18+
суббота, 10 декабря
Политика

Евгений Минченко: Ходорковского помилуют летом 2012 года

Суд приговорил экс-главу «ЮКОСа» к 13,5 годам лишения свободы

  
21

Судья Хамовнического суда Виктор Данилкин зачитал срок приговора экс-главе НК «ЮКОС» Михаилу Ходорковскому и бывшему руководителю МФО «Менатеп» Платону Лебедеву. Судья признал Ходорковского и Лебедева виновными по статьям 160 и части 1 статьи 174 УК РФ. Он постановил назначить наказание — 8 лет по первой статье, 9 лет по второй статье — всего — 13 лет 6 месяцев. Окончательный срок — 14 лет в колонии общего режима, которые будут отсчитываться с 2003 года, сообщает пресс-центр Михаила Ходорковского.

Поскольку 14-летний срок отсчитывается с 2003 года, на свободу Ходорковский выйдет в 2017 году. В 2018 году состоятся очередные президентские выборы. Чтобы Ходорковский не вышел на свободу за год до президентских выборов, (а это произошло бы в 2011 году по отбытии первого приговора, если бы не последовал второй), против него могут подготовить и третье дело.

Ходорковский и Лебедев внешне невозмутимо восприняли назначенный им приговор. Они даже улыбались, а Ходорковский помахал рукой родным. Между тем мать Ходорковского эмоционально отреагировала на приговор, сказав судье: «Будьте вы прокляты и потомки ваши».

Что означает такой финал дела Ходорковского, рассуждает ведущий эксперт Московского центра Карнеги Николай Петров.

«СП»: — Николай Владимирович, вы ожидали такого жесткого приговора?

— Мне кажется, срок еще не окончательный. Надежды на то, что либеральные заявления Медведева будут реализованы в справедливом правосудии, очевидно не оправдываются. В этой ситуации остается вариант дать Ходорковскому 14 лет сейчас, а потом на год-два скостить срок путем гуманного вмешательства президента, кассации, или чего-то подобного.

«СП»: — Максимальный срок был задан свыше?

— В этой истории, мне кажется, заданным было несколько позиций: что должен быть новый срок, должен быть приговор, и этот приговор должен перекрывать действующий. А каким конкретно будет этот новый срок, окончится ли он в 2017 году, или в 2015-м, принципиального значения не имеет.

Важно, что изначально смысл этого дела был не только в том, чтобы Ходорковский продолжал находиться в тюрьме, но и в том, чтобы если различные европейские инстанции будут обжаловать и вмешиваться в первое дело, всегда было второе. Так иногда бывает, когда освобождают человека, и тут же снова арестовывают его прямо в зале суда по другому обвинению.

«СП»: — О чем говорит итог процесса над Ходорковским с политической точки зрения?

— О том, что существующая политическая система никак и ни в чем не изменилась. Это по-прежнему система, которую построил Путин, и которой во время президентства Медведева были приданы какие-то внешние, более симпатичные для наблюдателей, черты. Но по основным вопросам — а Ходорковский, конечно, один из главных вопросов для политической системы — все как было, так и осталось. Более того, мне кажется, второе дело Ходорковского имеет советские черты.

«СП»: — В чем это выражается?

— В деле демонстративно не сходятся концы с концами. Это демонстрация, что власть, если хочет, может против человека, который ей несимпатичен, использовать репрессивный механизм. При этом она даже не будет стараться придать делу видимую законность.

В советское время я присутствовал на диссидентском процессе. Первый час я сидел в зале суда, и не мог понять происходящего: мне казалось, дело демонстративно шито белыми нитками, что все это можно было сделать гораздо более тщательно. Но потом я понял, что в этом и состоял замысел: продемонстрировать, что система может сделать, что хочет, и при этом не будет мимикрировать.

Это же можно сказать про выступление Путина, когда он сказал про Ходорковского, что «вор должен сидеть в тюрьме». Премьер прекрасно понимает, что после таких его слов будут замечания и возражения. Путин говорит не потому, что ему это непонятно, или он не контролирует себя. Он таким образом демонстрирует, что мелкие юридические ограничения не мешают ему показывать, что он — хозяин.

«СП»: — Из приговора следует, как будут развиваться события в 2012 году?

— Думаю, из одного дела Ходорковского ничего особо не следует. Но мне кажется, что второе дело Ходорковского, как и первое, — очень серьезная веха. В данном случае, это конец времени, когда можно было улучшать образ системы, и вселять какие-то надежды благодаря простым заявлениям и имиджевым ходам, которые делал президент Медведев. В этой новой реальности я не вижу содержательных функций, которые он в системе выполняет.

«СП»: — А какие функции президент выполнял?

— Первые два с половиной года роль Медведева заключалась в том, чтобы посылать какие-то позитивные, с точки зрения Запада и либералов, сигналы, и таким образом менять ожидания, менять образ системы. Дело Ходорковского — это веха, после которой менять свое отношение к системе только потому что кто-то что-то хорошее говорит, уже невозможно: дела не соответствуют словам.

В этом смысле, дело Ходорковского влияет на 2012-й год. Такой расклад показывает, что места и роли для Медведева (или ему подобного, относительно либерального формального лидера страны) в системе уже нет.

Другое мнение

Евгений Минченко, директор Международного института политической экспертизы:

— Мне кажется, Ходорковский выйдет раньше 2017 года. Логично было бы — если нашим следующим президентом будет Дмитрий Медведев — помиловать Ходорковского. Но — уже после президентских выборов, скажем, летом 2012 года. Но это требует встречного движения: нужно, чтобы Ходорковский написал прошение о помиловании.

«СП»: — Вы думаете, он будет писать прошение?

— Я так понимаю, психологически — пока, по крайней мере, — он к этому не готов. Думаю, у Ходорковского сформировалось ощущение собственной миссии, у него произошли внутренние психологические трансформации. Если он так долго упирался, вдруг взять и написать прошение ему будет очень тяжело.

Я не исключаю, что может быть и вариант с условно-досрочным освобождением — например, за хорошее поведение. В этом случае прошение не требуется, и можно предположить, что освобождение возможно в 2013—2014 годах.

В целом, с большой долей вероятности, Ходорковский выйдет раньше.

«СП»: — Почему срок в итоге получился таким большим, практически максимальным?

— Наверное, потому, что у власти было больше возможностей для маневра. Потому что, с точки зрения общественного мнения, восемь лет или четырнадцать — не принципиально. Тем более, что генеральная идея — обвинение выглядит нелепо. Поэтому сколько за него дадут, принципиального значения не имеет.

«СП»: — Этот приговор вызовет скандал на Западе?

— Запад не настроен жестко рубиться за Ходорковского, судя по последним заявлениям представителя Госдепартамента США. Скандал вызвал сам факт, что приговор обвинительный. Конечно, большой срок добавит возмущения. Но, учитывая, что на Западе рождественские каникулы, большого эффекта не будет. Тем более, только что США и Россия ратифицировали договор по СНВ, и рычагов для давления у Запада практически не осталось.

Досье «СП»

Суд согласился с названной обвинением суммой ущерба, причиненного Ходорковским и Лебедевым на сумму свыше 892 млрд рублей и легализации имущества на сумму более 480 млрд рублей. Но объемы украденной нефти, как и просила прокуратура, уменьшили.

Суд посчитал свидетельством вины Ходорковского показания, которые тот давал по второму уголовному делу ЮКОСа. По словам судьи Виктора Данилкина, доводы Ходорковского о невиновности опровергаются его же показаниями, в которых он признавал, что контролировал всю деятельность компании. При этом в приговоре уже установлено, что ЮКОСом руководила организованная группа.

Кроме того, судья критически расценил заявления о том, что предпринимателей еще раз судят за те же преступления, за которые они уже отбывают наказание согласно вынесенному в 2005 году приговору суда. Данилкин пояснил, что оба процесса ведутся по обвинению в разных статьях УК РФ и инкриминируемые преступные деяния, рассматриваемые Мещанским и Хамовническим судом, были совершены в разные временные периоды.

Судья не поверил показаниям бывшего премьер-министра Михаила Касьянова, заключив, что изложенные Касьяновым факты опровергаются показаниями председателя Сберегательного Банка РФ (в то время — министра экономического развития и торговли РФ) Германа Грефа и министра промышленности и торговли (в то время — вице-премьера) Виктора Христенко.

При этом суд квалифицировал обвинение по редакции УК РФ 2010 года, с учетом президентских поправок, смягчающих ответственность по экономическим преступлениям.

Кроме того, вынося приговор, судья переквалифицировал обвинение и снизил с «особо крупного» на «крупный» объем нефти, в хищении которой обвиняются подсудимые. В приговоре суда говорится, что обвинение с части 4 статьи 160 (хищение в особо крупном размере) переквалифицировано на пункты «а» и «б» части 3 статьи 160 УК РФ. Данилкин пояснил, что квалификация «хищение в особо крупном размере» была введена в законодательство после совершения инкриминируемых преступлений. При этом судья пояснил, что не оценивает тот факт, что в прениях прокуроры сократили объем инкриминируемого хищения с 350 до 200 млн тонн нефти как отказ от обвинения, передает ИТАР-ТАСС.

Суд не стал снижать вслед за прокуратурой объем нефти, хищение которой инкриминируется фигурантам дела. Объем незначительно снижен лишь в обвинении в хищении нефти за 2003 год.

Суд не нашел обстоятельств, отягчающих вину Ходорковского и Лебедева. В качестве смягчающих обстоятельств суд учел наличие у подсудимых на иждивении несовершеннолетних детей, а также состояние здоровья Лебедева, у которого диагностирован ряд хронических заболеваний.

Популярное в сети
Цитаты
Сергей Ермаков

Заместитель директора Таврического информационно-аналитического центра РИСИ

Комментарии
Новости партнеров
Фото дня
СМИ2
24СМИ
Новости
Жэньминь Жибао
Медиаметрикс
Новости сети
Финам
НСН
СП-ЮГ
СП-Поволжье
Цитата дня
В эфире СП-ТВ
Фото
Цифры дня