18+
суббота, 23 сентября
Общество

Пожары превратили экосистемы Центральной России в пустыню

На их восстановление потребуется минимум 30−40 лет

  
27

На фоне сотен тысяч гектаров горящего леса, десятков пострадавших от огня населенных пунктов и множества погибших и раненых — практически незаметна другая беда, приближающаяся к России — может быть, беда не менее грозная. Речь о гибели всех и всяческих экосистем на громадных площадях, пожранных небывалым за последнее столетие огнем. О растениях и животных всех видов, в том числе занесенных в Красную книгу, которые безвозвратно гибнут в пламени и, возможно, уже никогда не возродятся в том виде, в каком мы знали их еще недавно.

Когда огонь подбирался к окраинам Воронежа, на городские улицы, по словам очевидцев, высыпали животные, которых в «мирное время» уже давно никто не видел рядом с цивилизацией. Обычно осторожные лисицы, волки, кабаны; один из завсегдатаев воронежского городского форума утверждает, что видел даже исчезнувшего в этих местах уже столетие назад благородного оленя.

Еще более внушительный список — у жителей более северной лесной зоны; так, в деревнях Выксунского района Нижегородской области видели полуобгоревших, спасающихся от пожара лосей, косуль, медвежат. Тысячами снимаются с гнездовий птицы и пытаются улететь от палящего огня: чаще всего, безуспешно…

«Если крупные копытные еще могут уцелеть во время лесного пожара, то более мелкие животные гибнут сразу — от удушья или сгорая заживо, — поясняет „СП“ Евгениий Ильинский, президент Центра правовой зоозащиты . —  Когда по лесу проходит огонь, уничтожается не просто экологическая система: убивается просто все, что можно и что нельзя; после пожара на месте леса на многие годы остается пустыня. Это не то вымирание, с которым обычно борются экологи — медленное, постепенное — это кровавая гекатомба». Это подтверждают и очевидцы, бывавшие в лесах сразу после пожаров: одно из самых ярких их впечатлений — мертвая тишина, не нарушаемая ни птицами, ни шумом травы.

По словам Ильинского, от пожара спастись не удается даже тем, кто сумел обогнать пожар и вышел к людям. Такие животные, по данным зоозащитника, становятся легкой добычей людей, вышедших бороться с огнем. «Понимаете, если на людей выскакивают очумевшие от паники зайцы, лисы, лоси — соблазн слишком велик», — говорит эколог.

Но даже если таких случаев на деле немного — вряд ли поглощенные борьбой с огнем люди в полную силу наслаждаются охотой — в пожарах в любом случае гибнут десятки и сотни уникальных биоценозов — уголков природной гармонии, где функционировали извечные пищевые цепочки, где растения и животные были все на своем месте. Уже сейчас известно, что огонь повредил или угрожает повредить множество заповедников и заказников Центральной России.

Горит Окский заповедник, пожары подошли вплотную к знаменитой Галичьей горе под Липецком, под угрозой еще множество заказников, в том числе «Журавлиная родина» под Талдомом. «Основная причина этому, — полагает Евгений Ильинский, — в том, что, если защита людей и их имущества от пожаров у нас хоть как-то законодательно прописана, то животный и растительный мир, наши экосистемы — не защищает практически никто.

Когда-то — и вполне еще недавно, до введения в действие Лесного кодекса — уходом за лесом, наблюдением за его экосистемами занимались лесничие и охотоведы. Теперь предполагается, что этим будут заниматься компании на подряде, по государственному тендеру. Но тендерная система у нас устроена так замечательно, что практически единственным критерием победы в конкурсе стала стоимость контракта. Вдумайтесь: кто предложит цену подешевле — то есть подрядчик заведомо некачественный — тот и получает власть над лесом. Естественно, при этом уход за экосистемами стремится к нулю!"

Центр правовой зоозащиты уже составил обращение к президенту страны Дмитрию Медведеву с просьбой немедленно внести в законодательство ряд изменений, ставящих под защиту не только лес как товарную площадку или источник сырья, но и как целостную жизненную систему. Обязать спасать диких животных при стихийных бедствиях так же, как и людей.


При этом восстановить русские леса до того состояния, в каком они были до пожара, непросто, недешево и достаточно долго, рассказывал корреспонденту «СП» директор опытного лесхоза Московского государственного университета леса (МГУЛ) Ярослав Глубиш, заслуженный лесовод России и доктор биологических наук. Полный цикл возрождения леса — если этим начинать заниматься сразу после лесного пожара — занимает 30—40 лет, если пустить дело на самотек, то не обойтись и полувеком.

«У нас есть под Москвой делянки, где выращиваются новогодние елки на продажу. Мы регулярно рубим товарный лес на одном участке и тут же высаживаем новый, а жизненный цикл хвойного дерева от саженца до взрослой 30-метровой красавицы-ели — около 40 лет. — рассказал Глубиш. — После лесного пожара всё сложнее — нужно подготовить почву, плодородность которой разрушена огнем. В нее вносятся удобрения, затем высаживаются саженцы. Саженцев потребуется огромное количество — если, конечно, власти решатся восстанавливать леса не на словах, а на деле. А машины, которые быстро сажают маленькие ели, у нас давно уже существуют».

По словам лесовода, выращивать деревья — это бизнес, похожий на огородничество, только период роста слишком велик — измеряется десятилетиями. Если бизнесмен уверен в своем будущем на данной земле — растить лес выгодно и приятно, но это одни из наиболее «долгих» денег в бизнесе. Никакой краткосрочной прибыли с леса, кроме как истребив его без замещения, получить невозможно. А это значит, что заниматься лесным хозяйством все-таки придется государству — если, конечно, хотя бы у государственных чиновников сохранилась способность играть «в долгую».


Пока же, наряду с восстановлением лесов и спасением их экосистем, правительству придется заняться, судя по всему, и гидрологией. Дело в том, что уже на следующий год, как прогнозируют географы, многие малые реки страны могут серьезно обмелеть и встать на грань исчезновения. Особенно те их них, основным источником которых является снеговая вода, задерживаемая почвами.

«Пожар, несомненно, может нарушить структуру поверхностных слоев почвы, — рассказал „СП“ геоботаник Алексей Иванов. — Корневые системы растений перестают задерживать воду, она быстрее проходит сквозь верхние горизонты к водоносным слоям — в результате мы будем иметь паводок больше обычного при данной толщине снегового покрова, а в межень (летом, в малую воду) речки и ручьи обмелеют значительно сильнее обычного». Вероятно, катастрофических событий ждать не приходится, но регенерация лесной зоны без дополнительных мероприятий по мелиорации и вообще — без ухода за возрождаемыми лесами — грозит затянуться так, что лишь наши внуки смогут снова увидеть настоящий русский лес.

Новости СМИ2
Новости 24СМИ
Новости Лентаинформ
Последние новости
Цитата дня
Комментарии
Новости партнеров
Фото дня
Новости СМИ2
Новости 24СМИ
Новости Лентаинформ
Новости Медиаметрикс
Рамблер/новости
Новости НСН
Новости Жэньминь Жибао
Новости Финам
СП-ЮГ
СП-Поволжье
В эфире СП-ТВ
Фото
Цифры дня