу в 2016 году. Считается, что он станет последним, но окончательного решения по этой части нет.

«СП»: — Информация о том, что Россия не будет участвовать в подготовке к саммиту, была обнародована именно в США. Для чего Вашингтон придал ее огласке?

— К сожалению, американские политики и чиновники страдают тем, что когда не могут решить какой-то вопрос в удовлетворительной для них форме на официальном уровне, подключают СМИ и начинают активно «сливать» детали конфиденциальных консультаций в СМИ. Это касается не только России, а и других стран, например, обсуждения иранской ядерной проблематики. Когда прогресса не было, утечки конфиденциальных переговоров по Ирану стали практически нормой.

В нынешних условиях вопросы нераспространения ядерного оружия США тоже пытаются использовать в качестве инструмента давления на Россию, манипулирования нашей внешней политикой. Что, на мой взгляд, очень недальновидно, поскольку ядерное нераспространение — это как раз та тематика, в которой наши с США интересы совпадают, и наше сотрудничество могло бы помочь решить серьезные проблемы, которые в этой области имеются. Недавние тому примеры — выполнение задачи о ликвидации химического оружия в Сирии или переговоры с Ираном. Недальновидно, что некоторые представители нынешней администрации США пытаются использовать тематику нераспространения в качестве инструмента давления на Россию.

Координатор программы ПИР-Центра «Россия и ядерное нераспространение» Андрей Баклицкий убежден, что на самом деле США не хотят исключать Россию из работы над проблемами ядерной безопасности, но могут пытаться заполитизировать этот вопрос.

— Саммит по ядерной безопасности — специфическая площадка, которая не входит в систему международных договоров. Это неформальный форум, на котором главы государств обсуждают вопросы ядерной безопасности. Я бы не сказал, что сам факт нашего участия в этом саммите принципиален, важно то, будет ли Россия поддерживать решения этой встречи. Например, РФ участвовала в саммите в Гааге в 2014 году, с некоторыми позициями мы согласились, а с некоторыми нет.

Главной задачей саммитов о ядерной безопасности было привлечение внимания мирового сообщества к проблемам ядерной безопасности и к тому, что они должны решаться сообща. Никто не говорил, что это будет единственная площадка для такого обсуждения. Если Россия будет решать те же вопросы в рамках МАГАТЭ, то поддержание ядерной безопасности никак не пострадает, а вот если бы РФ отказалась от дальнейшего сотрудничества в этой области, это было бы плохо для всех.

«СП»: — Почему был выбран такой дискриминационный, по словам Рябкова, подход, когда у одних участников саммита больше прав, чем у других?

— Для меня это тоже стало неожиданностью, потому что на предыдущих саммитах ничего подобного не было. Принимающая сторона имела дополнительные задачи, но организационного плана, она должна была подготовить площадку для обсуждений. Возможно, такое решение было принято в контексте того, что это последний саммит, и организаторы хотели обобщить предыдущий опыт. Но на практике это действительно выглядит немного странно, и официальных комментариев, объясняющих эту логику западных стран, насколько я знаю, не было.

«СП»: — Не пытаются ли США заменит собой МАГАТЭ?

— Это не попытка взять на себя функции МАГАТЭ, потому что решения саммита добровольные. Любые улучшения в работе по ядерной безопасности идут сверх решений Агентства, которые никто не отменял. Другое дело, если начнутся попытки дискриминации и политизирования вопроса, претензии, что одни страны работают над проблемами ядерной безопасности менее активно, чем другие, поэтому они плохие. Это было бы не очень конструктивно и ни к чему позитивному не привело.

«СП»: — Но судя по некоторым заявлениям, политизация вопроса уже происходит, как далеко она может зайти?

— МАГАТЭ однозначно не будет участвовать в политическом противоборстве. Это довольно специфическая организация, которая занимается очень большим объемом работы, о котором большая часть человечества даже не подозревает. Россия — член МАГАТЭ, участвует во всех структурах, и там у нас нет особых проблем, все рабочие моменты решаются не публично. Не думаю, что кому-то нужно изолировать Россию от решения вопросов ядерной безопасности, все понимают, что это слишком важная проблема. Администрация Барака Обамы довольно высоко ставит ее в списке приоритетов, и совсем недавно было заявление, что Вашингтон продолжит сотрудничество с Москвой в вопросах ядерной безопасности.

Хотя утечка действительно была с западной стороны. Возможно, это была попытка надавить на Россию, чтобы все же вынудить ее приехать на саммит, хотя это не самый действенный способ уговоров. В принципе политизация этого вопроса может быть в контексте, который я уже упоминал: «Россия плохая, потому что не хочет участвовать в наших ядерных форматах». Нам остается только указать, что мы продолжаем участвовать в других форматах, том же МАГАТЭ, и очень много там делаем.

Фото: Евгений Курсков/ТАСС

Рамблер новости
СМИ2
24СМИ
Комментарии
Первая полоса
Фото дня
Рамблер новости
СМИ2
Новости
24СМИ
Жэньминь Жибао
Медиаметрикс
Финам
Миртесен
Цитаты
Константин Сивков

Военный эксперт

Дмитрий Журавлев

Генеральный директор Института региональных проблем

НСН
В эфире СП-ТВ
Фото
Цифры дня
СП-Юг
СП-Поволжье