Политика

Болотная гарантирует, что не отберет деньги элиты

Появился вариант «дорожной карты» переговоров Кремля и оппозиции

  
18

Оппозицию давно упрекают в отсутствии единой программы. И вот — вариант такой программы появился. Его изложил в газете «Ведомости» депутат Госдумы Дмитрий Гудков. Почти ленинский план «что делать?» в изложении Гудкова-младшего выглядит следующим образом.

— Неизбежная трансформация политической системы для многих уже очевидна, но зависит не только от власти. Именно оппозиция должна сформулировать условия почетной капитуляции для правящей элиты.

— В России снова складывается консенсус о векторе необходимых политических преобразований. Существует общественный запрос на повышение качества государственных услуг, снижение коррупции и на общее улучшение институциональной среды. Все эти изменения невозможны без политической либерализации и ликвидации политической монополии правящего клана.

— Сегодня большая часть элиты консолидирована вокруг действующей власти, но консолидация носит хрупкий характер. Условных Ротенбергов и Тимченко, для которых смена режима означает серьезные потери, мало. Гораздо больше условных Фридманов и Алекперовых, понимающих, что стоимость их бизнесов будет гораздо выше в демократической стране с работающими институтами.

— Ради бескровной эволюционной трансформации политической системы оппозиция должна открыто признать необходимость широкого набора недемократических гарантий действующей элите. Данный набор должен включать и масштабную единовременную амнистию по целой группе экономических и некоторых других преступлений.

—  В Кремле уже морально готовы к тому, что переговоры с оппозицией придется вести. Поэтому предлагаем широкому кругу оппозиционных сил договориться о кратком, конкретном и, главное, реалистичном перечне чисто политических требований.

— Вот вариант «дорожной карты». В декабре 2013 года — новые выборы в Госдуму, новая Дума сама сформирует правительство. Для этого в течение 2013 года, проводится конституционная реформа: полномочия президента ограничивают, устанавливают новый принцип формирования правительства. В течение 2013 года на честных выборах переизбираются все назначенные губернаторы. В тот же период принимается закон о гарантиях и амнистии в отношении некоторых составов преступлений, имевших место до 8 марта 2012 г. Владимир Путин, если захочет, остается президентом с ограниченными полномочиями на переходный период до 2018 г., но обязуется отказаться от участия в следующих выборах.

Насколько реалистичен этот план, рассуждает политолог Дмитрий Орешкин.

— Анализ мне кажется правильным в том плане, что у всех, действительно, есть ощущение тупика, — говорит Орешкин. — Нынешняя система власти строилась по образцу СССР — есть номенклатура, которая всем управляет, и которая подотчетна самой себе. В таком построении есть базовая проблема. По мере того, как общество богатеет и становится разнообразнее, в нем появляются разные группы интересов. В таком сложном обществе простая управленческая логика перестает работать. В этом случае нужны серьезные перемены.

«СП»: — Какие именно перемены?

— Важно, что идет разговор о поиске нового консенсуса элит, и того, что Дмитрий Гудков назвал гарантиями неприкосновенности. Важно, что эта тема в повестке дня, что она обсуждается.

«СП»: — Вы считаете, нынешняя элита уйдет из власти в обмен на гарантии?

— Вряд ли. Благополучие нынешней капиталистической номенклатуры стоит на обмане, на использовании государственных институтов в частных целях. Естественно, они не поверят никаким гарантиям.

Вторая причина, по которой они не пойдут на такое соглашение — их благополучие основано на бюрократической мощи. Они не умеют жить в условиях конкуренции и понимают, что при нормальной рыночной экономике будут проигрывать — что бы им ни пообещали. Для нынешней элиты есть только одна гарантия — то, что она находится у власти.

Если рассуждать теоретически, отдельные представители элиты, возможно, осознают необходимость перемен. Но групповой интерес всегда грубее личного, а эта группа хочет остаться у власти. С отдельным человеком можно договориться, а с коллективом — нет.

Дмитрий Гудков, получается, считает, что достаточно предложить стратегию выхода для первых лиц страны. Но беда в том, что самим первым лицам кажется, что все хорошо, и потому они не собираются уходить. И они готовы пойти на очень многое, чтобы оставить ситуацию такой, какая она есть.

«СП»: — Что вы имеете в виду?

— Грубо говоря, вариант Милошевича. Милошевич был миллионером, но понимал, что никакой другой режим, кроме собственного, его не устроит. Поэтому он начал войну в Словении. Получилось не очень хорошо — тогда он ввел войска в Косово, и так далее. Все это помогло ему удержаться у власти еще 10 лет… Очень не хотелось бы, чтобы наша элита пошла тем же путем.

Другое мнение

Евгений Минченко, директор Международного института политической экспертизы:

— Я считаю, программа Дмитрия Гудкова — абсолютно утопическая. Кто нашей элите пообещает амнистию, Гудков-сын с папой, что ли?! Он предлагает, чтобы вся оппозиция дала элите гарантии. Но оппозиция у нас — это тоже часть элиты, причем, как системная, так и не системная. Есть в ней, конечно, люди совсем уж маргинализованные…

«СП»: — Вы Удальцова имеете в виду?

— Нет, Удальцов как раз имеет шанс на вхождение в элиту. Я имею в виду Лимонова, Милова. Но, в основном, в оппозиции собрались люди, которые респектабельность хотят сохранять — возьмите того же Навального, который вошел в совет директоров «Аэрофлота».

Кто, спрашивается, субъект переговоров со стороны оппозиции? Люди, которые получают команды в Кремле, или люди, которые получают команды на Лубянке, или люди, которые находятся в личной коммуникации с Владимиром Путиным и пытаются уловить сигналы, что им делать? Это они будут ультиматумы ставить?!

Я думаю, ждать от них каких-либо ультиматумов — очень наивно.

«СП»: — А «дорожная карта» тоже нереалистична?

— Поскольку я считаю наивными постулаты, не вижу смысла разбирать «дорожную карту».

«СП»: — Как по-вашему будет развиваться ситуация? Можно ли согласиться с Гудковым в одном — что есть ощущение тупика?

— Я бы не сказал, что есть ощущение тупика. Понятно, что система в нынешнем виде работает неидеально. С другой стороны, где она идеально работает? У нас долгое время было принято кивать на Евросоюз. Но сейчас у ЕС не самые удачные времена, и проблемы, которые непонятно как решать.

Если говорить о претензиях к российским политическим лидерам, нельзя не заметить, что политики мельчают во всем мире. Недавно казалось, что по масштабу личности Саркози — на фоне де Голля, и даже Миттерана — выглядит пигмеем. Однако сейчас к власти пришел Олланд, который и вовсе не производит впечатление выдающейся личности.

Да, в России есть недовольство, которое накапливается, в том числе, в элите. Но нет понятного рецепта исправления ситуации. Лидеры оппозиции симпатий не вызывают, предлагаемые ими программы — вполне эклектичны. Идею все снести и построить лучше Россия уже проходила в 1917-м.

Честно говоря, недовольство элиты не настолько велико, чтобы элита начала сдавать свою верхушку. Думаю, есть все же надежда на эволюционный путь политической и экономической системы…

Фото: Александр Щербак/Коммерсантъ

Новости СМИ2
Новости 24СМИ
Новости Лентаинформ
Последние новости
Цитаты
Михаил Ремизов

Президент Института национальной стратегии

Сергей Обухов

Член Президиума, секретарь ЦК КПРФ, доктор политических наук

Комментарии
Новости партнеров
Фоторепортаж дня
Новости СМИ2
Новости 24СМИ
Новости Лентаинформ
Новости Финам
Рамблер/новости
Новости НСН
Новости Жэньминь Жибао
Новости Медиаметрикс
СП-ЮГ
СП-Поволжье
В эфире СП-ТВ
Фото
Цифры дня