Политика

Замена Путину

Вадим Левенталь об исторических закономерностях

  
25730

Щуку взвешивали всем интернетом. Виртуальную, понятно, щуку. Настоящую видел только Путин. И она его видела. Или, может, не его. Всем интернетом сравнивали погодные сводки и формы носов: а был ли Путин? Может, Путина-то и не было? И дерзкое возбудилось подозренье: а ну как царь-то не настоящий?

Есть и другое мнение: настоящий-то настоящий, только уже не с нами. Ничто земное его не влечет, лишь глубины подводные да дали небесные. Пора царя в капсулу, на спутник — пусть летает над Родиной, покров богородичный простирает, почти как у Елизарова в «Библиотекаре».

Фиксация на фигуре царя носит болезненный, патологический характер. С чем-то подобным пушкинский Германн попал в Обуховскую больницу. Да, система выстроена как пирамида, но поистине поразительна искренняя вера в то, что зиккурат можно разрушить, заменив один верхний кирпичик.

Кирпичик уже подходящий нашли: симпатичный, блестящий, этот — сможет. У некоторых, правда, есть сомнения: не слишком ли шероховат? Не поискать ли другой? Одни просят уточнить, где кирпичик произведен, другие машут руками: какая разница, бери пока дают.

Зиккурат молчит, и в темной его глубине пережевывают кости случайно забредших. Но даже торчащей еще из зубастой глотки головой поедаемые винят во всем царя: выслушивая приговор, несчастный Илья Фарбер демонстративно читает немцовский «доклад» про Путина.

Фарбер, согласно общепринятому мнению, пострадал в цивилизационном конфликте: интеллигентного народолюбца темный народ не принял и отправил чалиться на зону. (Что чалятся с подобными абсурдными приговорами в абсолютном большинстве представители как раз «темного народа» — в расчет не берется, это портит картину, зачем все усложнять.) Так вот, темный народ. А кто виноват? Путин, конечно. Ведь если Путина поменять, то и народ к просвещению склонится.

Всматриваясь в эту картину, трудно отличить «темный народ» от «свободолюбивого интеллектуала»: и тот, и другой проводит прямую от себя — к царю. Ему, царю, делегирует свою волю и свою мечту. Только одни молча пьют паИленую водку, а другие пьют кьянти и кричат, что царь ненастоящий.

Общее — мифопоэтический взгляд на вещи, нежелание задуматься о системе, о том, что первично и что вторично. Поэтому все нормально, господа, вы — часть народа, плоть от плоти его, только одеты почище. Но народ в своей простоте оказывается умнее вас, потому что на вопрос о том, что нам нужно, он отвечает, что нужны достойные пенсии, а вы — что частная инициатива.

Что такое частная инициатива, какую систему ценностей и экономическую формацию она в качестве идеологемы формирует — задумываться не обязательно. Одним — потому что главное царя скинуть, а дальше все как-нибудь само решится. Другим — потому что они бессознательно помнят, чем царство частной инициативы обернулось совсем недавно, и нутром чувствуют, чем до сих пор оборачивается.

Что ж вам не так? Частная инициатива, никакого государственного контроля, свободная конкуренция, сильный пожирает слабого, — все как положено. Было бы крайне удивительно, если бы в итоге такой эволюции не остались бы двести-триста самых сильных. Было бы невероятно, если бы они не поделили между собой всю страну. И смешно было бы, если бы они не прибрали после этого к рукам государственную власть.

Капитализм вам не настоящий? Придет Навальный с экономическим советником Гуриевым и сделает — настоящий? Но это и есть самый настоящий капитализм. Так работает эта система. Так эта система работает везде и всегда — такова ее простая как три рубля логика: где бы ни открылось сто булочных, в условиях свободной конкуренции рано или поздно все они будут монополией Скруджа Макдака, который, во-первых, вздует цены, а во-вторых отгрохает себе такую избирательную кампанию, что станет мэром. Все остальное — только уточняющие моменты к схеме.

Нет, нам нудят про свободное общество, про гражданское общество. Вопрос об устройстве экономики подменяют другим: вы что, хотите репрессии и цензуру?

Дело поворачивают так, как будто отказ от частной собственности на средства производства неизбежно ведет к ГУЛАГу. И как будто только там, где все заводы принадлежат одному, все шахты — другому, а все газеты — третьему, — только в таком обществе каждый волен делать что хочет.

Что — волен? Надеть силиконовую грудь — это пожалуй. А обнародовать видеозаписи с издевательствами американских солдат над иракцами? Нет, это пожизненное.

Но мифопоэтический взгляд на вещи не предполагает системного анализа. Он предполагает веру в могущество знаков, символических жестов и фетишей. К ним относятся: вынос тела Ленина из Мавзолея (+100 к свободе); публичный процесс на Сталиным (+500 к свободе); замена Путина (+1000 к свободе). Проведенные в комплексе, эти и другие мероприятия создадут мощное биоэнергетическое поле, в котором народные чакры раскроются, улучшится инвестиционный (а не исключено, что и обыкновенный) климат, энергия ци предотвращает от сглаза, встану ночью помолясь, выйду перекрестясь, от виски, настоянного на портрете Навального, честный человек пьянеет, а жулик и вор сбрасывает человеческую личину и с воем уносится в трубу, проверено.

И последнее: здесь, так уж исторически сложилось, должно быть что-то про какую-нибудь книжку. Будет про книжку. Правда, извините, не новинка — «Елтышевы» Романа Сенчина. В этом романе милиционер — не самый приятный, из тех, у которых бутылки из-под шампанского всегда за пазухой, — переезжает с семьей в деревню. И Гримпенская трясина разоренной русской деревни с чмоканьем его и его семью засасывает.

Жизнь часто повторяет литературные сюжеты, и всегда делает это с немалой долей иронии. Кто бы мог подумать, что фамилия реального Елтышева окажется Фарбер, и он к тому же выйдет милым интеллигентным человеком? Дело не в герое, понимаете? Дело — в самой трясине и в зиккурате, который стоит на ней.

И пока жрецы разных идеологических конфессий спорят, что лучше от царя поможет — сушеные лягушачьи лапки или широкий общественный диалог, — в зиккурате молча хрустят костями тех, кто случайно или по дурости в него забрел. Литературный герой есть литературный герой. Человека жалко.

Новости СМИ2
Новости 24СМИ
Новости Лентаинформ
Последние новости
Цитаты
Михаил Ремизов

Президент Института национальной стратегии

Сергей Обухов

Член Президиума, секретарь ЦК КПРФ, доктор политических наук

Комментарии
Новости партнеров
В эфире СП-ТВ
Новости СМИ2
Новости 24СМИ
Новости Лентаинформ
Новости Финам
Рамблер/новости
Новости НСН
Новости Жэньминь Жибао
Новости Медиаметрикс
СП-ЮГ
СП-Поволжье
В эфире СП-ТВ
Фото
Цифры дня