18+
четверг, 24 августа

Киев думкой богатеет

Юрий Городненко о том, как Прибалтика и Украина напрашиваются на возврат российских инвестиций

  
21843
Киев. Площадь Свободы
Киев. Площадь Свободы (Фото: Zuma/ТАСС)

В самом конце 2016 года в киевском «Hotel Inter Continental» прошел форум, организованный Международным центром балто-черноморских исследований. Формально, цель этого мероприятия — помочь Украине «укрепить свою государственность».

Но вопреки заявленной тематике, собравшихся «специалистов в сфере государственного строительства» — доктора физико-математических наук Станислава Шушкевича, кандидата сельскохозяйственных наук Арнольда Рюйтеля, доктора искусствоведения Витаутаса Ландсбергиса, врача-травматолога Валдиса Залтерса — больше всего волновали взаимоотношения с Россией. Традиционно раскритиковав Российскую Федерацию за «агрессивную политику», приезжие гости решили поддержать «инициативу» московского преподавателя «марксистско-ленинского» диалектического материализма: признали Россию «больной имперскостью» и решили ее «лечить». Спустя несколько дней участвовавший в форуме искусствовед озвучил один из способов этого «лечения». Он предложил «заставить» Москву выплатить Киеву компенсацию за «аннексию» Крыма, «агрессию» на Донбассе, а также «советскую оккупацию».

Причем в качестве образца посоветовал использовать принятый по его инициативе закон Литовской республики «О возмещении ущерба, причиненного оккупацией СССР». Согласно этому, принятому еще в 2000 году акту, правительство Литвы обязано подсчитать материальные «потери», нанесенные СССР, и предъявить их России, как правопродолжателю Советского Союза. Причем в «период оккупации» засчитаны и временной отрезок с 1941 по 1944 года, когда территория Литвы была занята немецко-фашистскими войсками, и промежуток с 1991 по 1993 года, когда Москва выводила войска с уже признанных ею прибалтийских республик. Подсчитали все. В сумму «ущерба» вошла уничтоженная советскими партизанами нацистская инфраструктура, «потери» от бомбардировок советской авиацией объектов гитлеровской армии и др. Произвольно определив «возможные темпы роста литовской экономики», в случае если бы страна осталась независимой, еще и рассчитали «размер упущенной выгоды». В результате сумма достигла гигантских размеров — 276 миллиардов долларов.

Предлагая Киеву «наследовать этот опыт», искусствовед сослался на, якобы, признание Москвой факта «аннексии». Действительно, в подписанном Борисом Ельциным договоре «Об основах межгосударственных отношений между РСФСР и Литовской республикой» от 29 июля 1991 года был такой пункт: «после устранения СССР нарушающих суверенитет Литвы последствий аннексии 1940 года, будут созданы дополнительные условия для взаимного доверия Высоких Договаривающихся Сторон и их народов». Из этого вильнюсский «специалист» сделал вывод о том, что и украинские юристы могли бы найти схожие зацепки в подписанных ранее с Москвой документах.

Правда, он не уточнил, что пункт об «аннексии» в договоре 1991 года в юридическом отношении является ничтожным. На момент подписания соглашения РСФСР была составной частью Советского Союза и Борис Ельцин явно вышел за рамки своих полномочий, подписав пункт об ответственности СССР за «аннексию» без согласования с союзным МИДом.

Еще более абсурдными обвинения в «оккупации» являются с точки зрения международного права. Правовое значение термина «аннексия» определяется Гаагской конвенцией 1907 года, Женевской конвенцией о защите гражданского населения во время войны 1949 года и резолюцией Генеральной Ассамблеи от 14 декабря 1974 года. Согласно этим актам, «аннексия» (захват чужой территории) — это исключительно результат агрессии, т.е. нападения вооруженных сил одной страны на другую. Но в 1940 году не было военного конфликта. Армиям прибалтийских стран была отдана команда не противодействовать вводу советских войск на свою территорию. Позднее они были включены в состав Красной армии как регулярные части. Главы литовского, латвийского и эстонского государств официально передали власть новым, избранным на всеобщих выборах органам власти, а те, в свою очередь, законно приняли решение о вхождении республик в состав СССР.

Называть «оккупационными администрациями», действовавшие в период пребывания в составе Союза властные структуры, также абсурдно. Иначе придется признать незаконными Верховные Советы, которые приняли декларации о «восстановлении» независимости стран Балтии.

Впрочем, в Вильнюсе, Риге и Таллинне прекрасно понимают нелепость ссылок на «военную агрессию». Поэтому параллельно обвиняют Советский Союз в «тоталитаризме» и «геноциде».

Последнее обвинение особенно абсурдно. Хорош тот «геноцид», во время которого население значительно увеличивается. Тем более, на фоне периода «демократии», во время которой происходит резкое падение численности жителей. 1947 год: в Латвии проживало 1,9 млн. человек, в Эстонии — 1,1 млн., в Литве — 2,6 млн. 1989 год: в Латвии уже 2,7 млн. жителей, в Эстонии — 1,6 млн., в Литве — 3,7 млн. 2016 год: в Латвии — 1,9 млн., в Эстонии — 1,3 млн., в Литве — 2,9 млн.

А можно ли говорить о «тоталитаризме» системы, при которой решения высших органов власти должны подтверждаться на местах? Но именно такое требование было прописано вст.68 и др. Конституции Литовской ССР 1978 года. Законы Советского Союза (за исключением вопросов обороны, внешней политики и некоторых других) вступали в силу на территории республики только после одобрения их литовским Верховным Советом. И это не было пустой нормой. В своих воспоминаниях о «тоталитарном» периоде искусствовед приводит факты, когда на заседаниях Верховного Совета Литовской ССР в самые «застойные годы» советской эпохи решения Москвы подвергались жесткой критике, а некоторые вообще блокировались.

Когда предъявляют претензии за «оккупацию», почему-то забывают, что органы власти «оккупированных» республик, критикуя Москву за «несправедливые» с их точки зрения решения (что само по себе, немыслимо в условиях «аннексии»), одобрительно относились к приоритетному перераспределению в их пользу союзных фондов. Точно также как не возникало протеста против создаваемого союзным центром в Литве, Латвии, Эстонии высокого уровня жизни. А он значительно превосходил другие республики СССР.

Один из самых главных символов благосостояния «советской» эпохи — наличие личного автомобиля. Согласно официальной статистике, в 1987 году в Советском Союзе на каждую тысячу городских жителей приходилось по 49 личных автомобилей. Такая картина соответствовала и РСФСР. При этом Прибалтика была в лидерах, в разы превосходя этот показатель: в Литовской ССР — 108; в Эстонской ССР — 107; в Латвийской ССР — 84; в Грузинской ССР — 84; в Армянской ССР — 59;в Украинской ССР — 57 личных автомобилей на 1000 жителей.

По сравнению с населением всей страны жители «оккупированной» Прибалтики больше потребляли и ценных высокобелковых продуктов питания. В 1986 году в среднем по СССР на каждого жителя страны приходилось по 64 кг мяса и 341 литр молока. В то же время в Эстонии этот показатель составлял 90 кг и 481 литр соответственно, в Литве — 85 кг и 438 л, в Латвии — 84 кг и 471 л. Приоритетное распределение фондов в пользу прибалтийских республик вело и к более высоким коэффициентам оплаты труда. До 1990 года Латвия лидировала из всех республик СССР по доле лиц, среднемесячный доход которых превышал 200 рублей.

Когда прибалтийские «специалисты» подсказывают украинцам способ взыскания с России многомиллиардной компенсации, они почему-то забывают, что в случае предъявления претензий «оккупантам», придется вернуть и все те блага, которые были получены в «тоталитарный» период. Поскольку их получали на добровольной основе, то с юридической точки зрения это «инвестиции». А «инвестиции», как известно, надо возвращать.

И если сегодня Москва может на законных основаниях потребовать возвращения всех капиталовложений в Прибалтику, то завтра еще и с Украины.

СМИ2
24СМИ
Lentainform
Последние новости
Цитата дня
Комментарии
Новости партнеров
Фото дня
СМИ2
24СМИ
Лентаинформ
Медиаметрикс
Рамблер/новости
НСН
Жэньминь Жибао
Финам
СП-ЮГ
СП-Поволжье
В эфире СП-ТВ
Фото
Цифры дня