«Арабская весна» дала всходы в Европе

Какие ценности Брюссель будет отстаивать в недалеком будущем

  
7304
«Арабская весна» дала всходы в Европе
Фото: Zuma/ ТАСС

Существование Евросоюза находится под угрозой. Об этом в интервью чешскому изданию Novinky заявил глава Европарламента Мартин Шульц, сообщает РИА «Новости».

В преддверии открытия саммита ЕС, который пройдет с 17 по 18 декабря в Брюсселе, слова высокопоставленного еврочиновника прозвучали, как недоброе предзнаменование. Тем более что Шульц даже не пытался как-то смягчить свои оценки. По его словам, никто не может поручиться, что через десять лет Евросоюз будет существовать в нынешнем виде.

Казалось бы, нормальный процесс: все течет, все меняется — закон эволюции. Но Шульц уверен, что «Евросоюзу угрожает опасность». И «ситуация экстремально тревожная». Потому что если ЕС, как цивилизационный проект рухнет, то альтернативой ему может стать, как выразился Мартин Шульц «Европа национализма, границ и заборов».

Но кто довел её до этой опасности черты? И каковы ее «союзные» шансы на будущее?

— С точки зрения чиновников Евросоюза и политической элиты, ситуация, действительно, сложная, — признает ведущий научный сотрудник Центра германских исследований Института Европы РАН Александр Камкин. — С одной стороны, наблюдается диссонанс по таким системообразующим вопросам, как валютный союз. Возьмите Грецию. Ситуация в этой стране поставила под сомнение сохранение единства еврозоны. И, конечно, это цивилизационные вопросы, точнее, миграционно-цивилизационные.

Тот неограниченный и почти неконтролируемый приток миграции, который мы наблюдали на протяжении всего 2015 года, поставил много вопросов относительно того, есть ли политический консенсус. Есть ли единое видение данной проблематики различными странами-членами ЕС. И, получается, что такого единства как раз и нет.

Читайте также

Германия готова принимать всех. А Литва, к примеру, сказала: мы примем только 300 человек, и больше к нам не приставайте.

Соответственно, диспропорции по распределению беженцев. Диспропорции по уровню благосостояния. Диспропорции по политическим воззрениям, например, по антироссийским санкциям. И, естественно, вопрос о закрытии границ после террористических атак в Бельгии, Франции и других странах. Все это пока не заставило европейские политические элиты выработать какой-то общий подход.

«СП»: — Значит ли это, Шульц не сгущает краски, когда говорит, что ЕС — под угрозой?

— Он отчасти прав. Евросоюз сейчас, как попытка собрать единую культурную идентичность, действительно, столкнулся с серьезными вызовами.

Так, некоторые эксперты еще лет десять назад предупреждали о возможности межэтнических, межрелигиозных конфликтов в центре Европы именно вследствие массового притока лиц из стран Африки, Магриба и Ближнего Востока. Сегодня жестокие потасовки в лагерях для беженцев происходят чуть ли не ежедневно и в самой Германии. Эритрейцы бьются с сирийцами. Афганцы — с албанцами. Мигранты привносят с собой свои внутренние конфликты — между шиитами и суннитами, например.

А прошлогодние теракты во Франции, когда атаковали кошерный супермаркет и еврейскую школу, это явно отражение арабо-израильского конфликта. Перенесение его на европейский театр военных действий.

Все это, конечно, создает нестабильность. И это, безусловно, «вода на мельницу» праворадикалов и популистов, которые говорят, что надо ограничить поток мигрантов. Что европейские чиновники не справляются со своей задачей. Падает институт доверия избирателей. И растут позиции евроскептиков — либо ультралевых, либо ультраправых.

Соответственно, идет медленное, но верное раскачивание политической стабильности на фоне постепенного ухудшения экономической ситуации.

«СП»: — Вроде как, в ЕС признаков кризиса не видно?

— Да, пока у Евросоюза дела выглядят внешне вроде нормально. Но за этим красивым фасадом скрываются и определенные сложности, которые в любой момент могут выйти наружу.

Одно из слабых мест — демография. Еще, по-моему, лет пять-шесть назад немецкие демографы выпустили исследование «Германия — 2050», в котором написали, что к середине века этнических немцев (т.е. коренного населения) в Германии будет 40−45%. Остальные будут в основном выходцы из Ближнего Востока, Средней Азии, Африки и Магриба, и т. д.

Такая же ситуация будет и в других европейских странах.

Что долго ждать… Уже в некоторых городах Италии и Франции доля мигрантов составляет 60, а то и 70% населения.

Еще одно-два поколения, и эти люди придут в политику. Они уже приходят в бизнес. В той же Германии, к примеру, процент индивидуальных предпринимателей-иностранцев больше, чем индивидуальных предпринимателей из коренных немцев.

Понятное дело, каждый ищет свое место под солнцем. Каждый ищет больше возможностей. Но лет через десять-пятнадцать Евросоюз столкнется с проблемой этнического лоббизма. А лет через двадцать, если, конечно, ЕС устоит как интеграционное объединение — можно будет рассматривать его, как уже достаточно далекий от европейской культурной идентичности и европейских культурных идеалов организм, или механизм, который будет проводить политику людей его населяющих. А это будут уже не европейцы.

Доцент кафедры европейской интеграции МГИМО Александр Тэвдой-Бурмули не столь пессимистичен в своих прогнозах:

— Ситуация в Европе, действительно, сложная. Мы знаем, и миграционная проблематика очень тяжелая. И зона евро недавно только пришла немножко в себя. Но Шульц, как мне кажется, сознательно пережимает некоторые акценты. Он выступает в роли, если можно так сказать, «индикатора» настроений в Европейском союзе. Где, безусловно, многие сегодня опасаются последствий миграционного кризиса.

«СП»: — Но повод — серьезный…

— Миграционный кризис развивался давно. В какой-то мере ситуацию с мигрантами, европейцы создали сами. Еще в 50−60 годы они начали форсировать импорт рабочей силы — им хотелось экономического процветания. Но то, что случилось в последние два года, вызвало совершенно новую фазу. Количество мигрантов стало прибывать ранее совершенно немыслимыми темпами. И вызвало повышенное раздражение внутри ЕС. Некоторые страны, как мы знаем, стали говорить, что не признают никаких квот, потому что никак не причастны к причинам возникновения этого миграционного потока.

То есть, растет определенное расслоение внутри ЕС. Мы даже видим некий спад солидарности внутри Европейского союза. В этом же контексте стоит воспринимать постоянные угрозы Лондона относительно референдума о выходе…

«СП»: — Сейчас речь идет уже больше о реформировании…

— В том-то и дело. Но изначально Кэмерон говорил, что поставит вопрос о выходе из ЕС. Это был его такой внутриполитический маневр. Но в реальности, я не вижу ситуацию, при которой Лондон, действительно, вышел бы из Европейского союза. Это слишком катастрофично было бы для Великобритании, потому что шотландцы сразу же выйдут и состава Соединенного Королевства.

Поэтому можно говорить о том, что ЕС на данном этапе просто столкнулся с новыми вызовами. Эти вызовы отчасти вызваны быстрым расширением предшествующих этапов. Надо понимать, что чем быстрее они идут вперед, тем больше у них скрепит конструкция.

«СП»: — Поясните?

— Речь идет о том, что расширение ЕС на Восток в последние двадцать лет вызвало существенную проблему. Поскольку эти страны не были равны западноевропейским ни по уровню политического развития, ни по уровню развития социального, ни в ценностных своих ориентациях.

С другой стороны, создание Шенгенской зоны очень сильно продвинуло европейскую интеграцию, простимулировав создание единого европейского рынка. Правда, это же привело к тому, что мигранты получили возможность путешествовать по всему ЕС бесконтрольно. Их сложно задержать. И мы видим террористические вызовы в связи с этим.

А создание зоны евро — это плюс? В общем, да. Но при этом получается, что более сильные финансируют более слабых. Как это было, скажем, с Грецией. И более сильным это в конечном итоге надоело.

Читайте также

Но здесь не нужно чрезмерно драматизировать. Главный вызов в другом…

«СП»: — В чем же он?

— Главный вызов в том, что миграционный кризис очень сильно меняет социокультурную структуру ЕС. Он не меняет ЕС как организацию. ЕС — не рухнет. Но с учетом всех волн миграции (и особенно нынешней) в Европе уже несколько десятков миллионов переселенцев. То есть, это реально 10% населения Евросоюза, которые, мягко говоря, цивилизованно непривычные для европейского проекта. И это, действительно, является вызовом для европейского общества. Для европейской политики.

То есть, в этом смысле европейцы попали в ловушку. Ведь этот исход с Ближнего Востока вызван отчасти ими. Мы помним, что они там сделали во время «арабской весны». Они растормошили этот регион, и теперь расплачиваются.

Новости СМИ2
Новости 24СМИ
Новости Лентаинформ
Последние новости
Цитаты
Сергей Удальцов

Российский политический деятель

Дмитрий Потапенко

Предприниматель

Виктор Похмелкин

Председатель "Движения автомобилистов России"

Комментарии
Новости партнеров
Фоторепортаж дня
Новости СМИ2
Новости 24СМИ
Новости Лентаинформ
Новости Медиаметрикс
Рамблер/новости
Новости НСН
Новости Жэньминь Жибао
Новости Финам
СП-ЮГ
СП-Поволжье
В эфире СП-ТВ
Фото
Цифры дня