Общество

ОМОНу дают заработать в обмен на разгон «несогласных»

Бойцы 2-го столичного батальона Отряда покаялись в охране воров в законе, рейдерстве и крышевании проституток

  
152

Бойцы 2-го батальона московского ОМОНа направили президенту Дмитрию Медведеву и в Генпрокуратуру письма с жалобами на злостные нарушения со стороны начальства и невыносимые условия труда. В нем они рассказывают, что за деньги охраняют воров в законе, участвуют в рейдерских захватах, «крышуют» проституток. Письмо подписали около десятка человек — прапорщики и старшие сержанты. Копии были направлены также в Департамент собственной безопасности (ДСБ) МВД, Генпрокуратуру, администрацию президента, начальнику ГУВД Москвы Владимиру Колокольцеву, командиру отряда генерал-майору Вячеславу Хаустову, начальнику МОБ ГУВД генералу Вячеславу Козлову. Однако ответа бойцы не дождались. Тогда о своих проблемах они решили сообщить журналистам журнала New Times.

Почему ОМОН решился вынести сор из избы, рассуждает председатель координационного совета независимого профсоюза сотрудников милиции Михаил Пашкин.

«СП»: — Михаил Петрович, что стоит за этой историей?

 — Месяц назад эти ребята были у меня. Именно я — с их согласия, разумеется — передал заявления бойцов командиру отряда генерал-майору Вячеславу Хаустову. Мы не хотели выносить сор из избы. Но ситуация не изменилась: как полковник милиции Сергей Евтиков был командиром 2-го батальона, так им и остался. Вот ребята и рассказали обо всем прессе. Я, кстати, направил их во все правоохранительные структуры, в том числе — в Департамент собственной безопасности (ДСБ) Москвы.

«СП»: — И это ничего не дало?

 — Как видите. Поэтому они и решили предать дело гласности.

«СП»: — Деятельность ОМОНа, о которой они рассказывают — это общепринятая практика?

 — Я, по крайней мере, им поверил. Тем более, что несколько лет назад в батальоне Евтикова был скандал. Командир взвода, капитан милиции Карпов поведал о подобных подработках в ДСБ. Он указал банк, где сотрудники батальона подрабатывали, сказал, сколько денег получали. Евтикова вызвали в ДСБ. Когда он оттуда вернулся, сказал: ну, все, теперь мне командиром батальона не бывать. Об этом и что за этим последовало мне рассказывал Карпов. Его вызвали в кабинет, где находились два зама Евтикова и два прапорщика, подчиненные Карпова. Карпова схватили за руки, избили, отобрали удостоверение, личный жетон, сломали диктофон. После чего выкинули из ОМОНа и сказали: пошел вон, ты больше здесь не работаешь.

Хорошо, Карпов был членом нашего профсоюза. Он зафиксировал побои у врача, пришел в профсоюз. Я позвонил тогдашнему командиру московского ОМОНа генералу Вячеславу Козлову: Вячеслав Алексеевич, что за дела? Он-то не знал об этом. Козлов прислал свою машину, парня довезли в больницу, потом домой, — он не мог ходить после всех этих дел. А потом перевели его в Гагаринское ОВД работать участковым. В ОМОНе ему, естественно, делать было больше нечего — когда его подчиненные избили.

«СП»: — Но такое только в одном батальоне. Или все командиры — немного Евтиковы?

 — В ОМОНе — один, потому что в других батальонах нормальная ситуация. Как я понимаю, у Евтикова какая-то большая крыша наверху, даже Хаустов, нынешний командир московского ОМОНа, не смог с ним ничего сделать — после этих заявлений, что написали ребята. А я думаю, Хаустов хотел избавиться от Евтикова.

«СП»: — Вы говорите, в других батальонах ситуация нормальная. А сколько, кстати, батальонов ОМОНа в Москве?

 — В ОМОНе пять батальонов, пятый — автотранспортный. Там командиры нормально относятся к людям. По крайней мере, в профсоюз они не жалуются — а профсоюз у нас есть во всех батальонах. Второй батальон — самый, как говорится, отстой.

«СП»: — То есть, другие батальоны не участвуют в рейдерских захватах, не охраняют воров, не крышуют проституток?

 — Может быть, участвуют, может, охраняют. Я не знаю. Но там командиры по-человечески относятся к людям, и люди молчат.

«СП»: — Почему, на ваш взгляд, не было предпринято никаких шагов со стороны милицейского руководства по разруливанию ситуации?

 — Это вопрос не ко мне, это к Колокольцеву. Я же говорю: ребята написали в заявлении, что у Евтикова — большая крыша. Что Евтиков когда-то сказал первому замминистра внутренних дел, генерал-полковнику милиции Михаилу Суходольскому, что выполнит любой его приказ. Видимо, такие и нужны, поэтому Евтикова и держат… ОМОН существует для «несогласных». И такие, как Евтиков, там и востребованы.

«СП»: — «Несогласными» занимается только 2-й батальон?

 — Ребята в заявлениях говорят — да, только второй. Я-то в ОМОНе не служил.

«СП»: — Ваш прогноз, как ситуация будет развиваться? Их всех поувольняют?

 — А они уже уволены. Поэтому и написали. Их уволили месяц назад, еще до написания писем. Мы считаем, их уволили незаконно, они сейчас пытаются восстанавливаться.

Другое мнение

Владимир Овчинский, генерал-майор милиции, советник председателя Конституционного Суда РФ:

 — Статистика Департамента внутренней безопасности показывает, что в прошлом году сотрудниками милиции совершено более 5 тысяч преступлений, две трети из них — коррупционные. Сотрудники совершили более 100 тысяч нарушений законности. Это выше, чем показатели 2008 года. Ситуация тяжелая, поэтому президент и проводит реформу. Я не думаю, что никто не реагирует на подобные заявления, наверное, идет оперативная проверка — это же быстро не делается.

«СП»: — Насколько эта ситуация типична для ОМОНа и милиции в целом?

 — Она не типична, хотя встречается в различных регионах. Но я бы не сказал, что это — устойчивая система. Тут все важно проверить. Если есть такие факты, вопиющие, и есть доказательства — конечно, будет реакция. Я не знаю, кто возьмет на себя смелость закрывать глаза на эти факты, особенно в нынешних условиях. Тут главное, чтобы не было сведения счетов между руководителями.

«СП»: — Насколько правильно эти ребята поступили, предав дело огласке?

 — Если они прошли все этапы, обращались ко всем руководителям, а их еще и уволили… Что там лежит внутри — неизвестно, надо знать подоплеку.

«СП»: — Милиция — совершенно закрытая структура. Правозащитники считают, для предотвращения подобных ситуаций надо вводить элементы общественного контроля. Это поможет?

 — А как общественность проверит факты?

«СП»: — Речь не идет о проверке. Скорее, о получении доступа к информации…

 — Общественность ничего не получит. Все это — романтика. Никогда общественность не будет проверять оперативно-служебную деятельность, и ее нарушения. Это полная ерунда. Есть граница действий гражданского общества, оно заканчивается там, где возникают вопросы оперативно-розыскной деятельности. Совершено преступление, проводится служебная проверка. Ну не может любой человек подключиться к этому. Для этого государство создает специальные службы, подразделения, которые работают на этом направлении.

«СП»: — Председатель независимого милицейского профсоюза Михаил Пашкин считает, что поскольку только 2-й батальон московского ОМОНа занимается разгоном «несогласных», ему за лояльность дают зарабатывать такими незаконными способами. Вы согласны с такой версией?

 — Пусть на его совести будут такие заявления. Я так не считаю.

Чем зарабатывает ОМОН

По словам милиционеров, ОМОН превратили в структуру по зарабатыванию денег. «На Рублевском шоссе наш батальон восемь коттеджей охраняет. На Арбате есть офис одного грузинского вора в законе, его тоже охраняем. Сейчас он бизнесмен, и ему нравится, что в 90-е его ОМОН с РУБОПом прессовали, а теперь охраняют. Два джипа с ОМОНом за ним катаются. Он с нашим полковником напрямую договаривался, за одного человека платит ему 12 тыс. рублей в день, из них бойцу достается 1500», — рассказали омоновцы.

«Газель» московского ОМОНа на рейдерский захват стоит 50 тыс. рублей: «Задача обычно простая: вламываемся, выбиваем дверь, всех людей из помещения убираем. После этого держим помещение, пока не пришел новый владелец. В районе Фили-Давыдково мы так однажды брали завод, дежурили у него с сентября по февраль, пока все имущественные вопросы не были урегулированы».

Также московский ОМОН собирает с проституток деньги и крышует их точки на площади у трех вокзалов, приводит издание New Times рассказ правоохранителей. «Иногда „субботники“ устраивают, чтобы девочки приехали на базу и офицеров в кабинетах развлекли. В Строгине все квартирные „точки“ проституток под московским ОМОНом», — рассказали омоновцы.

ОМОН берется и за сопровождение грузов. «Наши бойцы с фурами вплоть до Владивостока ездили. Когда Черкизовский рынок закрывали, обеспечивали транспортировку фур в тот самый ТЦ „Москва“. Вывезти фуру с товаром в сопровождении ОМОНа обходилось в 100 тыс. рублей. Никакого товара никто не уничтожал, никаких зачисток и задержаний мы не проводили», — сообщили бойцы.

«Чтобы прикрыть себя, начальство взяло с каждого рапорт: „Предупреждены о недопустимости заниматься коммерческой деятельностью“ — и заранее каждый новый боец пишет рапорт об увольнении без даты, они у полковника Евтикова в сейфе хранятся. Если что, человека увольняют задним числом, и начальство уже ни при чем», — уточнили бойцы.


P.S. Изложенные в СМИ факты, касающиеся деятельности столичного ОМОН, в том числе, о том, что бойцы получают разнарядку по количеству задержанных, будут тщательно проверены, заявил первый заместитель главы МВД РФ Михаил Суходольский «Интерфаксу». «Если в том или ином виде они подтвердятся, в чем я сильно сомневаюсь, то к лицам, допустившим нарушения, будут приняты самые жесткие меры», — сказал он в понедельник журналистам.

Комментарий ГУВД

После публикации разоблачений омоновцев, ситуацию прокомментировали в ГУВД Москвы.

Как сообщила «Правде.Ру» заместитель начальника Управления информации и общественных связей ГУВД по г. Москве Жанна Ожимина, омоновцы-«разоблачители» были давно уже уволены из правоохранительных органов по дискредитирующим их обстоятельствам.

«Прежде всего, хочу пояснить, кто персонально не доволен ситуацией в „элитном отряде особого назначения“. Бойцы ОМОНа, которые пришли в редакцию (The New Times — прим.) — Алексей Волнушкин, Андрей Стручков, Сергей Таран, — уволены 3 ноября 2009 года решением аттестационной комиссии по ч.7 п. „К“ ст. 19 „Закона о милиции“. Осенью 2009 года в отношении их возбужденно уголовное дело за грабеж. С тех пор они и развернули кампанию против сотрудников и руководства ОМОНа. Алексей Попов — уволен за грубое нарушение дисциплины — ч.7 п. „Л“ ст. 19 (за подделку больничных листов). Михаил Потехин никогда в ОМОНе не работал», — сказала она.

Старший лейтенант милиции Андрей Чекланов, якобы уволенный после конфликта на Черкизовском рынке, в сентябре 2009 года откомандирован в МВД КБР «по семейным обстоятельствам».

Новости СМИ2
Новости 24СМИ
Новости Лентаинформ
Последние новости
Цитаты
Вадим Трухачёв

Политолог

Сергей Удальцов

Российский политический деятель

Комментарии
Новости партнеров
Фоторепортаж дня
Новости СМИ2
Новости 24СМИ
Новости Лентаинформ
Новости Медиаметрикс
Рамблер/новости
Новости НСН
Новости Жэньминь Жибао
Новости Финам
СП-ЮГ
СП-Поволжье
В эфире СП-ТВ
Фото
Цифры дня