Политика / Выборы

«В тяжелых условиях мы продолжаем нашу борьбу»

Анастасия Удальцова о судьбе мужа и выборах мэра Москвы

  
59368

Прошло ровно полгода с того момента, как Сергея Удальцова посадили под домашний арест за организацию «массовых беспорядков», которых, как уже выяснилось на процессе «12 узников 6 мая», вовсе и не было.

Я лично присутствовала на суде при допросе полковника, занимавшегося подготовкой плана митинга 6 мая 2012 года и подписавшего рапорт по итогам Марша миллионов, в котором сообщалось, что никаких «чрезвычайных происшествий» на площади не было. На суде этот же полковник настаивал на том, что массовые беспорядки были, читал по кодексу признаки массовых беспорядков, но признаков в его показаниях не обнаруживалось — только столкновения участников шествия с полицией, спровоцированные действиями властей. К сожалению, 90% вопросов, которые могли дать полную картину происходившего в тот роковой для 30 граждан день, судья Никишина отклонила, спасая краснеющего и пыхтящего от напряжения полицейского. И я уже не помню, по какому поводу последний начал рассказывать о том, что лично слышал, как Удальцов призывал прорывать полицейское оцепление, поэтому является организатором беспорядков. Вот так вот. Суда над Удальцовым еще не было, а свидетель уже точно знает, что он виновен, и даже слышал то, чего нет даже в материалах уголовного дела, потому что по материалам дела, как и на всех имеющихся видеосъемках, Удальцов всего лишь призывал граждан садиться на асфальт и сохранять спокойствие.

Понятно, что судебный процесс над Удальцовым и Развозжаевым будет таким же бутафорским, как и нынешний процесс «узников 6 мая». За последние 10 лет я других процессов практически и не видела, а была их не одна сотня — и административных, и уголовных. Это привычно. Это не удивляет. К этому уже, в общем-то, и готовы, но смириться с этим невозможно.

В Следственном комитете сейчас находится 80 томов уголовного дела, главными фигурантами которого является Сергей Удальцов и мой товарищ по борьбе Леонид Развозжаев. Пять дней в неделю, как на работу — с 10 до 18, сотрудники ФСИН возят Удальцова читать эти бесконечные тома абсурда и прослушек, законность которых еще предстоит установить, возят на Технический переулок, где год назад он организовывал кампанию поддержки уже арестованных участников того, что правоохранительные органы так настойчиво хотят считать массовыми беспорядками.

Арест Удальцову и Развозжаеву продлен до 6 октября. Скорее всего, тогда же начнется и рассмотрение их дела в суде. Хотя, в каком там суде — в судилище. И хорошо бы, чтобы в это судилище Удальцов также приезжал из-под домашнего ареста, потому что следователи, возможно, уже готовят почву для помещения его в СИЗО — как еще понимать внезапный интерес к его публикациям, которые он надиктовывает своим адвокатам для СМИ?

Кстати, домашний арест у Сергея с максимальными ограничениями. Это г-же Васильевой, заподозренной в краже 613 армейских гектаров и 17 миллиардов наших с вами налогов, разрешено иметь домработницу, повариху, делать маникюр и перманентный макияж, гулять по московским бутикам и принимать у себя посетителей, не являющихся близкими родственниками. Даже в СИЗО предусмотрены недолгие прогулки — Удальцов уже полгода не выходил на улицу. Что там прогулки — Удальцову даже врача посетить нельзя. Понятно, что практиковать домашние аресты начали совсем недавно, что законодательство по этому вопросу еще не проработано, но уже двойные стандарты налицо: если ты не украл хотя бы миллиард — не будет тебе не то что поварихи и маникюра, а вообще ничего не будет.

Тем не менее, участию в выборах домашний арест не помеха, поэтому в июне Удальцов обратился в Мосгоризбирком с просьбой оказать содействие в выдвижении и разъяснить его порядок для лиц, находящихся под домашним арестом. Аж через три недели МГИК, словно издеваясь, прислал ему ответ с предложением подать документы лично. Параллельно Удальцов направил ходатайство в Следственный комитет РФ о предоставлении ему возможности лично подать документы для выдвижения в качестве кандидата на должность мэра, однако СК РФ тоже протянул с ответом до последнего, в итоге предложив решать этот вопрос в суде. Басманный районный суд, в свою очередь, отказался рассматривать ходатайство об изменении условий содержания под домашним арестом и предоставлении возможности в сопровождении сотрудников ФСИН лично подать документы для выдвижения, переправив его опять же в Следственный комитет. Круг замкнулся.

Разочаровал тот факт, что никто из попутчиков с либерального фланга, из тех, кто не раз выходил с нами на митинги в 2011—2012 годах, никакой поддержки Сергею в его желании участвовать в выборах не оказал и, в сущности, никак не возмутился правовым беспределом. На мой взгляд, получилось так, что «левые» объявлены крайними и сидят, а «либеральная оппозиция» вроде как ни при чем, ощущает себя комфортно и более того — весьма прохладна и безучастна по отношению к недавним товарищам по протесту и событиям 6-го мая.

В последний момент МГИК все же принял документы на выдвижение у адвокатов Удальцова, оставив на сбор 73 тысяч подписей граждан и 110 подписей муниципальных депутатов всего один день. Кандидатом Удальцов не стал, но прецедент создал. Надеюсь, в будущем у оппозиционеров, находящихся под домашним арестом, не возникнет проблем с участием в выборах.

Впрочем, о предстоящем дне голосования нужно сказать отдельно. Долгое время мы требовали восстановить прямые выборы глав регионов России, в том числе мэра Москвы, но мы требовали именно выборов, а не очередного фарса с отсечением неугодных кандидатов и созданием, мягко говоря, неравных условий. Недопущение Удальцова до выборов — лишнее подтверждение нашей правоты.

Не так давно Удальцов через адвокатов передал обращение к оппозиционным кандидатам — солидарно снять свои кандидатуры. Повторяю и подчеркиваю: никого не обеспокоил тот факт, что одного из желающих баллотироваться, а именно Сергея Удальцова, не допустили к участию в выборах, самым наглым образом лишив конституционного права — быть избранным в органы государственной власти (ст. 32 Конституции РФ).

Сильно смутила и готовность, с которой желающие зарегистрировать свои кандидатуры приняли от мэрии Москвы подачку в виде помощи в сборе подписей муниципальных депутатов. Боюсь, печальные последствия этих «хитростей» мы еще увидим.

И больше всего возмущает тот факт, что в ходе официальной предвыборной кампании ни один кандидат до сих пор не нашел нескольких слов в поддержку и защиту узников Болотной — людей, подвергшихся репрессиям со стороны властей за то, что посмели выйти с требованиями свободных и честных выборов и честной власти.

Поскольку солидарного снятия кандидатов с предвыборной гонки не получилось — остается работать на второй тур выборов, который теоретически возможен.

Я решила поддержать кандидата от КПРФ Ивана Мельникова. Для этого есть несколько соображений: во-первых, он — близок мне идеологически. Во-вторых, он оказался единственным кандидатом, самостоятельно преодолевшим фильтр сбора подписей муниципальных депутатов, не прибегая к помощи властей и «Единой России». В-третьих, что очень важно, именно КПРФ инициировала законопроект об амнистии узникам Болотной, и я надеюсь, что это дело будет доведено ими до конца — по крайней мере, попытаться стоит.

В тяжелых условиях мы продолжаем нашу борьбу. Сергей передает привет всем честным людям и призывает не сдаваться и оставаться принципиальными.

Фото: страница А. Удальцовой Вконтакте

Новости СМИ2
Новости 24СМИ
Новости Лентаинформ
Последние новости
Цитаты
Андрей Грозин

Руководитель отдела Средней Азии и Казахстана Института стран СНГ

Комментарии
Новости партнеров
Фоторепортаж дня
Новости СМИ2
Новости 24СМИ
Новости Лентаинформ
Выборы-2018
Выборы президента РФ
Новости Медиаметрикс
Рамблер/новости
Новости НСН
Новости Жэньминь Жибао
Новости Финам
СП-ЮГ
СП-Поволжье
В эфире СП-ТВ
Фото
Цифры дня