18+
среда, 7 декабря
Общество

Как тюлени Архангельск спасли

Теперь им поставили памятник на набережной Северной Двины

  
1122

В Архангельске на набережной Северной Двины ко дню Победы открыт памятник «Тюленю-спасителю». Инициаторы его создания — общественная организация «Дети, опаленные войной». Десять лет назад эту организацию создали муж и жена Лебедевы — Слава Николаевич и Галина Кузьминична — бывший старший механик Северного морского пароходства и учитель русского языка и литературы. Своей первой задачей уже тогда они считали создание этого памятника.

— Наш северный поэт Владимир Жилкин очень давно, еще в 1946 году написал стихи, в которых есть такие слова: «Поставим памятник тюленю на берегу Двины», — рассказала корреспонденту «СП» Галина Лебедева, — потому что тюлень помог выжить архангелогородцам в ту войну. И не только им. Рыбий жир отправляли в блокадный Ленинград.

«СП»: — Тяжело было выжить в ту пору Архангельске?

— Очень тяжело, наши условия мало чем отличались от ленинградских. Я живу здесь с рождения и хорошо помню те годы. От голода и болезней умер каждый пятый. Хоронили без гробов, кто где умер, в очереди ли за хлебом, дома ли… За 1941−1944 годы в городе умерло 38 тысяч жителей. Из них половина пришлась на голодный и цинготный 1942-й. Перевозя тысячи тонн продовольствия, направленные на фронт ленд-лизовские грузы, Архангельск-то сам при этом голодал. Норма выдачи хлеба не превышала минимальную норму в блокадном Ленинграде — 125 граммов. Летом 1942 года большая группа архангельских старшеклассников отправилась на Новую Землю. Там, на островных скалах, они заготовляли яйца и тушки кайры для голодавшего Архангельска. Взрослые добывали тюленя. Весной 1943 года добытые в промысловых экспедициях мясо и сало тюленя сразу же направлялись голодающим жителям Архангельска, Молотовска и в другие населенные пункты области. Они нас и спасли. Помню, как мама достала противень с куском запеченного черного тюленьего мяса. А вокруг плавал жир. Пахло все это довольно противно. Но мама посмотрела на меня так, что я все поняла. Жить-то надо! И мы это ели.

«СП»: — Выходит, это памятник еде?

— А вы знаете, что многие города мира отдали должное братьям нашим меньшим? Например, в центре Лондона есть бронзовый монумент с надписью: «Посвящается всем животным, которые служили и погибли в рядах британских и союзных сил. У них не было другого выбора». Британцы отдали должное даже… светлячкам, при свете которых солдаты в окопах читали карты. Много и других примеров… И мы отдаем должное своему спасителю от голодной смерти, защитнику Отечества — Тюленю!

Мы считаем, что установка памятника Тюленю на набережной Северной Двины приблизит нас к тому дню, когда Архангельску присвоено звание города воинской славы.

«СП»: — Вы со Славой Николаевичем и с другими «детьми, опаленными войной» часто рассказываете об этом на встречах с молодежью. Не тяжело? Все-таки и возраст уже солидный, и тема не самая легкая.

— Нелегко рассказывать об этом, конечно. Но зато как слушают дети, как загораются их глаза! Мы провели 600 патриотических бесед и уроков мужества в библиотеках, школах детских домах, в исправительных детских учреждениях, да где только мы не были. Для нас это главное — чтобы как можно больше нынешних детей знали о тех детях, детях войны. Как помните, писал когда-то Роберт Рождественский, «и пусть мы маленькие были очень, мы тоже победили в той войне».

«СП»: — «Дети, опаленные войной» — это еще и книга.

— Уже вышло два ее издания. Вот книгу издать действительно было непросто. Во-первых, сложно уговорить людей написать или рассказать о своем военном детстве. Скажут несколько слов и все. Не каждый хочет это вспоминать, ворошить былое. Но в книге у нас уже 170 авторов, написавших свои воспоминания. Наша организация объединяет тех, кто сам не участвовал в боевых операциях по причине малолетнего возраста, но помнит войну, пережил тяготы и лишения военных лет у линии фронта, в блокаде, в тылу. Это поколение, у которого не было детства, в шесть-десять лет ребята становились взрослыми, помогали матерям, проводившим мужей на фронт. Стояли на ящиках у

токарных станков, собирали колоски на полях, птичьи яйца на Новой Земле, помогали раненым в госпиталях, работали в колхозах.

«СП»: — Слава Николаевич говорил, что собирался продать свою машину, чтобы издать эту книгу.

— Не только машину, мы и свои «гробовые» деньги отдали за нее. Когда в 2005 году вышло первое издание книги «Дети, опаленные войной» в количестве 1 тысячи экземпляров, с нас, естественно, потребовали оплатить работу издательства. Власти нам не пошли навстречу. Но сами по сами по себе люди, и те же работники горсовета, мэрии, областной администрации сдавали свои деньги на книгу. Первые 10 тысяч дал Петр Петрович Орлов, он сотрудник областной администрации. Потом многие давали. И мы своих отдали 42 тысячи рублей. А председатель горсовета Дмитрий Анатольевич Юрков отдал свою зарплату — 60 тысяч рублей.

«СП»: — Кто читает эту книгу?

— Она полностью разошлась и второе издание тиражом в 2 тысячи экземпляров — тоже. Мы отдаем их в библиотеки, много дарили, эти книги уже разошлись по всему свету, даже в Америке есть. В книге собраны воспоминания, которые раскрывают войну с совершено неофициальной точки зрения, это война глазами детей. Здесь и воспоминания детей из Белоруссии, куда война пришла первой, из блокадного Ленинграда, из Пскова, Новгорода, Коми, Брянска. О нашей книге узнал норвежец Роалд Йоргансон и написал для нее свои воспоминания. Норвежцы ведь были под оккупацией, и норвежские дети, наши ровесники помогали нашим военнопленным выживать, подкармливали их. Кстати, Роалд только что приезжал к нам на десятилетие нашей организации и открытие памятника, мы с ним пять дней провели в Архангельске, он везде с нами выступал, рассказывал о войне, встречался с нашей молодежью. А другой норвежец — Эриксон написал поэму «Дети и война», мы ее перевели и поместили в нашу книгу.

«СП»: — Галина Кузьминична, у вас ведь в книге и немец есть?

— Да, Ридерман узнал о том, что мы готовим книгу детских воспоминаний о войне и спросил через одну нашу знакомую: «Можно я тоже напишу?» Это страшные воспоминания. Они жили в небольшом городе недалеко от Рура, и авиация союзников стерла их город с лица земли. Отец его погиб от бомбежек. Хотя так получилось, что у него в семье никто не воевал.

«СП»: — Вчера Путин на встрече с ветеранами опять обсуждал учебник истории. Говорил, что непонятно, по каким учебникам учатся дети, почему они так мало знают о той войне. Может быть, ваша книга могла бы быть таким пособием?

— Наша книга не учебник. Но в качестве учебного пособия она вполне годится. Это совершенно неофициальный, очень правдивый, пронзительный взгляд на те страшные годы глазами детей. Знаете, ведь дети войны уходят из жизни быстрее ветеранов. Они уходят каждый день. Вот те, кто родился, допустим, в 1928 году, — живы, молодцы, активные. А мы-то, дети, родившиеся перед войной, что ели? Белый мох, перемешанный с мукой. Да что мох! Мыши, крысы, кошки, все бы, что летало и ползало, все было съедено.

«СП»: — Как архангелогородцы восприняли новый памятник? Как они отнеслись к тюленю-спасителю?

— Отлично! Многие же и сдавали деньги на его строительство. Мы очень благодарны автору памятника скульптору и архитектору Игорю Борисович Скрипкину. Он совершенно точно выразил то, что мы хотели в этом памятнике видеть. Сейчас весь тюлень завален цветами. Мы со Славой Николаевичем живем тут недалеко и видим всю картину из окна. Дети несут сюда цветы, конфеты, свои игрушки. Очень тепло относятся. Хотя при открытии памятника была ужасная погода. Но вы знаете, что мне рассказали наши рыбаки и вертолетчики, которые работают в Белом море? Тюлени даже в такую погоду не сходили со льдин и ждали открытия памятника! На самом деле! Пять тюленей сидели на льдинах, на которых они иногда заплывают в Двину, смотрели в нашу сторону, когда мы открывали памятник. А потом уплыли в сторону Новой земли, земли Франца-Иосифа. Мне звонили, рассказывали очевидцы прямо с вертолета.

«СП»: — Галина Кузьминична, а почему вашего мужа зовут Слава? Это же неполное имя…

— Потому что его отец служил в Испании, и когда у него в 1938 году родился сын, а дело было в Узбекистане, он назвал его испанским именем Славу. Но узбек, который записывал его имя в метрику, не понял, и записал Слава. Так он и стал Славой Николаевичем.

Популярное в сети
Цитаты
Сергей Ермаков

Заместитель директора Таврического информационно-аналитического центра РИСИ

Комментарии
Новости партнеров
Фото дня
СМИ2
24СМИ
Новости
Жэньминь Жибао
Медиаметрикс
Финам
НСН
СП-ЮГ
СП-Поволжье
Цитата дня
В эфире СП-ТВ
Фото
Цифры дня