Евро стало Сталинградом. Пока для Германии

Профессор экономики Нью-Йоркского университета Нуриэль Рубини считает, что Евросоюз ждет удручающая альтернатива — либо уничтожение еврозоны, либо крах Германии. По мнению Рубини, вторая волна кризиса уже началась в периферийной зоне евро (Греция, Португалия и другие страны), и скоро проблемы перейдут в самый центр — в Германию. Германия, считает Рубини, превратится во второй Lehman Brothers — с банкротства этого американского инвестбанка начался глобальный кризис в 2008 году.

«Мой анализ показывает: экономики США, Евросоюза и Великобритании будут сокращаться. Назовем мы это второй волной кризиса или продолжением первой, не суть важно. Факт в том, что она неизбежна и определенно произойдет либо в четвертом квартале этого года, либо в начале следующего», — пишет Рубини в своем блоге.

«Возьмем простые цифры, — продолжает Нуриэль Рубини. — В европейском антикризисном фонде 440 млрд евро. Этого явно недостаточно. Как минимум половину придется потратить на спасение Греции, Ирландии и Португалии. А что же останется для не менее проблемных Италии и Испании? Всего 200 млрд евро. Их совокупный долг, для сравнения, — 3 трлн евро…»

Как считает эксперт, есть опасность, что по последствиям новый кризис будет вдвое мощнее, чем в 2008 году.

Напомним, что в 2006-м, выступая на семинаре МВФ Нуриэль Рубини дал поразительно точный прогноз надвигающегося кризиса. Он заявил, что рынок недвижимости США рухнет из-за обилия высокорискованных кредитов, ипотечные агентства Fannie Mae и Freddie Mac обанкротятся, вслед за ними прекратят свое существование инвестиционные банки.

Какие сейчас царят настроения в самой Германии, как немцы видят будущее еврозоны, рассуждает политолог, эксперт немецкого фонда Бертельсмана Корнелиус Охман.

«СП»: — Корнелиус, вы согласны с прогнозом Рубини?

— Нет. Вторая волна кризиса, конечно, начинается — все немцы это знают. Все знают, что рождаться эта волна будет на юге Европы — даже не Греции, а в Италии. Кроме того, есть еще проблемная Испания. Однако, никто не ожидает, что Германия будет Lehman Brothers.

Если бы так говорили три-четыре года назад, я, скорее, согласился бы с таким утверждением. Но сейчас и бюджет Германии, и ее финансовая структура находится в отличном состоянии. В том и проблема: у нас сейчас все в порядке. Именно поэтому немцы не готовы поддерживать Грецию и зону евро. В этом имеется политическая проблема, но финансового кризиса в Германии нет.

«СП»: — Вы говорите, есть политическая проблема. Если Германия откажется поддерживать Грецию, Италию, Испанию, — это будет конец евро?

— Это будет началом конца. В Бундестаге все с этим согласились, в итоге оппозиция поддержала Ангелу Меркель, ее предложение создать европейский антикризисный фонд. В нем сейчас 440 млрд евро — мало, если лопнет Италия. Поэтому в Евросоюзе есть план создания «финансового зонтика» — структуры, которая сможет выкупать облигации южноевроейских государств.

Это, конечно, усугубит политическую проблему. Большинство немцев не готовы поддержать такую инициативу. Люди не понимают, что это — не поддержка Греции, не поддержка какой-либо другой страны. Это поддержка зоны евро. Потому что, если евро лопнет — это будет самая большая проблема для немцев.

«СП»: — Почему?

— Германия живет за счет евро. Последние 7−8 лет мощное экономическое развитие Германии было обусловлено тем, что есть евро, и нет дойчемарки. За счет евро немцы могут больше продавать. Германия сегодня — самый большой экспортер товаров в Европе. Если все перейдут обратно на национальные валюты, то потеряет от этого, в первую очередь, Германия.

Проблема, что ни Меркель, ни другие политики не могут объяснить это людям. Если евро лопнет, Германия со своими дойчемарками превратится во вторую Швейцарию. В Швейцарии сейчас очень плохое экономическое положение, потому что швейцарский франк — чрезмерно крепкая валюта. Из-за этого швейцарцы не могут продать свой качественный экспорт — он стоит слишком дорого. Если лопнет евро, мы в Германии будем иметь аналогичные проблемы.

«СП»: — Некоторые российские эксперты считают, что при создании Евросоюза допустили системную ошибку: не предусмотрели механизма удаления из ЕС страны, переставшей играть по правилам еврозоны. Якобы поэтому непонятно, что делать с Грецией. С одной стороны, ее хорошо выставить из ЕС, с другой, это будет означать автоматическое списание крупного греческого долга. Этот факт списания подтолкнет Италию, Португалию, другие страны, набирать как можно больше кредитов. С расчетом, что их тоже выгонят, и тоже спишут долги. Это так?

— Так, но это — не проблема Евросоюза. Это проблема зоны евро. Грецию приняли в еврозону потому, что греки обманули европейцев и скрыли свой внутренний долг. Сейчас, если выкинуть Грецию из Евросоюза, мы потеряли бы 140 миллиардов евродолга. Этот долг будут вынуждены взять на себя другие страны. Сегодня нет проблемы в том, чтобы выкинуть Грецию из еврозоны. Проблема, чтобы долг Греции заморозился на несколько лет.

Сейчас я, кстати сказать, нахожусь в Польше. Кто сегодня помнит, что 20 лет назад Польша тоже стояла на грани дефолта? У нее было 40 млрд долларов долга. Парижский клуб реструктурировал этот долг — из 40 млрд Польше нужно было отдать только 18 млрд. Это дало хороший стимул экономическому развитию полякам.

То же самое нужно сделать для Греции — половину греческого долга каким-то образом отложить. Мы, Германия, не можем взять эту часть долга на себя. Потому что следом придут испанцы и скажут: мы тоже так хотим. Греческий долг нужно заморозить. Отсюда и идея «финансового зонтика» — структуры, которая будет держать этот долг 20−30 лет. А там посмотрим.

Чтобы Греция сейчас развивалась, ей нужно помочь. И Германия должна гарантировать новые кредиты для греков.

«СП»: — Но ведь есть риск, что Греция лопнет?

— Риск есть. Но если мы ничего не сделаем, не поможем, — Греция лопнет наверняка. Это самый плохой сценарий для Европейского союза.

Проблема в том, что мы — демократическая страна. Принятие решения о помощи не может гарантировать одно немецкое правительство. Нужна поддержка парламента, а в Бундестаге есть популисты, которые этого не хотят.

Повторюсь: людям сложно объяснить, что помощь Греции — в интересах Германии. Экономический рост за последние 10 лет был именно у нас, мы заработали на нем деньги. Сейчас нужно помочь Греции, помочь другим, чтобы в будущем они тоже могли покупать немецкие товары. Если этого не сделать, через год будет большой кризис в Германии. На наши товары просто не станет покупателей.

«СП»: — В России промелькнула информация, что за оказанную помощь Греции, возможно, придется отдать часть суверенитета. Это всерьез?

— Нет, конечно. Люди, которые так говорят, не понимают, как работает международная система. Плохо, что сейчас много предложений делают экономисты. Они не понимают, что дефолт Греции — это не одно и то же, что дефолт банка. Греция — не Lehman Brothers. Невозможно сравнивать страну, которая имеет суверенитет, с каким-то банком или какой-то компанией. Понятно, и то, и другое упирается в вопрос финансов. Но сравнение страны всегда будет политическим решением, а не чисто экономическим.

Греция — страна, где живет 10 миллионов человек, и мы не можем допустить ее дефолта. Мы будем искать решение, хотя это сложно в демократических структурах…