18+
четверг, 26 мая
Политика

Александр Рар: Поляки не хотят признавать, что убили своего президента

Доклад МАК стал картой в игре консервативных кругов в Польше, нацеленных против России

  
69

Польша берёт на себя ответственность за катастрофу под Смоленском. Об этом заявил премьер-министр Дональд Туск, комментируя опубликованный окончательный отчёт Межгосударственного авиационного комитета. Впрочем, отчёт МАК польский премьер назвал неполным. По словам Туска, Польша обратится к России с просьбой о выработке общей позиции и общего отчёта о причинах авиакатастрофы под Смоленском.

«Польская сторона не считает доклад полным. В соответствии с Чикагской конвенцией мы имеем права добиваться того, чтобы доклад устраивал обе страны. Поэтому мы хотим, чтобы была совместная версия доклада. Мы обратимся с этим предложением к российской стороне», — заявил Туск.

В отчёте непосредственной причиной крушения самолета Леха Качиньского признано решение экипажа не уходить на запасной аэродром. В свою очередь, глава польского МВД Ежи Миллер высказал мнение, что диспетчеры должны были не разрешать экипажу заход на посадку.

В свою очередь, техническая комиссия МАК детально рассмотрела замечания Польши к проекту окончательного отчета и учла комментарии технического характера в соответствии с приложением 13 к Конвенции о международной гражданской авиации, заявил председатель Технической комиссии Алексей Морозов. Он напомнил, что «расследование катастрофы завершено и отчет является окончательным».

Что на самом деле стоит за претензиями поляков, рассуждает директор программ России и стран СНГ Германского совета по внешней политике Александр Рар.

«СП»: — Александр, возмущение поляков выглядит не совсем адекватным, вы не находите?

— В Польше есть политические силы, которые не хотят примирения с Россией. Отношения с Россией всегда являются фактором внутриполитической борьбы в Польше, и обсуждаются в очень эмоциональном поле. Того, кто дружит с Россией, хочет идти на сближение с ней, сразу обвиняют в предательстве нации и национальных интересов.

Трагедия в Смоленске породила, с одной стороны, уникальное историческое движение навстречу Польши и России. Это движение поддерживается силами, которые сегодня возглавляют Польшу — это и Комаровский, и Туск. В то же время, есть сильное консервативное лобби, которое сначала оказалось в трауре после катастрофы в Смоленске, а сейчас продолжает прежнюю игру. Эта игра нацелена на внутреннюю публику, на поддержку правых интеллектуальных кругов.

У нас в Германии, к сожалению, происходит то же самое в отношениях с поляками. Какие бы жесты примирения не делала немецкая сторона, есть прослойка польских интеллектуалов, которым этого недостаточно.

В то же время, я бы не стал ставить это обстоятельство во главу угла. Главное, чтобы Россия его не раздувала. Сейчас российская сторона договаривается с польской властью, которая прекрасно понимает, на что Россия пошла. Это очень важно.

«СП»: — Российских диспетчеров на Западе считают виновными?

— Мне кажется, российские диспетчеры действовали по закону. Если президентский самолет хочет приземлиться, пилоты говорят, что у них есть приказ командования на посадку, что могут сделать два диспетчера? Они, естественно, говорят, что экипаж рискует, что посадка может плохо закончится. Но над этой ситуацией довлеет уже политика, отказ принять самолет может стать причиной новых разногласий между Россией и Польшей. Представьте, что было бы, если бы самолету не разрешили приземлиться, что бы говорил после этого Качиньский?!

Может быть, по ситуации останутся разногласия. Но я не вижу причин, по которым Польша могла бы официально обвинять Россию в укрывательстве фактов, называла ее виновником аварии.

«СП»: — Вы говорите, скандал выгоден польским консерваторам. Они сейчас пользуются большой поддержкой в стране?

— Бывший президент Лех Качиньский получил на выборах больше половины голосов. Думаю, сегодня консерваторы — не очень значительная сила, но они имеют свои корни в Польше. У правых есть газеты, сторонники из числа известных людей, которые выступают в их поддержку. Кроме того, брат Качиньского жив, и он, конечно, будет и дальше пытаться делать святого из погибшего президента.

«СП»: — Почему?

— Лех Качиньский, с точки зрения правых, не может войти в историю с черным пятном. Он, конечно, не виноват в своей гибели, но самолет сажали его люди, в принципе, они убили своего собственного президента. Правым невыгодно поставить такую точку в этой истории. Они хотят обелить Качиньского, представить, что в гибели виноваты другие. Это совершенно понятная реакция.

«СП»: — У нас популярна версия, что за российско-польским сближением стоят экономические мотивы. В Польше обнаружили значительные запасы сланцевого газа, и якобы «Газпром» хочет разрабатывать их совместно поляками, чтобы не потерять позиции на газовом европейском рынке. Это похоже на правду?

— В Польше есть очень сильное бизнес-лобби, которому надоело идеологическое противостояние. Они хотят сотрудничать с Россией, и пример сближения в экономической сфере — подписанный договор о поставках российского газа через польские трубопроводы в Германию. При Качиньском этот договор не могли подписать, он вообще хотел отказаться от российского газа, и покупать норвежский. Сейчас, слава Богу, ситуация успокоилась.

А сланцевый газ… В Польше он есть, он есть в Германии и на Украине. Но пока технология получения газа из сланцев не очень развита. Потом, внутри той же Германии много «экологического» законодательства, которое не разрешает провести революцию в газовой сфере — по крайней мере, пока. Но Польша, да, сейчас может с большей уверенностью смотреть в сторону России, потому что оказалось, что у нее есть газ. Это большой подарок Польше.

«СП»: — Как вы думаете, чем закончится история с самолетом?

— В деле будет поставлена точка. Для иностранных наблюдателей понятно, что произошло, и никто винить Россию и российских диспетчеров не будет. Доклад МАК можно отдать на международную экспертизу, если так уж нужно. Но в этом вопросе, в любом случае, остаются эмоции — это ведь не математика. Но главное остается неизменным: Польша не может приписывать российской стороне вину в этой катастрофе. Если бы это было возможно, если существовала хотя бы тень подозрения, скандал был бы, действительно, настоящим.

Мнение эксперта

Петр Дайнекин, экс-главнокомандующий ВВС СССР:

— В кабине любого воздушного судна не положено находиться посторонним. Кто бы ни был в пассажирском салоне, даже пилот высочайшей квалификации, — он не имеет права вмешиваться в действия экипажа. Я не исключаю, что шеф протокола, переживая за своевременное прибытие президента Качиньского, мог пройти в кабину. Но в такой ситуации командир экипажа должен был перешагнуть свое подчиненное служебное положение по отношению к руководителю протокола. Сказать ему, что «ваша жизнь нам дороже любого протокола», и уйти на запасный аэродром.

Во многих полетах нас отделяют от тяжелой трагедии буквально метры, секунды и какие-нибудь сотни оборотов двигателя. Но мастерство настоящего пилота заключается в том, чтобы не завести воздушное судно в ситуацию, когда все решается на последних секундах. Очень важно научиться управлять самолетом, но еще важнее для капитана уметь управлять собой.

Рамблер новости
СМИ2
24СМИ
Комментарии
Первая полоса
Рамблер новости
СМИ2
Новости
24СМИ
Жэньминь Жибао
Медиаметрикс
Финам
Миртесен
Цитаты
Руслан Хасбулатов

Экономист, экс-председатель ВС России

Аждар Куртов

Политолог

НСН
В эфире СП-ТВ
Фото
СП-Юг
СП-Поволжье