Стереть недовольных в порошок

На Украине развернулась самая настоящая «охота на ведьм»

  
8598
Стереть недовольных в порошок

12 марта в центре Луцка, среди бела дня, был избит и похищен глава Волынского антифашистского комитета, секретарь обкома комсомола Александр Кононович. Сообщила об этом его жена. Соратники забили тревогу. Лишь поздно вечером стало известно, что Александр вернулся домой.

Несколькими днями ранее Александр Кононович в интервью «Свободной прессе» рассказывал о том, как его преследуют, кто и за что устроил ему тотальную травлю в родном городе. Материал уже был готов к публикации, когда пришло сообщение о нападении и похищении. В пятницу Александр по телефону поведал о том, что с ним произошло вчера: «Стоял на остановке. За мной увязались два человека в спортивной одежде. В тот момент, когда они напали на меня и начали метелить, я говорил по телефону с женой. Это меня и спасло. Жена слышала, что происходит, и сообщила об этом брату и товарищам — они подняли шум. А там, на месте нападения, за меня вступились люди. Поэтому бандитам не удалось запихнуть меня в машину. Я говорил нападавшим: «Если вы считаете, что я сепаратист, давайте поедем в СБУ». Они отвечали: «Нет, скотина, мы поедем в лес — и там тебя завалим». И продолжали бить меня… Это длилось довольно долго. Закончилось тем, что мы пешком проследовали в отделение СБУ. Я, конечно, обратился в прокуратуру и милицию по факту нападения и похищения, но понимаю, что дела не будет. Эта история длится уже много месяцев. Инициатор этих преследований — бывший глава местного «Правого сектора"* Павел Данильчук. Молодчики, напавшие на меня, звонили ему, докладывали и получали распоряжения. А когда всё происходило, Данильчук злопыхательствовал по этому поводу в соцсетях».

Недавно волынский губернатор Владимир Гунчик объявил своих земляков, братьев Кононовичей, сепаратистами. А местные националисты-активисты призвали власть запретить братьям свободно передвигаться по городу, чтоб нервные сограждане не учинили самосуд.

Первый секретарь ЦК ЛКСМУ Михаил Кононович и глава Волынского антифашистского комитета, секретарь обкома комсомола Александр Кононович давно считаются возмутителями спокойствия предельно толерантной и уравновешенной националистической общественности.

Михаил Кононович — активный участник и организатор протестных акций в Киеве. 10 декабря киевские коммунисты, комсомольцы и ветераны под стенами Киевсовета протестовали против повышения коммунальных тарифов и отмены социальных льгот. А уже вечером они получили ответ на свои социальные требования: боевики в масках, с битами, арматурой и дубинками устроили погром в Шевченковском райкоме КПУ. При этом были избиты несколько коммунистов. Лидер украинских комсомольцев заявил тогда: «Власть наглядно демонстрирует, как она будет проводить диалог с людьми. Она также показывает всему цивилизованному миру, что она вкладывает в понятие „жизни по-новому“. Никогда до прихода нынешней власти мы не наблюдали массовых и безнаказанных погромов офисов оппозиционных сил. Понятно теперь, почему власть стремится протащить законы, которые приравнивают любой протест против нее к антигосударственной деятельности. И понятно, почему тогдашняя оппозиция — нынешняя власть — так сопротивлялась тому, чтобы объявить людей в масках вне закона. Боевики нужны власти, а боевикам нужна безнаказанность».

23 февраля Михаил Кононович устроил импровизированный диспут с киевским мэром Виталием Кличко. Первый секретарь ЦК ЛКСМУ с товарищами возлагали цветы у Вечного огня — и на обратном пути увидели мэра с его свитой. Кличко проводил показательную акцию по ликвидации незаконных торговых точек. Кононович поинтересовался, как он, бывший солдат Советской армии, отмечает 23 февраля. Но добиться ответа не удалось. Кличко заявил, что его праздник — в другой день. Правда, точной даты не назвал.

Комсомольский лидер переключился на злободневные проблемы: «Почему вы боретесь с людьми таким варварскими методами? Разве они от хорошей жизни мёрзнут на улице, продавая всякую всячину?» Вопрос Кононовича вогнал мэра-боксера в ступор: Кличко оказался не готов к незапланированной дискуссии. Градоначальник перевел словесный поединок в более удобное и привычное направление: заговорил о патриотизме. Кличко спросил: «Если ты патриот, почему не в АТО?» Кононович парировал: «Быть патриотом — это не значит убивать своих сограждан». И тут же ошарашил мэра неожиданным предложением: «А у меня встречный вопрос: вы патриот? Почему не в АТО? Ваша выборная должность мэра не освобождает вас от мобилизации? Я официально заявляю при всех, гражданин мэр, давайте так: завтра, Кононович и Кличко, встречаемся в девять утра в военкомате и едем вместе служить под Мариуполь. У вас же как у мэра — хорошая команда и заместители, не так ли? Вот и отлично! Они поруководят Киевом пару месяцев и без вас, гражданин Кличко».

2 марта Михаил Кононович с коммунистами и комсомольцами пикетировал Верховную Раду (в нынешних столичных условиях такой пикет требует немалого гражданского мужества). Комсомольский лидер уверен: «Вся Украина объединится против властей, потому что они создали экономический коллапс. Акции протеста будут только нарастать».

Братья Кононовичи вместе служили с 1999 по 2008 гг. в Одесском институте сухопутных войск. Потом это учебное заведение закрыл президент Ющенко с формулировкой: невозможно воспитывать патриотов в русскоязычной Одессе. «Нас перевели во Львов. И за два месяца до выпуска мы уволились. Мы оказались не той политической ориентации».

Александр Кононович запомнился мне своим выступлением во время харьковской экспертной дискуссии о Таможенном союзе в сентябре 2013 года (тогда еще возможны были какие-либо общественные дискуссии). Александр привел такой пример: его знакомая, имея гуманитарную профессию, устроилась нянечкой в Польше. Когда она готовила ребенку еду, должна была держать во рту свиток. И свистеть, чтоб хозяева не сомневались в том, что она ничего не поедает. Этот свисток просился в метафору. Полтора года назад Александр Кононович предупреждал: Евросоюз может предложить Украине только этот свисток… Сегодняшнюю Украину действительно посадили на свисток. Время «печенек от Нуланд» закончилось. Теперь МВФ, Госдеп США и европейские благодетели требуют, чтоб Украина с помощью свистка извещала их о том, что не делает ничего непозволительного.

Охоту на братьев Кононовичей объявляли еще при президенте Януковиче. В 2011 году Александр и Михаил, чтоб показать отношение к Шухевичу и Бандере, которых Ющенко сделал Героями Украины, — расстреляли их портреты. Националисты взяли братьев на карандаш…

Об особенностях этой «национальной охоты» Александр Кононович рассказал «Свободной прессе»:

— В 2012 году проходил фестиваль «Бандерштадт». Это был такой русофобский шабаш: под воздействием алкогольных напитков или наркотических веществ происходят неадекватные танцы какие-то у костра… Два-три дня только и слышно: «Кто не скачет, тот москаль!», «Смерть москалям!» И мы, антифашистский комитет, решили пикетировать это мероприятие. Но суд нам запретил. И тогда мы взяли архивные данные, без всяких агитационных материалов, просто скупые цифры: сколько волынян погибло от рук бандеровцев… Мы арендовали дельтаплан. И с него разбросали листовки над «Бандерштадтом». Когда мы приземлились и сели в автомобиль, на нас напала группа молодчиков из «Патриота Украины». Теперь это один из сегментов «Правого сектора». Они разбили автомобиль. «Патриоты» были с травматическим оружием, с кастетами, с дубинами, уже тогда, в 2012 году. Слава Богу, у меня был опытный водитель — мы выскользнули.

В райотделе милиции (мы с братом тогда были в статусе кандидатов в народные депутаты) нам заявили и написали, что в действиях неустановленных лиц отсутствует состав преступления. И тогда я, будучи у губернатора (ныне покойного), говорил: «Смотрите, они же готовы, уже созрели». Такие фестивали проходили во всех областях Западной Украины. И доминантой был не фольклор — там готовили тех самых боевиков, которые громили Банковую в 2014 году, совершая государственный переворот. Они легитимизировались как охрана фестиваля «Бандерштадт». Они уже тогда были в бундесверовской форме, в балаклавах. Они уже тогда были с этими цепями, намотанными на руки.

Я обращался в 2012—2013 годах в СБУ и прокуратуру о том, что на территории Волынской области систематически проходят учебные лагеря «Я — бандеровец», «Я — патриот». Там осваивали тактику уличных погромов, тактику противодействия сотрудникам милиции. Всё это — при полном попустительстве властей. А в 2013 году, когда стали обращать внимание на вопиющие факты этой подготовки, боевики переместились в Литву. И там проходили тренировочные сборы. Бжезинский тогда руководил промывкой мозгов в Литве. В те лагеря приезжали Парубий и тогдашний депутат Волынского облсовета, а теперь депутат ВР Игорь Гудзь. Там они получили инструкции накануне переворота. Они приехали из Литвы уже с четким планом действий, что и подтвердила жизнь…

«СП»: — Волынский губернатор благословил травлю Кононовичей. Чего добивается?

— Чтоб нас арестовала СБУ. Но СБУ не видит состава преступления в наших действиях. Поэтому особо активные собирают подписи в центре города, чтоб СБУ арестовала нас. Губернатор обвиняет меня в том, что я участвовал в «сепаратистском» эфире крымской программы «На самом деле». Я говорил в этой передаче, что, когда меня похитили в апреле 2014 года, вопрос номер один был, чтоб я переписал на похитителей, активистов евромайдана, помещение. Офис Антифашистского комитета находится в центре Луцка, 250 квадратных метров. Примерная стоимость 200 тысяч долларов… Отвечая на претензии губернатора, я написал ему открытое письмо, где объяснил, что никогда не нарушал закон, что цель моих оппонентов (они же похитители) — отобрать имущество. Это рэкет, разбой, как хотите называйте… И ровно через три дня после опубликования этого письма — активисты уже собирают подписи, чтоб меня арестовали. Организаторы — те же люди, что и похитили.

Пришли циники и шарлатаны. Организаторы местного луцкого майдана и беспорядков, невзирая на свой юный возраст, имеют сегодня внушительное состояние. Ребята из правоохранительных органов рассказали, как активисты приходят к бизнесменам и требуют 10 тысяч долларов на добровольческий батальон. Один не дал — ему палец отрезали…

Устанавливается абсолютно жесткий тоталитарный профашистский националистический режим. Законными способами заставить замолчать таких как я, не представляется возможным. И тогда они из плоскости законной переходят в такую подтасовку. Соберут тысячу подписей. Они лягут на стол главе СБУ Волынской области. Он скажет: «Извините, это не я. Это глас народа. Я вынужден, как слуга, выполнять это». Абсолютно заказное мероприятие.

«СП»: — В апреле вас похитили, чтоб «отжать» офис. А что же правоохранители?

— Вызвал милицию. Сотрудники милиции, увидев вооруженных людей, скрылись в неизвестном направлении. Меня за волосы выволокли на улицу, прижали к стене. Я успел сделать звонок брату. Но они вырвали телефон, не дали поговорить. Он понял, что случилась беда, и побежал в офис. И тогда нас уже вдвоем схватили… Потом, уже после всего, я пошел в опорный пункт милиции и написал заявление. Участковый начал плакать и просить меня, чтоб я забрал заявление. Дескать, если он начнет это дело двигать, расправятся и с ним, и с его семьей. Я написал отказ: конфликт погасили на месте… А занимался вымогательством Павел Данильчук, тогда он был депутатом горсовета и возглавлял здесь «Правый сектор». В этом суть нынешнего конфликта активистов со мной. Данильчук хочет меня посадить только за то, что я публично говорю: он пытался завладеть моим имуществом.

«СП»: — С каких пор тянется этот конфликт?

— Первый погром в офисе обкома КПУ, Антифашистского комитета и Русской общины был еще в феврале 2014 года, накануне бегства Януковича. Ущерб оценивался в эквиваленте 90 тысяч долларов. Погромщики сожгли библиотеку. Уничтожили архивные данные Антифашистского комитета. Это были копии архивных данных СБУ и КГБ о десяти тысячах волынян, уничтоженных бандеровцами в период 1945—1953 гг.

Я стараюсь не посещать общественных мест. Нас с братом узнают здесь в лицо. Меня уже столько раз били и линчевали, что я, где-то на десятом побоище, уже со счету сбился. Те, кто меня преследуют, действуют хитро, с иезуитским подходом: поймать, оплевать, содрать одежду, что-то унизительное сделать, но не фатальное для здоровья. Это так же, как в Прибалтике отработано: система травли.

«СП»: — Губернатор на вас указал как на цель. От СБУ какая-то реакция последовала?

— Если бы они могли мне что-то предъявить, это бы уже произошло. Единственное, что они могут сделать, это, как недавно в Днепропетровской области, подбросить гранату. Пользуясь случаем, хочу публично сказать: никаких гранат, пистолетов, никакого оружия, наркотиков никогда у себя не держал и в руки не брал. Поэтому, если объявят, что у Кононовича что-то нашли, это неправда. Я законопослушный гражданин. Предъявить мне нечего. Разве что сфабриковать.

«СП»: — Вам, кажется, ставят в вину еще и гуманитарную помощь, которую вы с братом возили в Лганск?

— Да, мы передавали луганчанам гуманитарный груз от Русской общины Волыни, от комсомола Украины. Когда узнали, что железнодорожное сообщение Киев — Луганск в конце октября отменяется, решили сесть в этот символический последний поезд. И отвезли гуманитарный груз- противопролежневые мази, инсулин, очки для луганского городского центра реабилитации детей-инвалидов. Состоялась пресс-конференция. Она получилась очень эмоциональной. Потому что мы проехали по Луганску и увидели, что украинские войска натворили в городе. Нам потом хотели приклеить ярлык «подлецов-сепаратистов». Но мы ведь абсолютно легально купили билеты в кассе, уведомили соответствующие службы, загрузились, приехали этим последним поездом. Возвращались мы уже через территорию России, в целях безопасности, потому что тербатам пошла команда, была ориентировка после пресс-конференции… Нас ребята предупредили. Во всех этих батальонах есть не только откровенные фашисты. Армия небольшая. Грубо говоря, все друг друга знают. И нам сообщили, что лучше не ехать через блокпосты…

«СП»: — Не думали над тем, чтоб уехать из страны, не подвергать риску себя и семью?

— Я этнический белорус. С момента переворота около десяти человек убежали с Волыни, спасая свои жизни. Коммунисты и антифашисты. И все они обращались ко мне. Я помогал им адаптироваться. Я — как капитан тонущего корабля: не могу раньше других сесть в шлюпку и спасаться. В Антифашистском комитете около пятисот человек. Как я брошу людей, которые мне доверяли? Мы можем собираться какими-то летучими группами. Не публично. В 21 веке компартия, которая есть в каждой стране мира, здесь — вне закона.


*Решением Верховного суда РФ от 17.11.2014 организация «Правый сектор» признана экстремистской, ее деятельность в России запрещена — прим.

ред.

Фото из семейного архива. Братья Кононович в Брестской крепости

Новости СМИ2
Новости 24СМИ
Новости Лентаинформ
Последние новости
Цитаты
Юрий Болдырев

Государственный и политический деятель, экономист, публицист

Комментарии
Новости партнеров
В эфире СП-ТВ
Новости СМИ2
Новости 24СМИ
Новости Лентаинформ
Новости Медиаметрикс
Рамблер/новости
Новости НСН
Новости Жэньминь Жибао
Новости Финам
СП-ЮГ
СП-Поволжье
В эфире СП-ТВ
Фото
Цифры дня