Политика / Октябрь 1993

Двадцать лет и один год

Олег Кашин о том, как выглядит октябрь 1993 после Донбасса

  
10931
Двадцать лет и один год

I.

«Ни мэров, ни пэров, ни сэров, ни херов», — если бы Альберта Макашова не существовало, кремлевская пропаганда 1993 года все равно просто обязана была бы придумать его и еще Александра Баркашова с его РНЕ. Та же подмена (иногда — от тех же самых авторов), что и двадцать лет спустя с «Правым сектором» и майданом, вместо тысяч лиц — одно, самое отвратительное. В девяносто третьем году пропаганде удалось представить дело так, будто Баркашов и Макашов — это такой эквивалент нескольким сотням депутатов, Конституционному суду и защищаемой им Конституции и тысячам москвичей и немосквичей, вышедших к Белому дому примерно с теми же мотивациями, что и двумя годами раньше (люди тоже часто были одни и те же — что в 1993-м, что в 1991-м). На все это можно было не обращать внимания — потому что Макашов, потому что Баркашов. Вероятно, именно из-за них никто особенно на этот счет не переживал, и мейнстримовая картина событий получилась такая: был опасный для страны парламент с коммунофашистским большинством, был вооруженный мятеж против молодой демократии, целью мятежа было восстановление коммунистических порядков, а то и что-то похуже — опять же свастики на рукавах людей из РНЕ, цитаты какие-то антисемитские, ну и так далее.

И, стало быть, танки на Краснопресненской набережной — это была неизбежная защита от коммунофашистского мятежа, новая суперпрезидентская конституция — страховка от победы коммунофашистов на выборах («Гитлер тоже выиграл свободные выборы»), думать не о чем, не останавливаемся, идем дальше.

II.

И такая точка зрения торжествовала двадцать лет. Прошлой осенью отмечали двадцатилетие октябрьских событий, было много статей и обсуждений, и большинство обсуждающих, конечно, остались верны себе (и это естественно, потому что признавать свою неправоту в принципиальных вопросах — это очень трудно), но что-то все равно треснуло, и из разряда аксиом эта точка зрения перешла в категорию «все не так однозначно», и ее сторонникам приходилось уже, как будто речь идет о совсем свежих событиях, эмоционально доказывать, что в 1993 году все было сделано правильно, что выбора у Ельцина не было, и что без танков все было бы еще хуже.

Прежнюю аксиому разбавили к 2013 году очень серьезные сомнения, и понятно, откуда они взялись. К началу десятых и особенно — после Болотной, и после арестов, и после закручивания (как тогда казалось — до предела) гаек смотреть на мир по-прежнему стало совсем сложно. Болотная противостояла суперпрезидентскому режиму, рожденному в октябре 1993 года. Кто-то решался додумать до этого места, кто-то испуганно останавливался на пороге признания, что Путин — это Ельцин сегодня, но, думаю, всем было ясно, что корни и Болотного дела, и «146 процентов» и много чего еще следовало искать именно там, в черном октябре 1993 года. Хотели демократии, а получили президента с неограниченной властью. По меркам девяностых неограниченная власть президента — это неограниченная власть его охранника и тренера по теннису, потом его дочери, а потом (и это уже нулевые) — администрации и силовиков, то есть буквально то, против чего стояла Болотная.

Я думаю, если бы не Украина, и если бы Россия так и продолжила тихо дрейфовать в свой старомодный тоталитаризм, как дрейфовала до этой зимы, то через несколько лет, к очередному юбилею октябрьских событий, антипутински настроенная часть общества почувствовала бы себя прямой наследницей защитников Верховного совета. Я понимаю, что это очень спорное предположение, но спокойно произношу его сейчас, потому что теперь ему так и суждено навсегда остаться предположением, которое не сбудется никогда.

III.

И вообще, конечно, жаль, что круглая дата была в прошлом году, а не в этом, а по случаю 21-й годовщины у нас ни круглых столов не устраивают, ни обобщающих статей не пишут, и октябрьская годовщина в этом году пройдет незамеченной и никому не нужной. Ведь именно в этом году, то есть после всего, что пережито в связи с Украиной, было бы интересно порассуждать о девяносто третьем годе.

Потому что донбасские события, скажем так, уточняют наше представление о 1993 годе и о том, кто и чей сейчас наследник. Проще всего — с низовым уровнем, и уже общим местом стало сравнивать защитников Дома советов с донецкими ополченцами. Да, они точно такие же или почти точно такие же, и даже иногда — персонально те же люди, которые двадцать лет назад воевали на Пресне, тут спорить не с чем.

А дальше уже начинаются действительно спорные вещи. Российская армия сейчас — это ведь та же самая, хоть и технически модернизированная, армия, которая стреляла по Дому советов, так? И Кремль сейчас — тот же самый Кремль с поправкой на 21 год эволюции. И мы видим, что наследники Ельцина и Грачева сегодня оказываются заодно с наследниками Дома советов. И вот как с этим быть?

Думаю, по этому тексту заметно, что я растерян, и ответа у меня нет, и остается только признать, что и здесь, черт возьми, все не так однозначно, и мы, и я тоже, говоря о Ельцине, всегда забывали, что в истории от него осталась не только конституция 1993 года или, я не знаю, чубайсовская приватизация — но и, между прочим, удержавшееся буквально на тех же танках Грачева Приднестровье (прото-ДНР девяностых). Знаменитый генерал Романов, герой Чечни, впавший в кому после покушения в Грозном, и Романов, который командовал зачистками в Москве осенью 1993 года — это один и тот же Романов. Стоит, вероятно, вспомнить и Рохлина, несостоявшегося вождя несостоявшейся народной республики летом 1998 года и при этом человека, очень основательно интегрированного в российскую элиту девяностых (первая тройка тогдашней партии власти — «Наш дом Россия»). Непрерывное, с самого начала девяностых, гражданское противостояние в России — его силовые линии переплетены гораздо причудливее, чем может представить любой из нас. Черный октябрь — это как черный квадрат, беспредметность как она есть.

Когда-нибудь мы напишем историю своей страны. Пока она не написана, не сформулирована, не понята.

Фото: Алексей Юшенков/ РИА Новости

Новости СМИ2
Новости 24СМИ
Новости Лентаинформ
Последние новости
Цитаты
Андрей Песоцкий

Доцент кафедры экономики труда СПбГЭУ

Никита Кричевский

Доктор экономических наук

Комментарии
Новости партнеров
Фоторепортаж дня
Новости СМИ2
Новости 24СМИ
Новости Лентаинформ
Выборы мэра Москвы
Новости Финам
Рамблер/новости
Новости НСН
Новости Жэньминь Жибао
Новости Медиаметрикс
СП-ЮГ
СП-Поволжье
В эфире СП-ТВ
Фото
Цифры дня