«Стирать» безнаказанно курдов Западу не позволят

Рекомендация эксперта западному сообществу — для начала развалить Ирак. Кто на очереди?

  
6161
«Стирать» безнаказанно курдов Западу не позволят
Фото: Zuma/TASS

Прогноз Центра BESA (Израиль) No. 624, 23 октября 2017 года

Краткое содержание: Курды — древний коренной народ Западной Азии, ведущий племенной образ жизни. В период между 1918 годом и 1925-м они стали частями четырех вновь созданных стран, каждая из которых продолжает отказывать курдам в реализации их фундаментальных свобод, не говоря о государственности. Иракские курды и не «второй Израиль», и не «вторая Палестина», но они готовы управлять собой сами, функционируя как демократическая нация — настоящее национальное государство — в регионе, который в значительной степени был сконструирован силами, находящимися вне его пределов.

***

Не все курды стремятся к суверенитету. Курды в Турции, Ираке, Иране и Сирии отличаются и друг от друга, и от курдов диаспоры (в Западной Европе и в Америках). Нет ничего невероятного в том, чтобы турецкие, иранские и сирийские курды согласились на просто автономию, если только эта автономия будет реальной. Но точно так же нет ничего немыслимого в том, что они же могут быть гражданами единого курдского государства, но жить при этом где-нибудь еще или довольствоваться двойным гражданством.

Читайте также

Почему же тогда к суверенитету стремятся иракские курды? И какие международно признанные суверенные границы имеют они в виду? Это — конституционно демаркированные контуры территории, в пределах которой действует КРГ (Региональное Правительство Курдистана автономии внутри Ирака)? Или это те границы, которые включают земли, контролируемые Региональным Правительством Курдистана в результате войны Багдада за освобождение от ИГИЛ * (о чем сейчас сложно «возобновить переговоры»)? Или, может быть, они думают даже о новых заборах, включающих новые куски земли (в том числе Киркук), аннексированные и приносящие приличный доход (по которым сейчас, после недавней военной конфронтации «провести новые переговоры невозможно»)?

Какое же может предполагаться будущее у такого, не имеющего выхода к морям, территориального образования — в отсутствие мирных условий, способствующих региональному признанию, которое предоставило бы этой территории законность и безопасность?

В этом отношении британско-американский консенсус по поводу преждевременности референдума представляется правильным (пусть даже в иронично-псевдоэквивалентной манере это приведет к тому, что у Турции возникнет своя собственная «палестинская проблема»). Простой мирный демократический референдум среди иракских курдов — даже не декларация независимости — вызвал со стороны Турции и Ирана меры по введению жесткой карательной блокады в сочетании с угрозами военной интервенции как со стороны Турции, так и стороны Ирана при предшествующих консультациях с правительством в Багдаде.

Проект «независимости» был обречен не столько в результате захвата Киркука Ираком, сколько вызванным Ираном расколом между кланами Барзани и Талабани. Этот шаг стал для американцев наказанием за двойственность их поведения, он разрушил надежды, которые питал Израиль, и укрепил возрастающее влияние Тегерана в регионе.

Озабоченности Турции и Ирана по поводу появления суверенного курдского государства вдоль их границ с Ираком, на землях, напрямую связанных с территориями, населенными соответствующими курдскими меньшинствами, вполне рациональны, особенно если принять во внимание давнее неравенство и репрессии, от которых эти меньшинства страдали. Риск того, что эти меньшинства в один прекрасный день будут стараться обрести свободы, которые появятся у иракских курдов, могут превратиться в настоящую угрозу только в том случае, если эти государства не разрешат свои разногласия с этими меньшинствами и другими региональными игроками.

Разве 30 миллионов курдов, проживающих в Турции, Ираке, Иране, Сирии и в других странах, представляющие крупнейший разделенный племенной народ в мире, не заслуживают своей собственной суверенной родины, по крайней мере, на тех огромных пространствах, где они — коренное население? Ответ на этот вопрос далеко не прост, если в расчет взять индивидуальную историю каждой из составных частей этого разделенного и рассеянного народа. Тем не менее, кризис этот можно было предвидеть. Его можно было предотвратить, если бы все участвующие в кризисе стороны с самого начала снизошли бы до проявления взаимного уважения друг к другу. Даже сейчас, если бы все стороны сели за стол переговоров, добились мира между соответствующими образованиями и гарантировали бы необходимую терпимость в интересах развития при адекватных свободах, то все закончилось бы хорошо.

Декларации Турции и Ирака о том, что они «не позволят появиться в регионе второму Израилю», должны были подразумевать не презрение к иудаизму как религии, а к сионизму как «идеологии захвата территорий». (При том, что в их образовательных учреждениях, медресе, мечетях, на улицах, рынках и в СМИ ненависть к евреям перехлестывает через край.)

На протяжении веков курды, которые когда-то правили регионом из своего собственного королевства, собирались в определенные, сколоченные по племенному признаку, агломераты. Благоприятные обстоятельства привели к тому, что иракские курды просто споткнулись о возможности и средства ограничить, собрать и буквально заработать себе приносящую доход объединенную область, которой они могли бы управлять демократическими методами, а также удерживать и оборонять военными средствами. Сегодня, однако, свободу мало просто вырвать, ее также надо и признать, особенно если территория находится в окружении недружественно настроенных соседей.

В отличие от палестинских арабов, у которых вновь сконструированная национальная идентичность все еще находится в стадии построения, курды всегда были не только исторически автохтонны; они также были абсолютно упорны в достижении своей национальной идентичности. Они никогда не упускали ни малейшей возможности, чтобы проявить свое стремление к свободе как народ — будь то под арабским, турецким, иранским, иракским или сирийским шовинистическим доминированием. Для курдов никогда не стоял вопрос о том, что для понимания того, кто они такие и какое имя им надо носить, их правителям приходилось лишать их паспортов. Другое дело, что им приходилось часто принижать свое национальное самосознание вопреки своей готовности к самоуправлению и способности — при определенных условиях — трансформировать свой народ в функционирующее демократическое государство.

Поэтому все, что им сейчас надо делать для того, чтобы воплотить свое стремление к свободе, так это приступить к созданию условий к примирению в рамках региона. Благодаря этому их землевладельцы и соседи могли бы предоставить им желанный правовой статус. Однако для того, чтобы в конце концов появилось независимое курдское государство, необходимо, чтобы «курдская проблема» была сначала решена в каждой из отдельных стран региона.

Так же как у израильтян, у курдов велика привязанность к своей национальной территории, к своей родине. Но в отличие от израильтян у курдов никогда не было международного признания в качестве национального государства. Лозаннский мирный договор (отменивший Севрский мирный договор), заключенный в конце Первой мировой войны, а также Организация объединенных наций, созданная после Второй мировой войны, с комфортом игнорирует курдов. Франция и Британия, их «создания» (Ливан, Сирия, Ирак и Иордания) и Турция предпочли делать вид, что курды не имеют значения. Дальше «стирать» курдов, не неся за это ответственности, уже нельзя.

Читайте также

Кажется, для международного сообщества пришло время признать серьезные ошибки, совершенные Западом в прошлом, и пересмотреть этот недосмотр таким образом, чтобы, в конце концов, восстановить достоинство нации, не обретшей своей государственности. Запад может сделать это, предоставив суверенитет той части курдской территории, у которой к этому имеется явная готовность — прежде чем эта готовность не будет вынуждена проявить себя силой оружия. Такая продуктивная инициатива была бы оправдана более, чем инвестиции времени и усилий в то, чтобы состряпать из ничего какое-то государство, в котором обе не-национальные половинки наверняка будут враждовать друг с другом. Это гораздо более предпочтительно, чем «вылуплять» политически нестабильное, экономически хрупкое образование, которое вечно будет нуждаться во внешнем содействии. Такое образование будет вечно находиться в состоянии неудовлетворенности. А если оно будет вынуждено вступать в неизбежные союзы с суннитами-исламистами и/или шиитами-фундаменталистами, то оно будет представлять собой постоянную угрозу для всех своих соседей. И не только.

Перевод Сергея Духанова.

Автор (Jose V. Ciprut) — специалист в области анализа конфликтов и социальных систем, а также международной политики и экономики.

Прогнозные документы Центра BESA публикуются благодаря щедрости Семьи Грега Россхандлера.

Источник

* «Исламское государство» (ИГИЛ) — террористическая группировка, деятельность которой на территории России запрещена решением Верховного суда РФ от 29.12.2014.

Новости СМИ2
Новости 24СМИ
Новости Лентаинформ
Последние новости
Цитаты
Сергей Обухов

Член Президиума, секретарь ЦК КПРФ, доктор политических наук

Андрей Бунич

Президент Союза предпринимателей и арендаторов России

Виктор Алкснис

Полковник запаса, политик

Комментарии
Новости партнеров
Фоторепортаж дня
Новости СМИ2
Новости 24СМИ
Новости Лентаинформ
Новости Финам
Рамблер/новости
Новости НСН
Новости Жэньминь Жибао
Новости Медиаметрикс
СП-ЮГ
СП-Поволжье
В эфире СП-ТВ
Фото
Цифры дня