18+
понедельник, 5 декабря
Политика

«Аванте»: Классовая борьба, вино и рок-н-ролл

Праздник португальских коммунистов разбивает представление о том, что под красные знамена становятся только пенсионеры

  
36

В первые выходные сентября в Португалии прошел традиционный, уже 35-й по счету, фестиваль газеты «Аванте» — одной из трех крупнейших в стране. «Авантефесто» для самих португальцев давно стал событием национального масштаба. В палаточный городок под Лиссабоном люди едут со всей страны. Приезжают целыми семьями — с маленькими детьми и старенькими родителями. Ночуют в палатках или кемпингах, а днем и вечером собираются в огромные кружки «по интересам», пьют вино и кофе, спорят «за жизнь», слушают музыку. В нынешнем году за три дня фестиваля здесь побывали более 400 тысяч человек. Море людей, море красных флагов, море улыбок, удивительное чувство солидарности и братства.

«Аванте» — газета португальских коммунистов. Компартия этой 10-миллионой страны (ПКП (РСР)), считающаяся одной из самых крепких в Европе (в ее рядах около 60 тысяч человек), была главной движущей силой Апрельской революции 1974 года, свергнувшей фашистскую диктатуру Салазара. Это португальцы хорошо помнят, и потому приходят на «Авантефесто» не только, чтобы «потусить» или побывать на концертах популярных музыкантов. Фестиваль давно превратился в огромную политическую площадку.

Вход, кстати, на нее не бесплатный. Билет, если купить заранее, обойдется в 30 евро (напитки и еда оплачиваются дополнительно) — не так мало для страны, где минимальная зарплата, на которую живут миллионы португальцев, составляет 485 евро. Но люди идут на эти расходы, отлично понимая, что деньги пойдут в фонд ПКП, которая бьется, в числе прочего, и за снижение налогов, и за повышение жизненного уровня, резко упавшего за время кризиса.

Трудно представить, чтобы нечто подобное происходило в России. Например, на сборищах «Наших» — в их поддержку отдадут свои кровные разве что чиновники, да и то по разнарядке.

Публика, которая приезжает на «Авантефесто», — разная, но в основном это молодежь. По-южному темпераментная и по-португальски боевая. Парни с девушками в красных майках с портретом Че Гевары или знакомым нам серпом и молотом успевают целоваться-обниматься, танцевать и гневно обличать министров-капиталистов. Многотысячный людской поток заполняет площадки перед сценами, наполняет гомоном павильоны, струится по дорожкам импровизированного городка. Внешне похоже на огромный муравейник — такое же постоянное движение и такая же четкая организация.

Перед началом праздника десятки тысяч собравшихся стекаются к главной сцене. Столько красных флагов и улыбающихся лиц в последний раз я видел в далеких восьмидесятых на первомайских демонстрациях. Школьники, студенты, рабочие, госслужащие, мелкие предприниматели — для всех них фестиваль «Аванте» давно стал неотъемлемой частью жизни. Здесь встречаются старые знакомые, земляки, а самое популярное слово, которое звучит три дня — comrade.

— И что, все эти люди — ваши, из ПКП? — спрашиваю Эдгара Перейро, в 80-годы учившегося в Советском Союзе и отлично говорящего по-русски.

-Нет, наших здесь сейчас примерно тысяч сорок-пятьдесят, плюс ребята из молодежного движения. Остальные, хотя и не коммунисты, нас поддерживают. Иначе бы сюда не приходили.

Перед выступлением Генерального секретаря компартии Жерониму де Соуза наступает тишина, а когда он заканчивает короткое, но эмоциональное выступление, мощные колонки разносят гимн португальских коммунистов и «Интернационал». Люди обнимают друг друга за плечи, и в этот момент они кажутся единым целым.

Структурно «Авантефесто» разбит на несколько мини-городков. Есть молодежный, где выступают студенческие театры и рок-музыканты, есть международный, где кубинцы, чилийцы, испанцы, бразильцы, русские представляют свои страны, привлекая посетителей национальными промыслами и кухней. В нашем павильоне народ активно покупал буденовки, армейские фуражки и Гжель. К кубинцам выстраивалась очередь за мохито. Перуанцы завлекали народ пончо и шерстью.

Немного в сторону — дискуссионные площадки. Здесь тоже бывает жарко. Каждый португалец — большой политик, а проблем в стране — выше крыши: коррупция, огромный внешний долг, кризис в экономике. При всем этом парламент недавно принял закон, дающий право депутатам любого уровня, отработавшим пятилетний срок, досрочно получать пенсию. Возрастной ценз для обычных граждан — 70 лет. Можно уйти и раньше, но с добровольным отказом от части выплат. Какая тут социальная справедливость?

— Посмотри вон на тот павильон, — показывает Эдгар — Там работают наши товарищи. Они объясняют молодым ребятам позицию партии по тем или иным вопросам, обмениваются электронными адресами и потом налаживают контакты. Многие, кстати, прямо на фестивале записываются в ПКП. Счет идет на сотни.

В России, бытует мнение, что компартия — это объединение пенсионеров, соответственно, перспектив у коммунистического движения нет. Когда попадаешь на «Авантефесто», понимаешь, что молодых сторонников у партии — тысячи. Причем за время кризиса приток молодежи в РСР заметно возрос. Сейчас около 10 тыс. членов партии — молодежь и люди среднего возраста. Что странным не выглядит.

Под нажимом Еворосюза правительство сокращает социальные программы, урезает расходы на образование и здравоохранение. Закрываются заводы и фабрики, почти не работает стройкомлекс. Безработица в стране превышает 13%, и именно молодежь первой оказывается за бортом. Реально за ее интересы борется только компартия. Правда, в парламенте большинство инициатив РСР блокируется правыми. Но если бы коммунистов не было, давление на социальные права возросло в разы.

Чтобы нейтрализовать влияние РСР, имеющей в парламенте 8−9% мест, создаются карманные партии левого толка, задача которых перетянуть молодежь на свою сторону. Ситуация в чем-то похожа на российскую. Созданный 12 лет назад «Левый блок» на парламентских выборах 2005 года обошел РСР. Но потом начал откровенно «продаваться». В итоге на последних выборах потерял почти 50% мест.

«Авантефесто» крайне не нравится правящей сегодня в Португалии коалиции — социал-демократам (PSD) и народной партии (РР). Раньше фестиваль гоняли из одного места в другое. Причины и предлоги для отказов находили быстро. Глядя на это, коммунисты, договорившись с одним бизнесменом, купили два с лишним десятка гектаров земли в 20 минутах езды от Лиссабона — в местечке Аталайя. Сделку провернули инкогнито. Богатый землевладелец, узнав, в чью собственность перешли угодья, долго кусал локти и темпераментно бранился.

— Когда «Авантефесто» получил прописку на новом месте, и ничего с этим поделать было уже нельзя, они пошли на другую хитрость — стали засылать сюда провокаторов, — рассказывает Эдгар Перейро, — Соберутся человек 15−20, вклиниваются в толпу с бутылками в руках и устраивают потасовки. В это время рядом с ними оказываются тележурналисты с правительственных каналов. А утром в новостных сюжетах показывают, какой бардак творится на фестивале.

После нескольких таких случаев дирекция фестиваля организовала собственную службу охраны, которая отвечает за порядок внутри территории. Параллельно договорились с полицией. Глава местного управления, с которым у коммунистов были хорошие контакты, провел ряд превентивных мер. Например, вечером в пятницу, перед открытием «Авантефесто», закрывал «по подозрению» в участке здешнее хулиганье, а в понедельник утром по решению суда выпускал особо буйных на волю.

Вопрос с безопасностью был решен. Теперь среди десятков тысяч людей часто можно встретить мамаш с колясками, молодых беременных женщин, бабушек и дедушек, спокойно прогуливающихся по шумным аллеям. Они ничего не боятся, хотя в множестве павильонов идет бойкая торговля портвейном и забористыми латиноамериканскими коктейлями, а множество молодежных компаний литрами уничтожает сухое вино. Никакой агрессии и мордобоя, которые обычно бывают на российских массовых тусовках.

— Правительство сейчас решило надавить на нас по-другому, — рассказывает Педро Лима, состоящий в компартии больше 33 лет. — Они собираются протащить закон, по которому доходы от фестиваля, а они немалые, будут облагаться высокими налогами. Хотят задушить экономически. Но мы никогда не сдадимся.

— Знаешь, Педро, в России тоже оппозицию давят. И при этом говорят про демократию.

— Ваш Путин лицемер, окружил себя олигархами и делает вид, что печется о народе. У нас, впрочем, такая же ситуация. Банки уводят деньги в оффшор на Мадейре, подрядчики, выбранные правительством, завышают стоимость работ, а социалку под шумок урезают. В португальском языке сейчас популярно ваше слово «тройка». Так мы называем МВФ, ЕС и наше правительство. Эта тройка наглеет все больше.

Педро Лима 51 год, он, как и Эдгар Перейро, учился в СССР, окончил мехмат МГУ. Сейчас преподает в Лиссабонском высшем техническом институте, часто бывает на международных научных конференциях. График у Педро плотный, но он вместе со своими товарищами по партии накануне открытия «Авантефесто» каждые выходные работал на обустройстве фестивального городка. В последние две недели его доводили «до кондиции» около трех тысяч человек. Одни устанавливали павильоны, другие занимались с электрикой и коммуникациями, третьи обустраивали сцены, четвертые встречали гостей. Многие, чтобы поработать здесь, брали отпуска за свой счет. И что примечательно: никаких привилегий такие «субботники» не давали. Тот же билет энтузиасты покупали наравне со всеми, скидок на еду-питье никто не требовал: этим людям и в голову не может прийти, что участие в общественной работе должно как-то поощряться.

В ПКП, к слову сказать, установлено общее правило: если человек становится депутатом любого уровня или возглавляет муниципалитет, всю зарплату сверх той, которую получал по прежнему месту работы, он отдает в партийную кассу. Интересно, если бы такое правило ввели в «Единой России», много ли «бойцов» в ее рядах осталось? Наверное, Путин с Грызловым, да сотня-другая губернаторов и мэров…

— Видишь вон ту колонну? — показывает Эдгар Перейро на ребят и девчонок в красочных костюмах, неистово колотящих в огромные барабаны. — С ними уже много лет занимается один наш comrade. Уводит, как у вас говорят, от тлетворного влияния улицы. Делает это в свободное время, на свои деньги. Несколько сотен подростков от наркоты уже спас. Этого человека очень уважают.

Заслышав русскую речь, возле нас останавливается смуглый парнишка лет двадцати:

-Русский?

-Русский.

— Меня зовут Филиппе. Я из Бразилии. Я очень любить Россию, — паренек, с трудом подбирая русские слова, буквально съедает нас своими черными глазами — Мои родители коммунисты, когда был Советский Союз, приезжать в Москву. Много рассказывать о вашей стране. У вас был реал-коммунизм. Мы любить ваши песни — «Подмосковниье вечера», «Широка страна моя роднайя». У тебя есть e-mail? Запиши.

Через полгода мечта Филиппе может осуществиться, он намерен приехать в Москву на учебу. Только какой он увидит Россию? Конечно, не ту, о которой ему рассказывали отец с матерью, и которую он заочно полюбил. Не хотелось говорить парню, но в первой электричке он может получить по башке за свой цвет кожи и черные волосы. Его знаменитого на весь мир земляка — футболиста Роберто Карлоса, недавно оскорбляли на стадионе в Петербурге — культурной столице страны, — показывая банан. Дескать, мы белые, а ты кто?

Еще Филиппе может попасть к ментам, ныне переименованным в полицию. «Подмосковниье вечера» там не помогут. Парня мигом идентифицируют как лицо неславянской национальности со всеми вытекающими из кошелька последствиями. Ничего этого Филиппе пока не знает.

-Можно фото? — спрашивает он, и когда нас щелкают, на лице парня появляется улыбка по-настоящему счастливого человека.

В Португалии, как и во всей Европе, сегодня много мигрантов. Бразильцы не в счет — они, как для нас белорусы. Гибкое миграционное законодательство сделало страну привлекательной для тысяч выходцев из Африки, Латинской Америки, Восточной Европы. Из бывших наших в стране обосновалось много западных украинцев. Неслучайно поэтому один из павильонов «Авантефесто» отдан мигрантам. Здесь пьют коктейли на основе каншасы, едят что-то из африканской кухни и танцуют так, что пенится кровь в жилах.

— С вашими не конфликтуют? — спрашиваю у Эдгара, когда он приводит меня к павильону.

— Нет. Между собой могут, но мы ситуацию контролируем. Я знаю здесь многих ребят. Мы помогаем им адаптироваться в нашей стране, консультируем по поводу законодательства, защищаем их права перед работодателями. Поэтому к нам тянутся.

На партийном языке это называется расширение «социальной базы», еще одно направление в работе ПКП.

Виктор Саес и Алла Дидковская — тоже мигранты. Он приехал из Чили, она — с Украины. Сейчас живут в Мадриде. Виктор — представлял на празднике отделение чилийских коммунистов в Испании. Алла, его супруга, была в числе тех, кто создавал Славянскую ассоциацию, в которую входят выходцы из стран СНГ. Получился замысловатый «семейно-революционный» миграционный треугольник. Виктор и Алла присматривались к опыту португальцев, искали контакты с Москвой.

— Нам надо объединяться — и русским, и чилийцам, и испанцам, — говорит Виктор — Наступление на наши права идет со всех сторон. Знаете, сколько после реформ стоит высшее образование в Чили? 120 тысяч евро, два дома за эти деньги можно купить. А зарплата рабочего — 200 евро. Чтобы выучить ребенка, надо на 20−25 лет залезать в кредит. Это настоящая кабала. То же самое — со здравоохранением. Власть концентрирует финансы в своих руках, обрекая миллионы людей на бедность. В Испании, да и во всей Европе, картина похожая. Есть только один способ противостоять капиталу — быть вместе, поддерживать друг друга. «Аванте» тем и хорош, что объединяет коммунистов со всего мира.

В декабре Виктор Саес собирается приехать в Москву — посмотреть, как пройдут наши выборы: «Момент очень важный, и я хочу, чтобы ваши коммунисты знали — мы вместе».

Фото автора

Популярное в сети
Цитаты
Леонид Исаев

Заместитель руководителя лаборатории ВШЭ, востоковед

Комментарии
Новости партнеров
Фото дня
СМИ2
24СМИ
Новости
Жэньминь Жибао
Медиаметрикс
Финам
НСН
СП-ЮГ
СП-Поволжье
Цитата дня
В эфире СП-ТВ
Фото
Цифры дня