18+
пятница, 9 декабря
Политика

Медведев отодвинул «гвардейцев» Путина от «кормушки»

Президент лишает кураторов госкорпораций многомиллионных легальных доходов

  
18

Президент Дмитрий Медведев выступил с «мартовскими тезисами» в Магнитогорске — и совершил небольшую революцию. Фактически он потребовал пересмотра основ нынешней экономики: права для Минэкономики приостанавливать действие мешающих бизнесу законов, особого порядка рассмотрения коррупционных дел, снижения ставок социальных налогов, сокращения издержек госмонополий на 10% в год. И главное — выхода из советов их директоров министров и вице-премьеров.

Таким образом, советы директоров должны покинуть вице-премьеры Игорь Сечин («Роснефть», «Интер РАО»), Алексей Кудрин (ВТБ), Виктор Зубков («Росагролизинг», возможно, «Газпром»), Сергей Иванов («Роснано»), министры Игорь Левитин («Аэрофлот»), Сергей Шматко («РусГидро», ФСК, «Транснефть», «Газпром»).

Наконец, Медведев потребовал «зафиксировать и объявить график приватизации крупных пакетов акций на ближайшие три года». Напомним, тактикой Белого дома последних месяцев было затягивание вопроса о «большой приватизации» в 2011—2015 годах, а сами госкомпании, в том числе «Транснефть» и «Роснефть», вообще публично сомневались в необходимости сокращать в них госприсутствие.

Что стоит за «тезисами» Медведева, рассуждает политолог Дмитрий Орешкин.

«СП»: — Дмитрий Борисович, изменения, которые предлагает Медведев — действительно носят революционный характер?

— Я бы немного снизил градус вопроса. Еще до того, как Медведев стал президентом, внимательные наблюдатели видели, что у него и Путина разный подход к управлению корпорациями. Еще до выборов-2008 Путин говорил, что госкорпорациями должны управлять представители государства. То есть, он в первую голову ставил интересы государственного контроля над крупными структурами, типа ОАО «РЖД», «Газпрома», «Роснефти». А Медведев тогда говорил, что, с его точки зрения, госкорпорациями должны управлять независимые директора. Он во главу угла ставил не контроль, а эффективность управления. Предполагалось, что наемный директор оценивается акционерами с точки зрения экономической эффективности.

Прошло три года, медведевская концепция уступила путинской по понятным причинам — Путин реализовывал и контролировал, по сути, главные экономические ресурсы страны. Медведев со своей идеей ждал своего времени.

«СП»: — То есть, Медведев изначально хотел, чтобы была реальная конкурентная среда в стране?

— Да. Для этого корпорации должны действовать в равных условиях. Если же в качестве председателя совета директоров находится вице-премьер, корпорация получает неоспоримое преимущество — административный ресурс. А сам вице-премьер, став бизнесменом, использует преимущества личного бюрократического статуса, чтобы создавать привилегированные позиции своему бизнесу.

В результате получается бюрократический бизнес, когда эффективность и конкурентоспособность определяются не производством товаров и услуг более высокого качества за более низкую цену, а эффективностью лоббистских усилий в органах власти. Получается, что преимущества и доходы компании зависят не от потребительских качеств ее товара, а от лоббистских способностяей наверху. Во всем мире играют в лоббистские игры. Но когда у тебя директор одновременно вице-премьер, понятно, что лоббизм процветает — дальше некуда.

У нас политика контролируется интересами бюрократии. Бизнес вынужден поддерживать крупных бюрократов, иначе он не выдерживает внутренней конкуренции, а бюрократы используют деньги бизнеса для еще большего укрепления своей власти, и, соответственно, оттирания конкурентов. В результате мы входим в фазу застоя, когда реальной конкуренции нет — вернее, она осуществляется в политической, а не в экономической сфере.

«СП»: — Получается, президент прав в своих «тезисах»?

— То, что сказал Медведев — абсолютно правильно, если исходить из интересов экономики. Если из интересов укрепления вертикали, и черт с тем, какая экономика — надо, чтобы крупными корпорациями управляли госчиновники. Но тогда мы уходим от концепции Дэн Сяопина, который говорил, что неважно, какого цвета кошка — лишь бы хорошо ловила мышей. И приходим к другой концепции: неважно, как кошка ловит мышей, лишь бы она была лояльна госструктурам и вертикали. Это две разные позиции. Мне кажется, дэнсяопиноская и медведевская, с точки зрения экономического развития страны, более адекватная. Но есть небольшая загвоздка.

«СП»: — В чем?

— В первом президентском послании Путина, в 2000-м году, Владимир Владимирович, с присущей ему прямотой, заявил, что развитию экономики мешают три фактора: административный пресс, высокие налоги и коррупция. Надо укреплять государство, говорил Путин, чтобы оно снижало налоги, ослабляло админпресс, и защищало бизнес от коррупционеров. Прошло 10 лет: налоги выросли, административный пресс давит все сильнее, число чиновников за путинскую эпоху выросло вдвое. Про коррупцию я вообще не говорю.

Медведев сегодня повторяет то, что в качестве приоритетов в 2000-м году озвучивал Путин. Путин не смог — или не захотел — реализовывать эти приоритеты. Не знаю, верил ли он в них. Путин исповедовал другую веру: важно сильное государство, вертикаль, а экономика приложится — тем более, нефть дорожает. Медведев остается при своем: экономика должна быть конкурентной, нужны понятные правила соревнования, желательно пониже налоги.

И теоретически, и практически Медведев кругом прав. Его «тезисы», конечно, можно понимать, как политическую декларацию накануне выборов — Медведеву надо как-то позиционироваться.

«СП»: — Какое ощущение у вас от тезисов президента?

— Самое обидное — все это было ясно тому же Путину 10 лет назад. В этом смысле, эти десять лет прошли даром, и даже контрпродуктивно, потому что действовали прямо в противоположном направлении, по сравнению с заявленными ценностями.

Другое мнение

Николай Петров, ведущий эксперт Московского центра Карнеги:

— Тезисы Медведева — это предвыборный жест, но жест важный и серьезный. С одной стороны, он адресован бизнесу, в первую очередь, малому и среднему, с другой — Западу. Это сигнал, что Медведев не просто делает общие заявления, но и вполне в состоянии переходить к конкретным делам, причем касающимся инвестиционного климата, что Запад серьезно волнует. Это еще не состоявшиеся шаги, какими могли бы стать конкретные решения, в том числе кадровые. Это программа действий, но четко привязанная во времени

Она имеет предвыборный характер еще и потому, что в ней говорится об облегчении налогового бремени. Правительство обязано представить свои соображения, с 1 января, то есть перед президентскими выборами, эти изменения должны быть реализованы. Мне кажется, это серьезное развитие позиций Медведева.

По сути, это то, о чем говорили давно, к чему президента призывали: воплощение очень правильных, но абстрактных слов в конкретную программу действий. Безусловно, в этом виден Медведев-президент, который имеет амбиции остаться президентом (чего не скажешь о последнем президентском послании).

Не знаю, насколько «тезисы» Медведева согласованы с правительством и Путиным. Но независимо от этого, президент ставит правительство и Путина в довольно нелегкое положение — в плане набирания очков. Если это будет реализовано так, как и когда это формулирует Медведев — это, безусловно, пойдет ему в актив.

С другой стороны, из «тезисов» виден электорат Медведева — несколько процентов «модернизационного» населения страны. Президент четко формулирует: все, что будет делать правительство, не должно происходить за счет снижения нынешнего уровня зарплат и пенсий. То есть, положение большинства граждан не должно ухудшиться. Но улучшается положение относительно небольшой группы граждан. Но в электоральном плане эта группа не определяет судьбу президентских выборов.

Конечно, Медведев бросает вызов путинской бюрократии. Ей совершенно точно не хочется уходить должностей в госкорпорациях, которые приносят им совершенно легальные доходы. Если они уходят, они лишаются возможности кормиться от этого бизнеса напрямую. Они, естественно, продолжат кормиться, но это будут какие-то теневые схемы, при наличии которых можно будет напрямую говорить о коррупции.

Евгений Минченко, директор Международного института политической экспертизы:

— Решение, что чиновники не должны быть в советах директоров, уже принималось два года назад, но воз и ныне там. Действительно, в этой ситуации происходит сращивание бизнеса и конкретных чиновников. Часто эти чиновники являются лоббистами бизнес-групп, а иногда — фактическими управляющими компаниями, как в случае Сечина и «Роснефти».

По кому ударяет такое решение? Прежде всего, по Сечину и Кудрину — они и члены их команды активно представлены в советах директоров различных компаний. Другой дело, если даже это решение будет принято, его эффективность не стопроцентная. Можно предположить, что, допустим, жены высокопоставленных чиновников будут ходить в советы директоров в качестве независимого директора. Но, если говорить о межклановой борьбе, при таком раскладке ослабнет группа Сечина.

«СП»: — То есть, с интересами Путина это никак не связано?

— Сейчас идет игра за изменение межкланового баланса, и Путина, конечно, это тоже касается. В конце концов, с помощью чиновников в советах директоров он управляет системой. Например, Виктор Зубков в «Газпроме» — фактически комиссар Путина в корпорации. Он не занимается текущей коммерческой деятельностью, но следит за тем, чтобы реализовывались ровно те задачи, которые ставит лично Путин. Поэтому для путинской системы управления «тезисы» Медведева создают определенные сложности.

Высокопоставленные чиновники получали в госкорпорациях легальные доходы. Конечно, оказавшись «за штатом», их влияние ослабнет. Если нет институциональной позиции, всегда сложнее оказывать влияние на оперативную деятельность корпораций.

«СП»: — Сохранят ли чиновники доходы, которые получали в корпорациях?

— Кто как — зависит от совести конкретного чиновника. Технически это вполне возможно.

Сечин и Кудрин продолжат руководить корпорациями

Представители правительства в советах директоров компаний с государственным участием будут заменены на независимых директоров, как этого потребовал президент Дмитрий Медведев, но при этом вице-премьеры Игорь Сечин и Алексей Кудрин по-прежнему будут влиять на деятельность «Роснефти» и ВТБ. Это следует из комментариев помощника президента Аркадия Дворковича, который объяснял, какие могут быть последствия инициатив Медведева, провозглашенных накануне в Магнитогорске.

«У данных руководителей правительства остаются широкие полномочия по влиянию на деятельность этих компаний», — цитирует Дворковича ИТАР-ТАСС. Помощник президента уточнил, что «никто не отменял институт директив». По его словам, ведется анализ того, насколько этот институт директив соответствует реалиям.

Надо заметить, заявление Дворковича во многом нивелируют инициативы Медведева. Не исключено, что президентские «тезисы» обернутся косметическим ремонтом нынешней системы, и останутся красивым пропагандистким жестом главы государства.

Фото: kremlin.ru

Популярное в сети
Цитаты
Сергей Ермаков

Заместитель директора Таврического информационно-аналитического центра РИСИ

Комментарии
Новости партнеров
Фото дня
СМИ2
24СМИ
Новости
Жэньминь Жибао
Медиаметрикс
Новости сети
Финам
НСН
СП-ЮГ
СП-Поволжье
Цитата дня
В эфире СП-ТВ
Фото
Цифры дня