18+
среда, 7 декабря
Политика

Гейдар Джемаль: Бурджанадзе предложит Путину помощь в укрощении Кавказа

Экс-спикер парламента Грузии ведет двойную игру по поручению Саакашвили или США

  
16

3 марта лидер оппозиционной партии «Демократическое движение — Единая Грузия» Нино Бурджанадзе прибывает с визитом в Москву. Как отмечается в сообщении партии, «политический диалог с Россией является жизненно важным вопросом для единства Грузии», и «грузинскому обществу сегодня неизвестна реальная картина грузино-российских отношений и неизвестно, какие перспективы имеются для урегулирования отношений двух стран».

В сообщении отмечается, что Нино Бурджанадзе направляется в Москву, исходя из интересов Грузии, но не уточняется, с кем именно она будет встречаться. Вслед за Москвой Бурджанадзе намерена посетить ряд столиц Европы и США.

Напомним, что парламент Грузии работает над чрезвычайным обращением к парламентам северокавказских республик РФ. В нем, в частности, сказано, что, несмотря на деструктивные действия России, многовековые тесные и дружеские отношения между народами Кавказа должны быть сохранены. Как считают в партии Нино Бурджанадзе, подобные инициативы властей Грузии являются провокациями, которые могут вызвать дестабилизацию на Кавказе. «С учетом нестабильной и тяжелой ситуации на Северном Кавказе, подобные заявления могут стать причиной начала большой дестабилизации в регионе. Подобными заявлениями власти Грузии пытаются бросить вызов России», — указано в заявлении.

Что стоит за визитом Бурджанадзе, рассуждает председатель Исламского комитета России Гейдар Джемаль.

«СП»: — Гейдар Джахидович, зачем Бурджанадзе едет в Москву?

— Бурджанадзе рассчитывает на приход к власти в качестве нового президента Грузии, и пытается в этих столицах, начиная с Москвы, снять негатив по поводу ее прихода на место Саакашвили. Вот она и объезжает столицы перед тем, как сделать рывок.

«СП»: — С кем она может встречаться в Москве?

— С Путиным может.

«СП»: — Если представить, что Бурджанадзе встречается с Путиным, о чем они могут договариваться?

— Бурджанадзе, прежде всего, предложит ему взаимодействие по борьбе с северокавказскими народами, о чем она уже намекнула. И, думаю, спросит его, какие у Путина свои пожелания.

«СП»: — Я не совсем понял. Бурджанадзе предложит Путину объединиться в борьбе с чем?..

— Вы же привели антисеверокавказскую цитату Бурджанадзе. Она предложит Путину объединиться против северокавказских народов. То есть, не саакашвилевская Грузия, подстрекающая Северный Кавказ, а бурджанадзивская Грузия, помогающая России оказывать давление на Северный Кавказ. Собственно, последняя версия — это традиционная позиция Грузии на протяжении веков. Большая кавказская война в XIX веке в значительной степени была спровоцирована Грузией. А грузинские дворяне в генеральских погонах царской армии помогали царизму топить в крови Северный Кавказ на протяжении всего XIX века.

«СП»: — То есть, это историческая позиция Грузии?

— Исторически Грузия — пятая колонна и ударный отряд царской России на Кавказе.

«СП»: — А Путина может в принципе заинтересовать такое предложение Бурджанадзе? Такая помощь интересна Москве?

— Думаю, нет, не очень интересна. Дело в том, что Москва общается непосредственно с Соединенными Штатами. А США давно и жестко указали Саакашвили на недопустимость поддержки Имарата Кавказ, потому что в Вашингтоне считают, что это рука Аль-Каиды. Поэтому реальной поддержки со стороны Тбилиси в адрес вооруженной оппозиции нет. И Бурджанадзе не может что-то добавить в этом направлении к тому, что уже сделано американцами.

«СП»: — А это ее фраза, что Саакашвили хочет «посредством новых провокационных действий и заявлений, ввязать страну в новую войну». Вообще, новая война России и Грузии возможна?

— В принципе, возможна. Но, если она произойдет, будет носить тактический характер, это будет разработка позиционного порядка. Все здесь должно быть увязано с общей ситуацией в регионе, Ираном в первую очередь. Главными фигурантами там являются Иран и Турция. Турция стремится освободиться от влияния США и превратиться в самостоятельного игрока, который движется в направлении налаживания контактов с Ираном. А Иран ожидает удара и готовится к нему. А с другой стороны, НАТО, которое заинтересовано в Южном Кавказе как в прифронтовой полосе. Вот исходя из этого надо смотреть на интересы сторон, на то, какую позицию займет Россия. Сегодня Медведев сдает все, что еще у России осталось в качестве элементов самостоятельности. А дальше все зависит от политики Путина, как будет развиваться его конфликт с Медведевым.

«СП»: — А что конкретно Медведев сдает, в данном случае?

— Иран, например, сдает. Да много чего. За последние месяцы российская позиция в диалоге с США по поводу, скажем, значения и веса России, значительно ослабла. Фактически снята тема «Искандеров» на западе России, не упоминается Румыния, которая становится площадкой для американской ПРО. По Ирану — явная капитуляция. Словом, идет стремительный демонтаж великодержавных моментов. Если удар на юге может состояться с Грузией, это будет носить, скорее, характер полемики с этим курсом Медведева со стороны Путина. Если, конечно, такая война сейчас технически возможна. Потому что войну, конечно, можно планировать, но чем ее осуществлять? Многие военные специалисты считают, что ресурс, который был истрачен в августовской российско-грузинской войне, до сих пор не восстановлен.

«СП»: — Бурджанадзе говорит, что Саакашвили «лучше покинуть страну в статусе президента, который преследуется Россией». Как я понимаю, она говорит: сейчас Саакашвили спровоцирует войну, и свалит из Грузии в статусе президента, и это нехорошо. Нехорошо почему, что в этом приятного для Саакашвили?

— Бурджанадзе намекает, что если он уйдет как свергнутый и преследуемый президент, как политический беженец, он получит иммунитет. В противном случае Саакащвили придется судить, его будет ожидать судьба Милошевича, что-то в этом роде. А так у него будут гарантии, Западу придется носиться с ним как с человеком, пострадавшим от российского империализма. Вот о чем она говорит.

«СП»: — А насколько такое реально: чтобы Саакашвили, ради статуса политического беженца, развязал войну?

— Чушь это все, по-моему.

«СП»: — Нынешний международный вояж Бурджанадзе сильно укрепит ее позиции, она станет от этого более сильным противником Саакашвили, чем есть теперь?

— Трудно сказать. Конечно, Саакашвили уйдет, но возможности Бурджанадзе, мне кажется, достаточно ограничены. И шансы ее стать президентом тоже ограничены. Ираклий Аласания — более значимая фигура.

«СП»: — Получается, нам, в данном случае, Бурджанадзе неинтересна, не является ключевой фигурой, мы не можем на нее поставить… А почему не можем поставить?

— Дело в том, что в Грузии Россия ни на кого не может поставить. В Грузии ситуация не управляется Россией, и Россия не является страной, которая там кого-то снимает и ставит.

«СП»: — То есть, мы не можем через Бурджанадзе изменить текущую ситуацию, в которой Грузия находится под влиянием США? Мы не можем через Бурджанадзе на этот расклад повлиять?

— Ну, какое-то влияние она там имеет. Но видите, какая штука: в Грузии самый простой способ вывести себя из игры — дать понять, что ты слишком близко взаимодействуешь с Россией. Как только тебя заподозрят в том, что ты являешься агентом Москвы, считай, что это политическая смерть. Поэтому взаимодействие с Москвой может быть только в очень ограниченных рамках, до того, как тебя начнут подозревать в том, что Кремль сделал на тебя ставку, что Москва тобой управляет. С теми фигурами, которые признанно считаются промосковскими, для грузинского политика опасно взаимодействовать. С ними стараются уже не встречаться. Потому что в Грузии перспективных пророссийских политиков нет. То есть нет политика, который бы считал, что нужно быть союзником России, нужно смириться с потерей Абхазии и Южной Осетии — таких политиков нет. Если такие политики есть, они сидят в Москве, и не имеют никакого будущего в Грузии.

«СП»: — В чем тогда миссия Бурджанадзе?

— Бурджанадзе ведет в этом плане какую-то двойную игру. Мы не можем исключать, что она выполняет поручение третьей стороны, которая просто зондирует позицию российских элит, их готовность реагировать на процессы в Грузии. Вы понимаете? Может, она выполняет поручение того же Саакашвили, или США. Эти поручения могут ведь выполняться в разных формах, например, в форме скандальной оппозиции. В форме человека, который приезжает и протягивает руку, говорит, что вот такой сумасшедший Саакашвили, что нужно сделать, чтобы помочь сблизиться с вами… Тем не менее, за этим стоит любопытство, насколько Россия готова и способна вмешиваться. Думаю, это провокационно-зондирующий визит.

Что говорила Бурджанадзе накануне визита

«С учетом нестабильной и тяжелой ситуации на Северном Кавказе, подобные заявления (парламент Грузии работает над чрезвычайным обращением к парламентам северокавказских республик РФ) могут стать причиной начала большой дестабилизации в регионе. Подобными заявлениями власти Грузии пытаются бросить вызов России», — указано в заявлении Бурджанадзе.

«Саакашвили, который догадывается о том, что создается угроза его пребыванию у власти, старается, посредством новых провокационных действий и заявлений, ввязать страну в новую войну, так как ему лучше покинуть страну в статусе президента, который преследуется Россией, чем представить свободу выбора собственному народу. Тогда как мы на протяжении лет справедливо критикуем Россию за поддержку сепаратистов и сотрудничество с сепаратистскими властями Абхазии и Южной Осетии в обход официальных властей, новые власти Грузии делают то же самое и узаконивают действия России по отношению к нашим регионам», — отмечается в заявлении.

Популярное в сети
Цитаты
Сергей Ермаков

Заместитель директора Таврического информационно-аналитического центра РИСИ

Комментарии
Новости партнеров
Фото дня
СМИ2
24СМИ
Новости
Жэньминь Жибао
Медиаметрикс
Финам
НСН
СП-ЮГ
СП-Поволжье
Цитата дня
В эфире СП-ТВ
Фото
Цифры дня