18+
понедельник, 16 января
Общество / Наука и техника

«Цифровые» мечты Кремля и Кудрина

Сможет ли Россия сделать рывок в научно-технических разработках

  
14590
Председатель совета Фонда "Центр стратегических разработок", заместитель председателя Экономического совета при президенте РФ Алексей Кудрин
Председатель совета Фонда «Центр стратегических разработок», заместитель председателя Экономического совета при президенте РФ Алексей Кудрин (Фото: Антон Новодережкин/ТАСС)

В четверг, 1 декабря, президент РФ Владимир Путин подписал указ о Стратегии научно-технического развития (НТР). Об этом глава государства сообщил в послании Федеральному собранию. Программный документ создавался при активном участии Центра стратегических разработок (ЦСР), возглавляемого Алексеем Кудриным.

Стратегия призвана найти ответ на «большие вызовы» — сочетание «проблем, угроз и возможностей», которые не решаются простым увеличением ресурсного обеспечения. Среди них — исчерпание сырьевой модели роста экономики РФ, старение населения, экологические проблемы, вопросы продовольственной безопасности, глобальные изменения энергетики и необходимость эффективного освоения и использования территории страны.

Для решения этих проблем России предлагается выйти на следующие рынки продуктов и услуг:

— цифровые производственные технологии;

— роботизированные системы;

— новые материалы и способы конструирования;

— обработка big data (гигантских объемов информации);

— экологически чистая энергетика и сельское хозяйство;

— персонализированная медицина и высокотехнологичное здравоохранение.

Отдельно подчеркивается необходимость поддержки фундаментальной науки, задача которой — обеспечить национальную безопасность и способность страны реагировать на новые, сейчас неизвестные «большие вызовы».

Как отмечают авторы стратегии, Россия сохранила потенциал в фундаментальной науке, сотни научных и образовательных центров, и относительно молодой персонал. С 2004 года, на волне инициированной Дмитрием Медведевым инновационной активности, численность научных работников моложе 39 лет выросла на 30%. Однако направления исследований часто «актуальны для последних десятилетий прошлого века», наука и образование «сконцентрированы в нескольких регионах», а РФ выступает «донором человеческого капитала для мировой науки», поскольку ее собственная экономика «невосприимчива к инновациям» и препятствует их практическому применению.

Для преодоления этой ситуации предлагается опережающее повышение расходов на науку, и доведение их до уровня стран-лидеров. Такой подход, как считают в ЦСР, позволит построить целостную национальную инновационную систему.

Где взять деньги на реализацию этих планов, должно решить правительство и президентский совет по науке и образованию.

В итоге, в 2017—2019 годах предлагается запустить ряд долгосрочных научных проектов в рамках «больших вызовов», а также завершить создание целостной системы воспроизводства научных кадров. В 2020—2025 годах это должно дать «новые технологические решения на основе природоподобных технологий», тогда же начнется переход к активной коммерциализации НИОКР, создание новых продуктов и услуг, а также рост их экспорта.

Насколько реальны эти планы, способна ли стратегия НТР вывести Россию на лидирующие позиции?

— Научно-техническим рывкам всегда предшествует перестройка социальной системы, — считает директор Института системно-стратегического анализа Андрей Фурсов. — Так, в XX веке советский рывок был осуществлен на базе создания общества, стремящегося к социальной справедливости. В XIX веке подобные рывки также совершались — но только в ядре капиталистической системы, которая эксплуатировала периферию.

И вот сегодня, действительно, спасение России зависит от мощнейшего научно-технического рывка. Однако нынешняя РФ к ядру капиталистической системы не относится. Это означает, что для нас, как в свое время для СССР, рывок возможен только на базе определенной структуры общества. И такой структурой никак не может быть российский олигархический капитализм.

«СП»: — Каким должно быть общество, чтобы рывок стал возможным?

— Чтобы достигать научно-технических успехов, общество должно иметь очень четкую цель в будущем, и стратегию достижения этой цели. Такая цель была в Советском Союзе — построение коммунизма. Она пронизывала жизнь советских людей все 1930−1940-е годы, вплоть до 1956−1961 годов, когда была сделана попытка превратить советское общество в общество потребления.

Именно эта цель порождала потребность заглядывать в будущее и двигала НТР. Чтобы убедиться в этом, достаточно пролистать советские научно-популярные журналы первой половины 1960-х: «Науку и жизнь», «Технику — молодежи». Из них ясно, что тогдашнее общество было футуристическим.

Наше нынешнее общество от футуризма очень далеко. Об этом, кстати, говорит практически полное отсутствие научной фантастики, и замена ее на фэнтези. У российского общества сегодня нет глобальной цели — такой целью не может быть личное обогащение.

«СП»: — Можно ли изменить ситуацию, как это предлагает стратегия НТР — поддержкой науки и воспитанием научных кадров?

— Стратегия, на мой взгляд, не меняет нынешнего подхода — чисто коммерческого — к фундаментальной науке. И это, я считаю, серьезная ошибка. Наука работает зачастую на 30−40-летнюю перспективу, и требовать от научных исследований сиюминутной выгоды абсурдно.

На мой взгляд, если сохранится нынешняя погромная ситуация в образовании и науке, задачи стратегии НТР просто не могут быть реализованы. Тем более, до 2025 года — это слишком короткий срок.

Как ни печально, без серьезных социальных преобразований мы обречены на доминирование «гешефтной психологии». А люди, которые такой психологией мотивированы, могут лишь плестись в хвосте прогресса.

— В России стало традицией ставить задачи научно-технического развития страны, и по большей части их не решать, — отмечает президент Института национальной стратегии Михаил Ремизов. — И я не вижу причин, по которым на этот раз что-то будет иначе. Проблема в том, что в российской политике в сфере НТР отсутствуют два ключевых звена.

Первое — это механизм координации и планирования НТР со стороны государства. У нас нет структуры, которая могла бы осуществлять сквозное стратегическое планирование, и имела бы управленческие полномочия по отношению к ведомствам, государственным корпорациям и институтам развития. Из-за этого научно-техническая политика отдана на откуп ее же субъектам, в том числе не имеющим прямого отношения к государству.

Замечу, что в советское время государственную политику в сфере научно-технической деятельности проводил Государственный комитет Совмина СССР по науке и технике (ГКНТ). Во главе его стоял академик, который одновременно занимал должность зампреда Совмина. Другими словами, это был человек, который разбирался и в науке, и в государственном управлении. Было бы неплохо возродить эту схему.

Кроме того, у нас сегодня в принципе отсутствует аналог советского института комитетов — в их число входили ГКНТ, Госплан, КГБ, — которые стояли на ступеньку выше министерств, и потому могли координировать их работу.

Между тем, наличие координирующего звена — ключевое условие для реализации государственной политики научно-технического развития страны. Без такого звена дело с мертвой точки не сдвинется. Надо понимать: НТР — не просто составление планов на бумаге, но и их своевременная эффективная реализация.

Еще одно звено, которого не хватает для масштабного научно-технического развития РФ — это крупные компании, которые бы формировали спрос на высокие технологии перед отечественной промышленностью. Беда в том, что развивать инновации в отрыве от промышленности бессмысленно. Научно-техническая политика без сильной промышленной политики никогда не заработает, и эффекта не даст.

Между тем, сильная промышленная политика, стимулирующая реальный сектор экономики, у нас полностью отсутствует.

Чтобы запустить НТР, нужно выращивать и поддерживать национальные высокотехнологические производства-«чемпионы». А это требует серьезных комплексных мер. Начиная от поддержки ряда секторов и отраслей промышленности, и заканчивая кардинальными изменениями в кредитно-денежной политике. Плюс, разумеется, необходимы протекционистские меры, затрудняющие поступление импорта на российский рынок.

Но пока мы не видим шагов ни в направлении создания координирующего звена, ни в развитии промышленности. Это значит, что реализация стратегии НТР будет предпринята в отрыве от экономики, и в лучшем случае приведет к тому, что коммерциализация НИОКР будет происходить в интересах зарубежных субъектов.

— Стратегия НТР производит впечатление очередного прожекта, — говорит председатель Русского экономического общества им. С.Ф. Шарапова, профессор кафедры международных финансов МГИМО (У) Валентин Катасонов. — На мой взгляд, она окажется в одном ряду с такими планами, ныне почти забытыми, как превращение Москвы в международный финансовый центр, программой удвоения ВВП к 2020 году, экономической программой четырех «И».

На мой взгляд, стратегия обречена на провал по единственной причине: у нас просто нет фундамента, на котором можно было бы форсировать научно-техническое развитие России. За четверть века с момента развала СССР мы разрушили не только материально-техническую базу нашей науки — это еще поправимо. Но главное, мы снизили качество человеческого капитала, и основательно разрушили систему образования, и как раз это быстро не восстановить. Именно это обстоятельство превращает стратегию НТР в кампанейщину…

Популярное в сети
Цитаты
Валентин Катасонов

Экономист, профессор МГИМО

Михаил Александров

Военно-политический эксперт

Борис Шмелев

Политолог

Комментарии
Новости партнеров
Фото дня
СМИ2
24СМИ
Новости
Жэньминь Жибао
Медиаметрикс
НСН
Финам
СП-ЮГ
СП-Поволжье
Цитата дня
В эфире СП-ТВ
Фото
Цифры дня