Общество / Кризис на Украине

«Больной, надо из вас бесов изгнать»

Записки из одесской больницы, навеянные «медицинской реформой» им. американки Ульяны Супрун

  
5660
«Больной, надо из вас бесов изгнать»
Фото: Валерий Бушухин/ТАСС

«Реформа», стартовавшая 1 января 2018 года, была разработана под руководством некоей Ульяны Супрун, родившейся в Детройте в 1963 году, штат Мичиган, США. Она переехала в 2013 году на Украину, несколько дней поучаствовала в Майдане и вскоре была назначена исполняющей обязанности министра здравоохранения Украины.

В украинском интернете врачи не пожалели времени и сил, чтобы разобраться, где и какое именно медицинское образование она получила в США, насколько оно там ценимо и престижно, как его можно сравнивать с «аборигенским». Выяснилось: высшее образование у неё действительно есть, но достаточно низкого уровня. Научной степени нет.

Многочисленные заявления Супрун по тем или иным медицинским проблемам сегодня с удовольствием цитируются украинскими медиками и журналистами в качестве хохм и анекдотов, их количество и содержание вообще ставит под вопрос её психическую адекватность. Если отбросить политкорректность, то можно сказать так: простушка, получившая в США посредственное образование и воспитание, волею судьбы стала и. о. министра целой страны.

Что делают бесплатно

Каков министр, такова и «реформа». Перед Супрун была поставлена одна важная задача: с целью увеличения финансирования Вооружённых сил Украины, воюющих в Донбассе, резко сократить все расходы, в том числе на здравоохранение. В соответствии с «реформой», бесплатно неотложная помощь предоставляться теперь в следующих случаях:

— поражение электрическим током;

— ожоги;

— обморожение выше II степени

— кровотечение из сосудов;

— отравление;

— инсульты;

— инфаркты;

— отек легких;

— острая почечная недостаточность.

В рамках первичной медицинской помощи пациенты, в теории, могут бесплатно сдать такие анализы: общий анализ крови с лейкоцитарной формулой; глюкоза крови; общий холестерин; анализы мочи; электрокардиограмма (ЭКГ) в состоянии покоя; микроскопия мокроты; быстрые тесты на ВИЧ, вирусный гепатит, сифилис.

Якобы бесплатны услуги узкоспециализированных врачей, но только в тех случаях, когда пациент получил направление от семейного врача. В противном случае будете платить по тарифу, определенному государством.

Доктор, помогите, Христа ради

Таково законодательство. На практике, лаборатория анализа крови в нашей районной поликлинике в Одессе, финансирования почти не получает. Но им нужны средства на реактивы. Естественно, гроши собирают с пациентов вопреки закону: а как иначе работать? Хотя если какая-нибудь старушка долго и горько будет плакаться, ей могут сделать анализ крови и бесплатно. Из сострадания, так сказать.

В рамках так называемой приписной кампании, каждый гражданин Украины должен найти себе семейного врача или терапевта, и подписать с ним соглашение. На деле всё осталось, как было, система участковых врачей, только бумажек прибавилось.

Тем более что подавляющее большинство населения не в состоянии понять испещренный бюрократическими терминами текст соглашения на украинском языке. Как, впрочем, и инструкции по применению лекарств.

Та же ситуация и с операциями: теперь пациент должен подписаться в двух или трех местах договор, что он, мол, согласен на операцию. Прочесть и понять текст простому человеку невозможно, он просто ставит подписи в месте, которое ему отметили галочками.

Постоянно публикуется правительственная пропаганда о каких-то бесплатных лекарствах для определённых категорий больных, если местные власти выделяют финансирование, разумеется. Некоторые, особо настырные, эти лекарства иногда действительно получают, сумев пробиться через гору бюрократических формальностей.

Чехарда в украинском здравоохранении воцарилась неописуемая. Реальная ситуация зависит от местных властей и их возможности финансировать те или иные нужды медицины, например, отопление поликлиник и больниц. Одесса в этом отношении в относительно хорошем положении, в то время как область всё более и более погружается в настоящее средневековье с бабками-ворожихами.

Лечиться сложно, но можно

Можно ли говорить о полном крахе украинской системы здравоохранения и всеобщей деградации по сравнению с советскими временами?

Не совсем, реальность полна нюансов.

Сегодня одесская система здравоохранения насыщена импортной диагностической техникой. Частично она была закуплена Тимошенко в «тучные годы», до кризиса 2008 года. Одесский военный госпиталь был оснащён по линии Министерства обороны. Частные фирмы завезли и широко эксплуатируют на коммерческой основе томографы и другое сложное оборудование. И скажем прямо: диагностика на Украине ушла далеко вперёд по сравнению с советскими временами.

Неправильно будет говорить, что абсолютно все платные медицинские услуги недоступны для рядового одессита. Так, в Одессе можно поставить в частной клинике очень качественную и не выпадающую зубную пломбу по совершенно неведомой во времена СССР фотополимерной технике за 700 — 1300 российских рублей (здесь и в дальнейшем цены приведены в рублях — авт.) и нельзя сказать, что это уж совсем так неподъёмно для простого одессита.

Кошмар начинается тогда, когда вам поставили диагноз — «нужна операция».

Если бедный — сразу в гроб

Ситуация выглядит так: нахождение в государственных больницах бесплатно, сама операция тоже. Какие-то исследования на оборудовании, принадлежащей больнице, например, снятие кардиограммы, условно бесплатные: убедительно просят внести «благотворительный взнос», но если поплакаться, что денег нет, то могут сделать и даром. Но за все лекарства и одноразовые хирургические инструменты платит пациент.

Чтобы уверенно ложиться на операцию, нужны две вещи.

Во-первых, деньги, с некоторым запасом — около двух тысяч долларов (сорок минимальных месячных пенсий). Но если повезёт и на всем экономить, то можно уложиться и в половину этой суммы. При осложнениях, правда, может не хватить.

Во-вторых, родственники или друзья, которые могут срочно принести нужные суммы, особенно после операции, когда пациент находится в беспомощном состоянии, а также питание.

Потому лучше всего иметь заначку в долларах на чёрный день. Пойдут и золотые вещи: дедовские часы, доставшиеся по наследству, кольца, обручальные или с бриллиантом, массивные золотые сережки или сохранившиеся каким-то чудом с дореволюционных времён золотые червонцы.

Если занимались частным извозом, можно попробовать очень срочно, хотя и с большой скидкой, продать свою кормилицу — машину или микроавтобус. Хуже всего с недвижимостью — в условиях нынешнего экономического краха, быстро продать гараж или дачу нереально, ну разве что за бесценок.

Мне рассказывали, кто какая-то старушка легла на операцию в одесский онкологический диспансер. Пробыла она там только день: узнав стоимость процедур и лекарств, утром следующего дня она собрала вещи и уехала умирать домой.

Всякий, кто побывал в госпитале, может сказать: сегодня там оперируются только относительно благополучные слои населения. Одиноким старушкам, живущим на пенсию, хроническим безработным или жителям из села, райцентров места там нет.

Говорят, существуют какие-то «компенсации» от щедрот местных органов власти: ты приходишь после операции, приносить кучу справок, счета из аптек, и неповоротливая бюрократическая машина должна тебе что-то выдать, по крайней мере, частично. Я даже пробовать не пытался.

Больница

Обычно она построена во времена СССР, и выглядят достаточно пристойно. Нормально топят. Стандартные палаты на четырёх человек, хотя за деньги могут дать и одноместную, коммерческую, с телевизором. Кормят, в основном кашами и постным супом, зачастую у больничных кухонь нет денег даже на чай и хлеб, если хочешь выжить — нормальную еду должны приносить родственники. Иногда предупреждают: приходите со своим постельным бельём, у нас его нет.

Исключение — Одесский военный госпиталь, куда на коммерческой основе принимают и штатских, их там сегодня большинство. Там всё как при СССР — и условия, и бельё. И даже полноценное мясное питание, хотя ещё недавно в столовых висели надписи: мясо — только участникам «АТО» (военным, воюющим на Донбассе). Для действующих военных и военных пенсионеров пребывание там, процедуры и лекарства бесплатные, за исключением специфических, например, им нужно заплатить за искусственный хрусталик глаза, при его замене, зубные имплантаты или особые медикаменты, не поставляемые в централизованном порядке. Для штатских — все платное, но цены средние по Одессе.

Вся Одесса сегодня обросла множеством аптек конкурирующих «аптечных сетей». Они на каждом углу и особенно их много в больницах. С арендной платы этих точек оперативно производится ремонт медицинского оборудования, деньги также идут на хозяйственные нужды.

Везде в больницах висят иконы или другие объекты культа, во многих открыли церкви, перед операцией прямо в палату можно за некоторую плату пригласить священника.

Легли на предоперационное обследование

Всё как положено: терапевт, кардиограмма, анализ крови. За последний — две тысячи рублей. Это дорого по одесским нормам, но если после операции начались осложнения и требуются повторные анализы, дополнительной оплаты не требуют.

Могут выявиться неожиданности: например гепатит С, эпидемия которого сегодня свирепствует на Украине. Тогда врач проводит с пациентом профилактическую беседу:

— Оперировать вас будем, мы одеваем специальные перчатки, чтобы не заразиться. Но потом вам надо будет обязательно от него вылечиться. Лечение долгое и дорогое, оно вам обойдётся (если в рублях) в 140 тысяч (порядка сорока минимальных пенсий).

Затем пациенту дают телефон и адрес станции переливания крови, теплоизолирующий контейнер для переноски крови. Сами, всё сами: «спасение утопающих — дело рук самих утопающих». Количество требуемой крови и, соответственно, её стоимость, зависит от возраста пациента, его состояния и тяжести планируемой операции. По минимуму это четыре тысячи рублей (приблизительно месячная минимальная пенсия), но сумма может оказаться и в три-четыре раза выше.

Как платят за операцию

Непосредственно перед ней пациенту дают два списка и адрес рекомендованной аптеки на территории госпиталя, где он всё сам должен приобрести, с объяснениями:

— Мы все наши аптеки знаем, стараемся выбрать, где дешевле — стоимость может отличаться до двух раз. Хотя это не всегда самое уж дешёвое, но мы какой-то аптеке можем не доверять, потому, что её поставщик — сомнительный. Так что мы выбрали оптимальный для вас вариант.

Стоимость списка для анестезии — порядка 10 тысяч рублей, с небольшими вариациями, а хирургического — немного больше. Кроме того, порядка восьми тысяч рублей в день вам обойдётся нахождение после операции в палате интенсивной терапии (реанимации), обычно это два дня, но возможны варианты.

Аптеки берут оплату и в долларах по курсу. Пациентам, у которых на лицах написан хороший кредитный рейтинг, могут дать и в долг на день или два — пока родственники не подвезут деньги.

Иногда предлагают варианты:

— Есть одноразовые сшивочные аппараты для кишки, они стоят 500 долларов. Шьют быстро, с малой потерей крови, убедительно рекомендуем. Но мы можем зашивать и по старинке, вручную. Что вы выбираете?

Ещё в 2015 году на Украине шла кампания против врачей, которые «берут», кого-то даже посадили, но сегодня всё радикально изменилось. Хотя государство пока ещё выделяет какую-то зарплату медперсоналу, но она ничтожна, в том числе для оперирующих хирургов, поэтому сегодня «берут» все:

— Мы не настаиваем, вы можете ничего не давать, но если у вас есть такая возможность…

— Сколько надо, чтобы все остались довольны?

— Шестьсот долларов на всю команду, включая оперирующего хирурга, его ассистентов и анестезиолога.

В целом, сегодня хирургическая операция на Украине должна быть заранее тщательно спланирована пациентом как настоящая военная операция. Иначе будут большие проблемы.

После операции

Ещё в советское время я слышал разговоры врачей, побывавших «там», о разнице в работе хирургов на Западе и в СССР.

Там конкуренция, врач ищет пациента, а когда, наконец, находит, оперирует, что ему компенсируется страховкой. У нас хирурги перегружены, и они делают, зачастую, по несколько операций в день, и из-за этого у них практики многократно больше. Вследствие этого, они умеют оперировать лучше своих западных коллег.

В этом смысле ничего на Украине не изменилось и сегодня — хирурги в ещё как бы государственных клиниках оперируют много, вместо того, чтобы маркетинговыми методами «бороться за каждого пациента», как в частных клиниках. Компенсируя свои ничтожные государственные заплаты «благодарностями» более-менее состоятельных пациентов. Кроме того, в Одессе каждая больница специализирована на определённых операциях, и это плюс — в Европе они более широкого профиля.

Сегодня у нас используется самое современное оборудование и доступны любые импортные лекарства. Таким образом, в Одессе операции могут проводиться даже не на «европейском уровне», но и выше его — если у пациента, разумеется, есть деньги. И это несмотря на зачастую обшарпанные стены больниц и поликлиник, отвратительное питание и массу побочных проблем.

Реанимация

Сразу после операции, как это и положено, пациент попадает в отделение интенсивной терапии, называемой попросту реанимацией, где за ним ведут круглосуточный контроль. Минимальное время нахождение там — сутки для тех, кто хорошо перенёс операцию. Для некоторых этот срок может растянуться и на несколько дней.

Разговор с врачом-рениматологом перед операцией:

— Вы в хорошем состоянии, думаю, можно будет ограничиться одним днём, вот вам список лекарств, восемь тысяч рублей оплатите. Дорого, но это из-за очень хорошего антибиотика, который мы будем применять. Мне «благодарности» не надо, а вот сёстрам и нянечкам, которые будут за вами ухаживать, весьма желательно. Три тысячи рублей на всех будет в самый раз. Дадите уже после того, как вас переведут в общую палату, когда вполне придёте в себя.

Разговор в реанимации с уже пришедшим в сознание пациентом:

— У вас предварительно оплачено за сутки, но мы вас держим уже вторые — состояние не позволило перевести в общую палату. Медикаменты необходимые используем. Нужно, чтобы кто-то сегодня к вам пришёл и принёс деньги. Вот вам мой мобильный телефон — позвоните вашим родственникам. Не помните на память номер телефона? Ну, так что же теперь нам делать?

Общая палата

Пациента снова переводят в его отделение, сестры и нянечки знают своё дело, тут проблем нет, система работы с лежачими больными функционирует чётко.

Питание ужасное — Киев отстранился от финансирования больниц. Кормят кашами, это выходит дешевле даже хлеба. На обед суп, обычно постный и хлеб. На завтрак и на ужин хлеба нет. Изредка бывает чай — но заварка дорого стоит. Очень изредка кефир, случается маленький кусочек курицы из «ножек Буша» к каше и даже, о праздник души, творожные сырники. Спасают родственники, приносящие выздоравливающим нормальное питание. Есть холодильник. Можно попросить кипятка для своей чайной заварки.

Если выздоравливающему выписали дополнительные лекарства, можно попросить нянечку сходить в аптеку, это входит в их обязанности. Мзду они не требуют, но если потом оставить им со сдачи 20−40 рублей, то они возражать не станут. То же, если понадобиться кефир или что-то из съестного.

На территории больниц, кроме аптек, обосновались и платящие аренду магазинчики — печенье, колбасы, сыр, творог, там же можно выпить чая или кофе. Есть и буфет, где ходячие пациенты могут полноценно вкусно питаться вместо убогой больничной еды.

Перед входом в больницу торговля тоже идёт полным ходом — аптеки и магазины, не платящие дань аренды в пользу больницы, обслуживают приходящих туда родственников. Некоторые торговцы приезжают к входу на машинах, привозя всякую кондитерскую снедь сомнительного происхождения.

Ловцы душ

По субботам и воскресеньям, ближе к вечеру, когда остаются только дежурные сёстры и нянечки, приходят сектанты. Обычно пропагандисты — здоровые, но туповатые с виду хлопцы 30−40 лет. Иногда они идут волнами, один за одним — из различных конкурирующих «церквей». Цель их прозрачна: «чтобы ни одна душа из этой больницы не унеслась к Господу, минуя нас». Наглейшим образом врываются в палаты, в том числе в те, где лежат только что прооперированные больные в тяжёлом состоянии и в помрачённом сознании. Навязывают какие-то брошюры, листки, Новый завет, ведут навязчивые разговоры. Со стороны это выглядит, как нашествие стаи гиен.

Разговор в палате:

— Снова сектант? Пошёл вон из нашей палаты!

— А я не к вам, я к вашему соседу!

— Его только привезли из реанимации, он в тяжёлом состоянии, и спит. Ему нужен покой! Пошёл вон отсюда, тварь, не тревожь его!

— Это бесы вас мутят, бесы! Надо изгнать из вас бесов!..

Оперироваться на Украине пока ещё можно, имея деньги, родственников, связи и умея ориентироваться в нашем хаосе. А если нет? Предполагаю, что приблизительно для трети населения Украины медицины более не существует, и лечь на операцию для них нереально. Для них наша «медицинская реформа» уготовила одну дорогу — в могилу.

Одесса


Новости Украины: Порошенко подписал указ о выплате стипендий задержанным в РФ украинцам

Кризис на Украине: Украина жалуется: Русские не пускают «заробитчан» к себе

Новости СМИ2
Новости 24СМИ
Новости Лентаинформ
Последние новости
Цитаты
Юрий Болдырев

Государственный и политический деятель, экономист, публицист

Комментарии
Новости партнеров
В эфире СП-ТВ
Новости 24СМИ
Новости Лентаинформ
Опрос
Чего вы ожидаете в 2019 году?
Новости Финам
Рамблер/новости
Новости НСН
Новости Жэньминь Жибао
Новости Медиаметрикс
В эфире СП-ТВ
Фото
Цифры дня