18+
понедельник, 5 декабря
Общество

За месяц в России сгорел третий кремль

Пожар из кремлей Пскова и Казани перекинулся в Дмитров

  
75

В воскресенье, 15 мая в подмосковном Дмитрове произошел пожар: сгорели Никольские ворота Дмитровского кремля. Это своеобразная имитация древнерусских крепостных ворот, установленная в Дмитрове к 850-летнему юбилею города в 2004 году. Пожар произошел днем, за ним наблюдали туристы и гуляющие дмитровцы.

В городском подразделении пожарной охраны «СП» рассказали, что пожар был потушен «в штатном режиме». О вероятных причинах пожара огнеборцы пока не распространяются: по словам заместителя начальника 35 пожарного отряда Алексея Ефимова, расследование ведет дмитровское отделение пожарного надзора, и следственные действия пока далеки от завершения.

Напомним, что ворота Дмитровского кремля уже горели три года назад, в 2007 году. На восстановление после пожара ушло несколько месяцев. В Дмитровском музее-заповеднике, к которому относятся и эти ворота, корреспонденту «СП» затруднились прогнозировать сроки восстановления ворот на этот раз, но заверили, что объект будет воссоздан.

Это не первый пожар на культурных и туристических объектах России в этом году. Так, лишь за последний месяц произошли еще три заметных пожара: выгорели шатры Псковского кремля, сгорел музей «Дороги жизни» в Кобоне Ленинградской области, а в Казани на территории местного кремля сгорела деревянная часовня.

«Это вряд ли связано между собой, разве что мистически, — сказал в разговоре с корреспондентом „СП“ координатор движения „Архнадзор“ Александр Можаев. — Но, конечно, с деревянным зодчеством, то есть с его сохранностью, у нас в стране полный капут. Да и не только с этим».

Если после пожара в Пскове поговаривали о поджоге — в одной из башен располагался ресторан, по поводу которого могли спорить «хозяйствующие субъекты» — то в Дмитрове речь, скорее всего, не идет о рейдерстве. «Дмитров вообще уже такой пропащий для старины город, весь отутюженный и выхолощенный», — отметил Можаев. Никольские ворота — одна из визитных карточек городской администрации, уничтожать их вряд ли интересно кому-то из влиятельных в городе людей и команд.

Между тем, памятники в России действительно стали гореть подозрительно часто. Даже не говоря о Москве, где пожары в памятниках архитектуры, в том числе недавно выявленных, часто служат поводом для снятия зданий с охраны, по всей России горят исторически ценные дома и церкви. О том, что же происходит в России со стариной и как с этим бороться, корреспондент «СП» расспросил Андрея Чекмарева, историка архитектуры, члена правления Общества изучения русской усадьбы:

«СП»: — Являются ли, по-вашему, недавние пожары памятников признаками какой-то глобальной катастрофы российского исторического наследия?

— Честно говоря, я не прослеживаю какой-то тенденции в последних пожарах, не вижу катастрофического обвала именно в последние два года. Давно уже этот процесс идет. Памятники потихоньку разрушаются, горят один за одним.

«СП»: — Как вы считаете, что следовало бы сделать, чтобы остановить этот процесс?

— Прежде всего, конечно, должна быть четкая государственная политика на этот счет. Дело не столько в деньгах, сколько в обозначении позиции государства. В частности — нужны жесткие и серьезные санкции против тех, кто разрушает или не обращает внимания на разрушение вверенных им памятников архитектуры.

Пока что я не знаю случая, чтобы за это сколько-нибудь серьезно наказывали. Понятно, что и для физических лиц, и для компаний те суммы штрафа, которые иногда присуждаются — смехотворны. А раз нет санкций — значит, в глазах людей плохое обращение с памятниками не рассматривается как серьезное нарушение. Подумаешь, какой-то дом-развалюху спалить или церковь заброшенную.

Пока государство всерьез не осознает, что это именно его роль — быть главным хранителем национального наследия для будущих поколений — ситуация не исправится.

«СП»: — Можно ли как-то технически защитить деревянное зодчество от пожара?

— Технологии пропитки и т. п. давно известны и применяются — в частности, в музеях деревянного зодчества. Но, увы, полноценно защитить деревянное строение от огня невозможно. Если пожар займется — церковь или дом сгорит.

«СП»: — Но ведь большинство сгоревших объектов восстанавливают почти «один к одному». И все-таки они считаются новоделами?

— Конечно, даже если восстановили по бревнышку, точь-в-точь как было — это будет новодел. Вот две подмосковные литературные усадьбы: Мураново и Шахматово. Первая из них недавно сильно выгорела, но основа сруба сохранилась, вторая была с нуля восстановлена через десятилетия после полного уничтожения. Конечно же, научный статус и ценность этих усадеб разная, хотя обе соответствуют своему изначальному облику.

Шатры Псковского кремля — тоже реплика, конечно, но очень качественная: их делали в 1960-е годы по строгим правилам советской реставрационной школы.

А вот что касается ворот Дмитровского кремля, то их я бы не назвал даже репликой: это своеобразная фантазия на тему древнерусских крепостных ворот, построенная как туристический аттракцион. Так что после восстановления они в статусе не потеряют.

«СП»: — Что из подлинных объектов еще утрачено в последние годы?

— Уже давно, лет 8 назад, в Костроме на территории кремля сгорела церковь, перевезенная туда из села Спас-Вежи. Шли слухи, что этот пожар как-то был связан с тем, что территорию Ферапонтова монастыря передали церкви, но это, конечно, недоказуемо. После этого из наиболее заметных утрат можно вспомнить храм в деревне Мурмино Рязанской области. В целом, каждый год мы недосчитываемся каких-то памятников.

Фото: Сергей Островский serni.livejournal.com

Популярное в сети
Цитаты
Леонид Исаев

Заместитель руководителя лаборатории ВШЭ, востоковед

Комментарии
Новости партнеров
Фото дня
СМИ2
24СМИ
Новости
Жэньминь Жибао
Медиаметрикс
Финам
НСН
СП-ЮГ
СП-Поволжье
Цитата дня
В эфире СП-ТВ
Фото
Цифры дня