18+
пятница, 18 августа
Политика

Олимпийское неспокойствие

За год до Игр в Сочи Кремль лихорадочно пытается добиться стабильности на Северном Кавказе

  
62265

За год до зимних Олимпийских игр в Сочи российское руководство спешно взялось решать проблему стабильности на Северном Кавказе. Путь избран традиционный — смена «неблагонадежных» руководителей республик. Вслед за президентом Дагестана Магомедсаламом Магомедовым, который сложил полномочия досрочно, уйдет президент Ингушетии Юнус-Бек Евкуров — он не будет участвовать в выборах главы региона в сентябре текущего года. Кроме того, готовится замена еще нескольких республиканских глав. Об этом сообщает «РБК-daily».

"Президентом страны поставлена задача до Олимпиады в Сочи обеспечить стабильность на Северном Кавказе, поэтому ротации региональных руководителей там в ближайшее время не избежать. Вопросов нет только по главе Чечни Рамзану Кадырову, положение практически всех остальных руководителей северокавказских республик нестабильно", — пояснили РБК в администрации президента.

Понятно, никому не хочется, чтобы во время Олимпиады грянул крупный теракт. Но поражает другое. Еще в июле 2007 года, как только МОК объявил, что очередные игры пройдут в Сочи, было ясно — вопросы безопасности при таком раскладе выйдут на первый план. С того момента у Кремля имелось пять лет, чтобы обеспечить стабильность в регионе, но ситуация не изменилась. Как и пять лет назад, боевики обстреливают полицейских, а террористы-смертники подрывают себя поблизости от постов полиции, на перекрестках и в магазинах.

И вот итог: до Олимпиады всего год, а вопрос безопасности стал не просто важным — ключевым. Удастся ли Кремлю его решить?

«Кремлевская тактика на Кавказе контрпродуктивна», — уверен политолог, член научного совета Московского центра Карнеги Николай Петров.

— Чем ближе Олимпиада в Сочи, тем тяжелее для Путина могут быть последствия террористической активности на Северном Кавказе, — говорит Петров. — И тем дороже Путин готов заплатить за спокойствие в регионе. Гарантом такого спокойствия — по не слишком надежной кремлевской схеме — выступает Рамзан Кадыров, который активно предлагает свои услуги для обеспечения порядка на всем Северном Кавказе, а не только в Чечне. В отношении других северокавказских республик Кремль уже давно, боясь дестабилизации, использует следующую тактику: он покупает лояльность местных архаичных кланов, сохраняя их у власти, и одновременно назначает в республики силовиков, не являющихся выходцами из региона.

Отчасти именно эта тактика является причиной конфликтов. Когда силовики приезжают на Северный Кавказ из Сибири или Дальнего Востока, у них нет связей с местными кланами. С другой стороны, нет и понимания, что Кавказ отличается от других регионов не просто географическим адресом, но и традициями и менталитетом.

В Дагестане как раз возник такой конфликт — между федеральными силовиками и политическим руководством республики. И, как я понимаю отставку Магомедсалама Магомедова, конфликт решено закончить в пользу силовиков. Новый лидер Дагестана — и.о. президента республики Рамазан Абдулатипов — фигура известная, но не имеющая прочных связей в регионе. По сути, это означает карт-бланш силовикам для обеспечения контроля над ситуацией. Заметим, что Магомедов ушел на год раньше окончания своих полномочий.

В Ингушетии выборы главы республики плановые, и вопрос стоит иначе: насколько Евкуров в состоянии обеспечить стабильность. Очевидно, вопрос решили в пользу назначения другой фигуры — хотя это крайне рискованный шаг: смена конфигурации власти всегда чревата нестабильностью.

Кремль идет на замену Евкурова не от хорошей жизни. И в Дагестане, и в Ингушетии ситуация с террористической активностью очень серьезна, и ее динамика негативная. 90% всех терактов в России происходит на Северном Кавказе, а на самом Северном Кавказе 90% терактов приходится на Дагестан и Ингушетию.

«СП»: — Кого из глав северокавказских республик, кроме Евкурова, могут заменить?

— Думаю, руководство Кабардино-Балкарии. Главы остальных северокавказских республик, скорее всего, останутся на своих постах.

«СП»: — Меняя кавказских лидеров, Кремль надеется усилить контроль в регионе. Это правильная тактика?

— Совсем необязательно, что шаги Кремля приведут к желаемым результатам. До Олимпиады остались считанные месяцы, и в такой обстановке руководство страны не может пойти на эскалацию конфликтов в регионе — иначе смазанным окажется пропагандистский эффект от Олимпиады. Ведь изначально планировалось, что Игры в Сочи продемонстрирует миру: проблемы Северного Кавказа успешно решены российским руководством и лично Путиным.

Боюсь, сочинская Олимпиада станет мощным стимулом для боевиков. Чем больше внимание мира приковано к региону — а с приближением Олимпиады в Сочи так и будет — тем более эффективными, с точки зрения террористов, являются их действия. А поскольку террористы — это не армия, которую можно на время купить, нельзя исключить вероятность масштабных терактов.

Причем, речь не только о Северном Кавказе. Если во время Олимпиады случиться нечто подобное теракту в «Домодедово» — понятно, эффект будет колоссальным (24 января 2011 года в аэропорту «Домодедово», в зале международных прилетов, взорвался террорист-cмертник; в результате 37 человек погибли и около 170 получили ранения, — «СП»).

Естественно, Кремль крайне опасается таких ЧП. Недаром Путин, выступая недавно на коллегиях МВД и ФСБ, говорил об обеспечении повсеместной безопасности — на объектах инфраструктуры и в местах скопления людей по всей России. Однако опыт показывает: чисто силовыми методами обеспечить безопасность сложно, проблему нужно решать еще и политически. Но мы до сих пор не увидели политического решения, которое способствовало бы резкому снижению террористической активности на Северном Кавказе. И не увидим до Олимпиады — слишком мало времени до нее осталось.

«СП»: — А политическое решение существует?

— Главная проблема федерального центра — масштабность северокавказских проблем не позволяет решить их безболезненно и быстро. Чтобы их решать, нужно прикладывать значительные усилия, а главное — исходить из того, что эти усилия на первых порах могут приводить к дестабилизации.

Если вы выстраиваете долгосрочную стратегию на Кавказе — меняете архаичные клановые элиты и внедряете более сильные институты — вы создаете причины для трений и конфликтов. А такая перспектива Кремль почти всегда не устраивала. До президентских выборов 2004 года Путину было важно продемонстрировать, что он победил на Кавказе — поэтому ни о какой никакой дестабилизации речи быть не могло. Соответственно, не могло быть и серьезной стратегии. Была выбрана тактика чеченизации чеченского конфликта — Кремль помог одним чеченским лидерам в борьбе против других, и взамен получил лояльность. А потом Путин добился права принимать Олимпиаду-2014 в Сочи — что, на мой взгляд, было серьезной ошибкой. Именно сочинская Олимпиада не позволяет сегодня Кремлю реализовывать хотя бы какую-то серьезную стратегию на Северном Кавказе.

В своем нынешнем состоянии Кавказ — это пороховая бочка. Но вместо того, чтобы заниматься длительной болезненной работой по ликвидации проблем, которые привели к такому положению, Кремль в очередной раз поставил себе жесткие ограничения. Эти ограничения побуждают его держать ситуацию в относительном спокойствии, и не подвергать ее риску.

Однако на мой взгляд, такая методика не просто неэффективна, а часто контрпродуктивна. Центр покупает лояльность северокавказских элит, увеличивая потоки денег в регион под разными соусами — в том числе, под видом развития программы курортов Кавказа. Но этим лишь усугубляет проблему.

В крайне архаичной северокавказской системе, если человек не принадлежит к клану, имеющему власть, он ничего не может сделать. Не может выстроить свою жизнь, не может нормально зарабатывать. И этот контраст — между теми, кто на Кавказе у власти и получает деньги федерального центра, и другими, кто не имеет к первым отношения — только растет. Он толкает людей к борьбе за место под солнцем.

К сожалению, на путь террора становится уже третье поколение кавказцев. Когда наши силовики отчитываются об успехах и об убитых лидерах бандформирований, они забывают упомянуть, что эти лидеры — молодые люди. Это вовсе не те, кто начинал воевать с Россией 15 лет назад — это их дети и иногда внуки.

Проблема в том, что происходит воспроизводство террористов. Все новые и новые люди на Кавказе уходят в горы, и с оружием в руках борются против местных властей и федеральных силовиков. Пока эта порочная цепь не будет разорвана, пока не будет разрушен механизм воспроизводства конфликта, решить его силовыми методами невозможно. Террористическая активность на Северном Кавказе в последние годы — наглядное тому доказательство… — резюмирует Николай Петров.

«Перестановки в северокавказских верхах ничего не изменят, — считает один из лидеров „Левого Фронта“ Гейдар Джемаль — Способность федерального центра влиять на текущую ситуацию через передаточную шестеренку — силовиков — имеет существенные ограничения. Есть предел, который местные власти, выполняющие указания центра, не могут перейти — из-за мощного сопротивления человеческого фактора, людей на местах. Поэтому никакого снижения активности боевиков в регионе не предвидится»…

Из досье «СП»

Крупные теракты на Северном Кавказе в 2012 году

28 августа. В селении Чиркей Буйнакского района Дагестана в результате взрыва террористки-смертницы в доме шейха Саида Афанди погибли семь человек, в том числе сама смертница и шейх.

19 августа. В Малгобекском районе Ингушетии террорист-смертник устроил взрыв на похоронах полицейского, погибшего в результате обстрела накануне. В результате подрыва погибли 7 человек, еще 11 пострадали. Все погибшие были сотрудниками структур МВД, пострадавшие — мирные жители, которые попали в эпицентр взрыва.

9 августа. Неизвестные обстреляли сотрудников полиции в Ботлихском районе Дагестана, трое полицейских погибли, один был ранен. По данным пресс-службы МВД республики, бандиты обстреляли полицейских из леса, когда те ехали проверять информацию о нахождении вооруженных людей в окрестностях села.

3 мая. Два мощных взрыва прогремели в столице Дагестана Махачкале. Около 22.20 мск возле поста полиции на выезде из Махачкалы в сторону Ставропольского края взорвался автомобиль со смертником. Взрыв произошел в тот момент, когда автомобиль «Лада-Приора» был остановлен для проверки документов. В результате взрыва на посту и прилегающей территории возник пожар. В 22.45 во время оказания медицинской помощи пострадавшим и при локализации пожара сработало второе взрывное устройство, которое было установлено, как предполагается, в припаркованном вблизи поста ДПС автомобиле «Газель». Жертвами двойного теракта стали 13 человек, в том числе семь полицейских и двое пожарных, 109 человек пострадали.

28 апреля. На выезде из города Малгобек в Ингушетии была подорвана машина с полицейскими. В результате взрыва двое сотрудников погибли на месте. Еще один полицейский получил серьезные ранения и был доставлен в районную больницу.

23 марта. В Буйнакске (Дагестан) на пересечении улиц Шамиля и Чкалова прогремел взрыв, в результате которого погибли имам центральной мечети Буйнакска Гитиномагомед Абдулгапуров и его охранник — сотрудник местного ОВД. Взрывное устройство было радиоуправляемое, самодельное, начиненное поражающими элементами в виде шариков от подшипников, мощностью около 1 килограмма в тротиловом эквиваленте.

6 марта. На въездном посту полиции в село Карабудахкент одноименного района Дагестана подорвалась смертница. В результате взрыва от полученных осколочных ранений скончались на месте пятеро полицейских, двое с ранениями доставлены в больницу. Взрывное устройство неустановленного образца, расположенное на теле смертницы, было мощностью примерно 2 килограмма в тротиловом эквиваленте, начинено металлическими поражающими элементами. Теракт совершила вдова уничтоженного в феврале боевика Заура Загирова Аминат Ибрагимова.

Мощность первого взрыва составила от трех до пяти килограммов в тротиловом эквиваленте. Мощность второго взрыва составила около 50 килограммов в тротиловом эквиваленте.

26 января. Взрыв возле кафе «Караван», расположенного на пересечении автотрассы «Кавказ» и дороги, ведущей в село Эндирей Хасавюртовского района в Дагестане. В результате четыре работника кафе погибли и шестеро пострадали. По версии следствия, взрыв произошел в результате срабатывания заложенного в автомобиле «Лада-Приора», стоящего рядом с кафе, взрывного устройства большой мощности. Согласно предварительным оценкам экспертов республиканского МВД, ориентировочная мощность взрыва составила 30 килограммов в тротиловом эквиваленте.

Фото: Игорь Зарембо/ РИА Новости

СМИ2
24СМИ
Lentainform
Последние новости
Цитата дня
Комментарии
Новости партнеров
Фото дня
СМИ2
24СМИ
Лентаинформ
Медиаметрикс
Рамблер/новости
НСН
Жэньминь Жибао
Финам
СП-ЮГ
СП-Поволжье
В эфире СП-ТВ
Фото
Цифры дня