Политика

Европа путает, где право, где лево

Опыт Евросоюза в помощь российскому избирателю

  
150

До выборов президента России осталось всего ничего. Страна стоит на распутье. И правые, и левые зовут нас за собой. Все обещают сделать Россию процветающей страной. Мы решили посмотреть, как живут на земном шаре страны с левыми и правыми правительствами. Начали мы с Южной Америки, и Юго-Восточной Азии. Сегодня на очереди — старушка Европа.

О том, что реально представляет собой политический ландшафт Евросоюза сегодня, рассуждает политолог, эксперт немецкого фонда Bertelsmann Stiftung Корнелиус Охман.

«СП»: — Корнелиус, кто сегодня — правые или левые — определяют политическую повестку Европы?

— Сейчас в разных странах Евросоюза — Франции, Германии, Испании, Великобритании, Польше — у власти находятся правые партии. Однако они проводят политику, далекую от классической либеральной. Правые сегодня принимают решения, которые еще 10 лет назад принимали бы только социал-демократы.

Например, у Меркель и правого правительства христианских демократов совершенно социал-демократическая экономическая политика. Примерно ту же картину можно наблюдать в других странах ЕС.

Скажем там: я сегодня не вижу в Европе либеральной экономической политики. Посмотрите на поддержку Греции, на финансовую политику Евросоюза в целом. Все это — совершенно не либеральная политика, государственная помощь Греции ни на йоту не вписывается в идеи либеральной экономики. Причем решения о помощи принимают страны, от правительств которых 10 лет назад ожидали именно либеральных шагов в экономике.

Или возьмите Францию. Там на носу — президентские выборы. Чтобы получить поддержку избирателей, кандидат в президенты от партии социалистов Франсуа Олланд провозгласил в своей программе настолько откровенно левую политику, что от него отвернулись соседи — немецкие социал-демократы.

Нынешнее состояние политической карты Европы очень сложно оценивать с точки зрения деления политиков и партий на левых и правых. На всех сильно давит финансовый кризис, в результате правительства практически всех европейских стран проводят левую экономическую политику. Это тянется уже два-три года. Можно сказать, сегодня левые и правые совершенно не те, что были всего 10 лет назад.

«СП»: — Кто из нынешних партий оказался наиболее правыми и либеральными?

— Если смотреть с точки зрения экономики, либеральных позиций, как правило, придерживаются партии, недавно пришедшие к власти. Например, если посмотреть, что сейчас делает в Великобритании премьер Дэвид Кэмерон, можно еще говорить о либеральной политике. В Испании правые недавно выиграли парламентские выборы, и тоже провозгласили либеральную политику. Но посмотрим, надолго ли их хватит, и какими будут эти либеральные шаги через два-три года.

Во Франции пять лет назад, когда Николя Саркози стал президентом, тоже делали упор на либеральные реформы. Но либерализм во французской политике быстро закончился. Я бы сказал так: если европейская партия несколько лет подряд находится у власти, для нее первоочередную роль начинает играть практическая политика, а не теоретические концепции. Ей просто нужно сделать так, чтобы выиграть очередные выборы. И либерализм этому сегодня очень мешает.

На мой взгляд, в Европе мы не можем сейчас говорить о правой или левой политике. В кризис границы стираются. Да и экономика в таких условиях развивается совершенно по-другому, не так, как казалось десятилетие назад теоретикам.

«СП»: — Если посмотреть на послевоенную историю Европы, какие правительства оказывались наиболее результативными, левые или правые?

— Сложно сказать. В Германии после войны все крупные экономические реформы были сделаны партиями правого толка. В то же время общественные реформы делали социал-демократы. Если же возникала трудная ситуация, социально-экономический кризис, в Германии всегда возникала широкая партийная коалиция.

Во Франции, кстати, экономические реформы тоже всегда проводили правые партии, а внутренние конфликты гасили демократы. Впрочем, там это было немного по-другому, поскольку Франция — президентская республика, в отличие от Германии, и там все в гораздо большей степени зависит от решений одного человека — президента, а не от позиции партий.

В принципе, за 30−40 последних лет в Европе правые партии были у власти именно в периоды экономического развития, тогда как общественные реформы делали социал-демократы.

«СП»: — То есть, левые?

— Мы не можем сказать, что социал-демократы — это всегда левые. Конечно, в ряде случаев социал-демократов принято причислять к партиям левых взглядов, но мне кажется, это не совсем верно. Дело в том, что в Европе, в частности, в Германии, слово «левый» несет в себе оттенок практически ругательный.

«СП»: — В каких странах сейчас левые партии наиболее сильны?

— Сейчас левые в Европе слабы. Они потеряли власть практически во всех странах. Только во Франции кандидат от левых имеет какие-то шансы выиграть президентские выборы. В Италии левых оттеснили на задний план, в Великобритании тоже, в Испании левые только что проиграли парламентские выборы.

Повторюсь, в период экономического кризиса у власти находятся правые. Так было всегда в послевоенной Европе, это же мы наблюдаем сейчас.

«СП»: — Можно ли говорить, сегодня правые и левые идеи испытывают кризис?

— Я бы не назвал это кризисом. Кризис, прежде всего, явление экономическое, он не связан с идеями — левыми или правыми. Другое дело, кризис связан с проблемами глобализации. Все европейские структуры сейчас меняются. В современном глобальном мире экономика гораздо сильнее влияет на политику, чем раньше.

Есть еще один, очень важный момент — перемены внутри европейского общества. Скажем, сегодня мобильные телефоны и интернет глобально изменили информационные возможности общества. Думаю, перемены такого рода и есть основа кризиса, но это не кризис идей левых и правых.

В Германии растут новые общественные структуры — например, партия пиратов, объединяющая молодежь, выступающую против ограничения свободы информации в интернете. Вскоре немцы будут выбирать президента, который впервые в истории не будет представителем ни одной политической партии. Все это приметы перемен, которые происходят в Европе.

«СП»: — Но партии традиционного толка — левые или правые — по-прежнему играют большую роль, чем новые партии?

— Да, конечно. В Германии две большие традиционные партии — это социал-демократы и христианские демократы. Это структуры, которым около 60 лет, и влияние у них больше, чем у других. Но растут и конкуренты — «зеленые», «пираты», либералы. В результате поддержка традиционных партий падает от выборов к выборам. Всякий раз они получают меньше и меньше голосов. 20 лет назад любая из этих партий могла ставить вопрос, получит ли она более 40% голосов избирателей, а сейчас планка упала до 30%. Это тоже пример, как меняется Европа.

Конечно, в Германии избирательная система совершенно другая, чем, скажем, во Франции. Если бы я сравнивал, на какую европейскую страну похоже политическое устройство России, я назвал бы именно Францию. Во всех других ведущих европейских странах влияние парламента гораздо выше, чем во Франции и России. Так вот, в европейских парламентских республиках перемены в политической жизни идут достаточно быстро, и их влияние год от года заметнее.

«СП»: — В Европе большие миграционные потоки, там много арабов, турок. Как находят свое выражение мигранты в европейской политике, они примыкают к существующим партиям или создают свои?

— Если говорить о Германии, мигранты есть во всех партиях, хотя больше всего их у «зеленых». Социал-демократы в последнее время тоже начали интегрировать мигрантов в партийные структуры. Меньше всего мигрантов у христианских демократов.

В Германии у мигрантов нет своей партии. Но мигранты занимают в некоторых партиях видные посты. Например, председатель «зеленых» Джем Оздемир — турок по происхождению, он попал в Германию он ребенком. Либералов (Свободную демократическую партию) сейчас представляет Филипп Рёслер — выходец из Вьетнама. Реслер был усыновлен парой из ФРГ после того, как потерял родителей. У социал-демократов несколько министров, прежде всего, женщин, имеют турецкие корни. С моей точки зрения, мигранты неплохо интегрируются в немецких политических партиях.

Если говорить о проблемах с мигрантами, их испытывают европейские страны, которые в прошлом отличались слишком либеральной миграционной политикой. Это Голландия, Швеция, Дания, которые в 1970—1980-е были фактически открыты для мигрантов. В итоге, рост числа приезжих значительно опережал темпы их интеграции в общество. Как результат, в этих странах укрепили позиции правые националисты. Такие есть, например, в Голландии — их партия получила около 15% голосов, и имеет определенное влияние на структуры власти. То же можно сказать о Дании. Я уже не говорю о Франции, где Марина Ле Пен — кандидат от французских националистов — имеет около 30% голосов поддержки. Поэтому можно сказать, что с национализмом в Европе большие проблемы.

«СП»: — И вы утверждаете, что причина всех этих процессов — глобализация?

— Да. В современном открытом мире мы не можем больше просто говорить о левых и правых. Думаю, линия разделения сегодня другая: это степень открытости политических партий. Есть партии открытые, а есть консервативные. Причем, консерваторы — не обязательно правые, есть и левые консервативные структуры. Думаю, сейчас Европа быстро меняется. И в рядах консерваторов — правых или левых — оказывается большее число пожилых людей, которые не понимают и не принимают перемен, ищут выхода из проблем, которые перемены несут с собой.

Но мир развивается, и мы не можем остановить этого процесса. Мы можем влиять на процесс, но мы им уже не управляем. Никто не знает, чем все это закончится.

Фото: EPA/ИТАР-ТАСС

Новости СМИ2
Новости 24СМИ
Новости Лентаинформ
Последние новости
Цитаты
Федор Бирюков

Политик, общественный деятель

Дмитрий Журавлев

Генеральный директор Института региональных проблем

Андрей Песоцкий

Доцент кафедры экономики труда СПбГЭУ

Комментарии
Новости партнеров
Фоторепортаж дня
Новости СМИ2
Новости 24СМИ
Новости Лентаинформ
Выборы мэра Москвы
Новости Финам
Рамблер/новости
Новости НСН
Новости Жэньминь Жибао
Новости Медиаметрикс
СП-ЮГ
СП-Поволжье
В эфире СП-ТВ
Фото
Цифры дня