Политика

Чиновники собственной безопасности

Коррупцию в госаппарате собрались побороть расширением штата

  
3985

Отделы внутренней безопасности появятся в каждом министерстве, федеральной службе и других госструктурах. Они будут следить за законностью работы чиновников и выявлять правонарушения с их стороны. Курировать эту сеть отделов внутренней безопасности будет недавно созданное кремлевское управление по вопросам противодействию коррупции.

Как сообщают СМИ, новые внутренние структуры в органах власти уже создаются — по распоряжению администрации президента. Председатель Счетной палаты РФ Татьяна Голикова рассказала: отдел по безопасности уже действует в органе финансового контроля. Стало известно также, что в ближайшее время подобная структура появится в новом Министерстве строительства и ЖКХ.

Напомним, управление по вопросам противодействия коррупции появилось 3 декабря 2013 года. Оно стало 21-м в аппарате президента. Главой управления был назначен Олег Плохой, который ранее работал в кремлевском управлении по вопросам госслужбы и кадров.

— Создание отделов собственной безопасности при госструктурах особо не поможет в борьбе с коррупцией. Тем более что это повлечет увеличение штата сотрудников, — считает председатель Национального антикоррупционного комитета Кирилл Кабанов. — Практика показала: наличие служб безопасности в правоохранительных органах от коррупции их не защищает полностью. Зачастую подобные структуры сами создают определенные коррупционные условия. С другой стороны, я не могу сказать, что создание таких внутренних подразделений нанесет какой-либо вред: с точки зрения анализа коррупционных практик, это будет даже полезно. Но ожидать, что вышеназванные меры кардинально изменят ситуацию, — не стоит. Коррупция — это многогранная проблема, и одними отделами собственной безопасности ее не решить.

Директор санкт-петербургского Независимого центра по изучению методов борьбы с коррупцией Петр Филиппов уверен: создание отделов внутренней безопасности при госструктурах — это бюрократические методы борьбы с бюрократией.

— Польза от этого будет минимальная. Борьба с коррупцией возможна только тогда, когда для нее есть необходимые инструменты и сильная мотивация, чтобы эти инструменты применять. Ведь коррупционные связи бывают только в неправовом государстве, где вместо закона действуют так называемые понятия. И в таком государстве невозможно, к примеру, эффективно вести бизнес. Кто будет вкладывать деньги в проекты той страны, где не гарантирована защита прав собственности? Поэтому коррупция — ставит крест на развитии страны. И это понимают все, но не все знают, как бороться с данной «заразой».

Как, например, боролись с коррупцией в Грузии? Там не просто создали антикоррупционное ведомство, как создали у нас: там грузинское руководство вооружило его инструментом — провокацией. Сотрудники этого ведомства предлагали чиновникам взятки, и когда те брали деньги, их задерживали и отправляли в тюрьму. Люди из этого ведомства предлагали «крышу» бизнесменам, и когда те, соглашались и платили за нее, их также задерживали. Это активно тиражировалось в СМИ: изо дня в день, из месяца в месяц. Кончилось все тем, что грузинские чиновники перестали брать взятки и при любом намеке посетителя на «благодарность», чуть ли не кричали: «Это — провокация!» В Грузии власть сумела разорвать порочную смычку между властью и бизнесом. У нас же в России без «крыши» ты не можешь даже открыть бизнес, не то что вести. В результате вместо конкуренции на рынке мы имеем монополию, и как следствие — высокие цены и низкий уровень жизни. Если наша власть не хочет решать эти вопросы, то нужно создавать не отделы в госструктурах, а давать в руки уже созданным ведомствам реальные инструменты для борьбы с коррупцией.

Приведу еще несколько примеров таких инструментов. Как можно выявить разного рода коррупционные сделки? Неужели сами взяткодатели и взяткополучатели признаются? Нет, это скрытые преступления, и их можно выявить лишь одним способом: жестко контролировать богатство чиновников, что, кстати, прописано в 20 статье Конвенции ООН, направленной против коррупции. Откуда деньги на строительство роскошного коттеджа или покупку «мерса» последней модели? Не можешь предъявить документы, где указано, что законно заработал это «добро», — извини, но тогда недвижимость и автомобиль подлежат конфискации. Жестко, правда? Но в таких условиях смысл брать взятку пропадает. Какой от нее прок, если ты не сможешь потом ее легализовать? А теперь давайте подумаем: есть такой инструмент у Олега Плохого? Нету! Тогда и нет смысла в создании отделов внутренней безопасности.

Еще пример. Если наша власть говорит, что россияне действительно хотят бороться с коррупцией, то дайте им такую возможность — независимо от прокурора возбуждать уголовные дела против коррупционеров в порядке частного обвинения, как это делается в ряде западных стран. К примеру, если жители Техаса узнали, что у них кто-то «пилит» общественную казну, и при этом у них есть доказательства, они без стеснения идут в суд, где против предполагаемого вора возбуждается уголовное дело.

«СП»: — Если в России внедрить такую практику, не породит ли она другую «заразу» — доносительство?

— Сейчас все знают, что такое «общак» и «крысятничество» в криминальной среде. А какое там наказание человеку, который «крысятничает»? Смерть! Если люди знают, что казна района, города, области или страны — тот же «общак» — разворовывается, то почему они должны молчать?! Наоборот, они обязаны защищать свои деньги. Почему какой-то негодяй безнаказанно может запросто «отпилить» половину выделенных на строительство дороги бюджетных денег, а потом еще и завысить вдвое цены на асфальт? Считаешь, что прав, обязательно доказывай в суде свою правоту, — именно так рассуждают американцы.

«СП»: — Вы упомянули Грузию. Сейчас, после свержения режима Саакашвили, много говорят о том, что — да, ему удалось побороть коррупцию и даже выслать всех «воров в законе» за пределы страны. Но в итоге Грузия превратилась в так называемое полицейское государство, где чуть ли не каждый таксист шпионит в пользу государства. В России на любое ужесточение в законодательной сфере народ реагирует бурно, говорит, что власть продолжает «закручивать гайки», душит нашу свободу и т. д. Не вызовет ли недовольства и протесты среди населения дополнительный инструмент в руках власти?

— Я разговаривал со многим грузинами, и они говорят, мол, что за ерунда: раньше можно было решить любой вопрос, откупиться, если надо, а теперь и деньги дать некому, — и нам это не нравится. До Саакашвили, мол, жить было лучше. Кстати, возможно именно тут кроется основная причина их бунта против экс-президента?!

Кстати, я живу в Санкт-Петербурге, поэтому часто бываю в Финляндии. По дороге туда регулярно наблюдаю одну и ту же картину, как наши граждане мчатся на скорости 140 километров в час, то и дело пересекают двойную сплошную, то есть постоянно создают аварийные ситуации. При этом они уверены: если их становит наше, российское ГИБДД, то они откупятся. Но как только эти ездоки переезжают границу, то скорость снижается до разрешенных в Финляндии 80 километров в час. Я как-то спросил на заправке несколько водителей-лихачей: «А почему здесь, за границей, вы себя ведете иначе?» Отвечают: «Так ведь тут не откупишься!» Вопрос: Финляндия — полицейское государство? Да, это полицейское государство, но в хорошем смысле этого слова: здесь полицию не покупают.

Фото: ИТАР-ТАСС/ Виталий Белоусов

Новости СМИ2
Новости 24СМИ
Новости Лентаинформ
Последние новости
Цитаты
Вадим Трухачёв

Политолог

Сергей Удальцов

Российский политический деятель

Комментарии
Новости партнеров
Фоторепортаж дня
Новости СМИ2
Новости 24СМИ
Новости Лентаинформ
Новости Медиаметрикс
Рамблер/новости
Новости НСН
Новости Жэньминь Жибао
Новости Финам
СП-ЮГ
СП-Поволжье
В эфире СП-ТВ
Фото
Цифры дня