18+
суббота, 3 декабря
Общество

Возможен ли в России военный переворот?

«Человек с ружьём» для нынешней элиты не опасен. Даже сильно разозлённый

  
402

В Орле продолжается расследование уголовного дела против бывшего преподавателя кафедры физподготовки местного филиала Академии ФСО России 31-летнего Виктора Луконина и его последователей. По версии следствия, летом этого года группа майора Луконина взорвала несколько объектов, прогремев на всю Россию. Не только потому, что атаковала здания правоохранительных органов. Впервые в терроризме был замешан офицер одной из самых секретных спецслужб России. Причем в состав боевой группы, насчитывающей, по данным СКП, десяток человек, входили четыре курсанта академии. Будущие лейтенанты, готовые распространять свои идеи дальше.

Однако, Следственным комитетом орловская группа признана якобы бандой скинхедов-подрывников. Поскольку преследовала не только силовиков, но и кавказцев. Но на деле, по мнению орловского журналиста Геннадия Годлевского, вояки из элитной академии занимались политическим терроризмом.

— Официальное следствие свело деятельность группы к национализму, — рассказал «Свободной Прессе» Годлевский. — Но причем национализм, если они кидали бутылки с зажигательной смесью в административные здания — милицию, прокуратуру?! Но самое главное — совпадения дат проведения «акций» с датами принятия знаковых политических решений руководством России.

Например, в день, когда президент Дмитрий Медведев подписал законопроект о расширении прав ФСБ, майор Луконин подал заявление на увольнение. А в день, когда законопроект о ФСБ одобрил Совет Федерации, бойцы из группы Луконина подожгли здание Железнодорожного РОВД Орла — кинули бутылку с зажигательной смесью. Все это можно интерпретировать как действия, направленные против государственной власти…

«СП»: — Может, это совпадение?

— Нет. О самом факте существования группы стало известно, когда они опубликовали политическое воззвание в интернете. Они дали его комментарием к информации, что Медведев подписал указ о расширении полномочий ФСБ. В воззвании эта тайная организация приводила отчет о проделанной работе — сколько они РОВД подожгли или взорвали (семь зданий — ред). Там же они заявили, что вступили на такой путь потому, что не хотят больше «быть быдлом». «Делай как мы, делай лучше нас!» — говорили они в воззвании.

«СП»: — Почему они не стали взрывать здания администраций, допустим, районных?

— Наверное, не хотели случайных жертв.

«СП»: — Много ли недовольных офицеров в академии ФСО?

— Там собрана элита, это офицеры правительственной связи, которые занимаются в том числе борьбой с терроризмом. Нет, бунта «декабристского полка» в академии не было. Публика там соответствующая, проходит жесточайший отбор на полную лояльность. Вопрос, как они просмотрели этого майора.

Луконин был просто преподавателем физкультуры, который общался с сотрудниками академии. Я говорил с одним из них. Он сказал, что майор был нормальным мужиком, и таким поворотом дела он сам поражен. Получается, майор открывался не перед каждым.

В группу входило десять человек. В их числе — четыре выпускника академии. Это понятно. Курсанты живут на казарменном положении, и преподаватель может общаться с ними когда угодно. Например, вечером, или, когда курсанты оформили увольнительную, отправиться с ними на целый выходной в лес на шашлыки. И под шашлыки затеять вербовочный разговор.

Конечно, ни среди преподавателей, ни среди служащих майор эту работу не вел. Его интересовал «молодняк», курсанты. В чем заключалась идея? Видимо, создать в каждой части группки сторонников.

Обратите внимание на такой момент. Последователи майора, которые сейчас охотно дают показания, ведут себя, как революционеры из «Народной воли». Они используют следствие и суд, чтобы выразить свои взгляды. Другое дело, эти взгляды до нас не доходят.

А ситуация в обществе примерно такая же, как во времена народовольцев: серое большинство, и кучка недовольных властью интеллигентов.

Поэтому можно идею додумать. Молодой офицер после бесед с майором едет в свою часть. Он уже идеологически обработан. Что он там будет делать? Конечно, создавать свой кружок. Вот они и разъезжались по своим частям. Вопрос, сколько их, таких офицеров, разошлось по России? Майор много лет проработал в институте ФСО. Сколько он воспитал этих офицеров, сколько их поехало служить, до кого они дослужились — можно только предполагать. Неслучайно председатель Следственного комитета по Орловской области Сазин заявил, что круг подозреваемых будет расширяться…

Экскурс в прошлое

Вам это ничего не напоминает? В истории России уже были и революционные кружки, и секретные ячейки, и подпольные «пятерки».

Еще Достоевский в «Бесах» описал, как надо действовать, чтобы «раскачать Россию». Рецепт Петруши Верховенского эффективен и сегодня: «Мы провозгласим разрушение… почему, почему, опять-таки, эта идейка так обаятельна! Но надо, надо косточки поразмять. Мы пустим пожары… Мы пустим легенды… Тут каждая шелудивая „кучка“ (ячейка революционной организации на месте, — прим. Ред.) пригодится. Я вам в этих же самых кучках таких охотников отыщу, что на всякий выстрел пойдут, да еще за честь благодарны останутся. Ну-с, и начнется смута! Раскачка такая пойдет, какой еще мир не видал… Затуманится Русь, заплачет земля по старым богам…»

Петр Верховенский вербовал свою группу среди публики разночинной, жизнью не очень-то задавленной. У современных Верховенских социальная база намного шире. Есть обреченные на нищету жители десятков моногородов, есть раздираемый кланово-религиозной междоусобицей Северный Кавказ, есть 200 тысяч учителей школ, которые завтра могут оказаться на улице из-за реформ министра Фурсенко. Но главное, среди желающих побороться с властью под знаменем торжества справедливости есть люди в погонах. И их немало. Орловская группировка из ФСО — только крайнее проявление этого процесса. А есть еще армия, в которой сотни тысяч человек пострадали в ходе военных реформ, оказавшись по сути выброшенными из привычной жизни.

Недовольство в армии растет

Недовольство офицеров проводимой в армии реформой приближается к точке кипения. Забастовки, голодовки, манкирование служебными обязанностями стали нормой в нынешних Вооруженных силах. И это при том, что руководство Минобороны прилагает гигантские усилия для сохранения в тайне подобных фактов. По данным газеты «Коммерсант», еще в начале реформы начальник генштаба Николай Макаров подписал директиву «О недопущении разглашения сведений о реформировании Вооруженных сил РФ».

Директива направлена на пресечение контактов недовольных военных со средствами массовой информации. Но даже те сведения, которые все-таки просачиваются в печать, вызывают тревогу.

В разных регионах страны офицеры провели отдельные акции протеста против реформы, которая вылилась в сокращение офицерских должностей, закрытие десятков госпиталей, военных академий и НИИ. Весной 2010 года прошли забастовки на Северном флоте, который поддержали балтийцы и тихоокеанцы. С требованиям к властям выполнять свою элементарную обязанность по выплате денежного довольствия выступил профсоюз ВВС. Председатель ЦК профсоюзов Ракетных войск стратегического назначения и Космических войск Виктор Благов опубликовал в печати сведения о предзабастовочных настроениях в коллективах, подчеркнув, что пока, несмотря на невыплату зарплаты, профсоюз намерен отстаивать права его членов мирными методами.

Для многих тысяч военных нерешенным остается «квартирный вопрос». Это еще одна мина замедленного действия. Другая, не менее опасная — введенная в войсках система денежного премирования офицеров (так называемый «приказ 400»), в соответствии с которой назначенные передовиками офицеры получают в несколько раз больше своих сослуживцев. Такие премии уже привели к серьёзному расколу в офицерской среде.

Наиболее многочисленная протестная среда — военные пенсионеры. Их недовольство нынешними порядками в стране множится на то, что военные пенсии ныне просто унизительны.

«Скоро военнослужащие запаса начнут выходить на улицы — ведь государство просто-напросто выкинуло нас за борт», — возмущаются ветераны. К примеру, офицеры в звании майора-подполковника запаса получают сейчас не больше 5−6 тысяч рублей.

— Дошло до того, что майоры, подполковники и даже полковники оказались по своему прожиточному минимуму ниже, чем гражданское население, — констатирует руководитель Центра военного прогнозирования полковник Анатолий Цыганок. — А ведь их из-за пенсий не берет на учет ни один центр занятости. Военный, есть пенсия — свободен. Туда ткнется человек, сюда — не берут. В итоге многие идут в охранники, и даже в швейцары. Это настоящее унижение человеческого достоинства.

Недовольство в офицерской среде пока выражается в «кипении» на кухнях, голодовках, забастовках, митингах. Но может ли число недовольных военных достичь критической массы, когда количество перейдет в качество и последует социальный взрыв — с попыткой убрать нынешнюю политическую элиту?

Возможно ли вмешательство армии в политику?

— Для военного переворота нет условий: кризис не настолько глубоко поразил наше общество, чтобы создалась критическая масса людей, готовых пойти на действие, — считает Виктор Алкснис, бывший депутат Госдумы — Последняя — и реальная — попытка военного переворота была предпринята Львом Рохлиным в 1990-е годы. Тогда, действительно, все висело на волоске. Если бы его не убили, ситуация могла в корне измениться: армия могла активно пойти в общественную политическую жизнь.

Другая попытка переворота произошла в первых числах января 1992 года. Сразу после подписания Беловежских соглашений в кремлевском Дворце съездов проходило Всеармейское офицерское собрание. В принципе, армия была в готовности, шла прямая трансляция на всю страну, и если бы на этом собрании прозвучали призывы, чтобы остановить развал страны, призывы к реальным действиям — думаю, армия бы вмешалась. Но опять же, на этом собрании ничего не получилось. Офицерство было расколото, и весь пар ушел в свисток. Сейчас, повторяю, военный переворот невозможен. Из армии вычистили «неблагонадежных» — за последние 20 лет было произведено несколько чисток.

— Сегодня российская армия полностью контролируема. В ней не осталось лидера, за которым бы пошла армия, — согласен с Алкснисом и военный публицист Владислав Шурыгин, — Все лидеры удалялись с советских времен. Нынешняя власть поступает так же: вспомните, как она отнеслась к героям чеченских войн, и вам станет понятна судьба любого военного лидера, начиная от Лебедя и кончая Трошевым и Казанцевым. Единственный из них, кто остался при власти — командующий ВДВ России, генерал-лейтенант Владимир Шаманов, но он обложен со всех сторон. За каждым военным генералом наблюдает Особый отдел — военная контрразведка, которая одной из задач имеет именно наблюдение за высшим военным руководством. Кроме того, в результате военной реформы вычищены все сколько-нибудь недовольные военнослужащие, поэтому самостоятельных единиц в армии просто не осталось.

Армия на всех предыдущих этапах так и не вмешалась в судьбу страны, хотя этапов было много, и этапов драматичных. Поэтому сейчас армия будет продолжать тихо загнивать и распадаться. Думать, что такая армия вдруг выбросит из своего чрева пассионарную личность, могут только люди, абсолютно далекие от армии.

«СП»: — Вообще в России армия была когда-то самостоятельной политической силой?

— Никогда не была. Только когда была эпоха дворцовых переворотов, армия что-то решала. Но нужно понимать, что в те годы военная элита равнялась элите политической. То есть, любой серьезный политик был одновременно и военным, военной была вся элита — князья, графы.

«СП»: — Допустим, у нас возникнет новая заваруха на Кавказе. Среди военных появятся новые Трошевы и Шамановы. Если в стране будет кризис, эти новые герои смогли бы стать политической силой?

— Думаю, тоже бы не смогли.

— Понимаете, чтобы вывести армию на улицу нужно, чтобы и солдаты были к этому готовы. Ну что может сделать кучка офицеров? —  продолжает Виктор Алкснис — А солдатам сейчас, по большому счету, все до лампочки. И чтобы повести их за собой, нужны очень мощные стимулы, чтобы они, действительно, были готовы применить при необходимости оружие. Но для этого сейчас нет никаких предпосылок…

Еще более категоричен в своих оценках политолог и депутат Госдумы от «Единой России» Сергей Марков:

— Возможен ли военный путч в России? Вероятность этого крайне мала, поскольку российский офицерский корпус имеет многовековую негативную историю своего участия в политике. Это было в 1930-е, когда была разгромлена военная оппозиция Тухачевского, и офицеры подверглись абсолютно массовым репрессиям. Это было после войны, когда репрессиям подвергся офицерский корпус, связанный с маршалом Жуковым. Это было непосредственно после прихода к власти Хрущева, когда он тоже на какое-то время разгромил армию, опасаясь растущего влияния того же Жукова. С тех пор военные очень твердо выучили: как только они идут в политику, за этим следуют массовые репрессии в отношении офицерского корпуса. И они этого не хотят.

Поэтому в 1990-е, когда совершался массовый разгром Вооруженных сил, в российском офицерском корпусе не было ни одного выступления протеста. Были только самоубийства — в это время самоубийствами покончили несколько тысяч офицеров. И сейчас, несмотря на все недовольство армии, нет никаких оснований думать, что российская армия отступит от своих правил. Тем более, что российское руководство настаивает на политическом руководстве Вооруженными силами. Оно настаивает на том, что именно генералитету не будет позволено проводить военную реформу. Символом этого является назначение сугубо гражданского чиновника Сердюкова министрам обороны. Это чуть-чуть сознательное оскорбление, да? Оно должно зафиксировать: руководить Вооруженными силами всегда будут только гражданские. И нет оснований полагать, что это будет изменено…

Словом, силовики через себя переступить вряд ли смогут. А раз так, нынешняя элита может спать спокойно.

Популярное в сети
Цитаты
Леонид Исаев

Заместитель руководителя лаборатории ВШЭ, востоковед

Комментарии
Новости партнеров
Фото дня
СМИ2
24СМИ
Новости
Жэньминь Жибао
Медиаметрикс
Финам
НСН
СП-ЮГ
СП-Поволжье
Цитата дня
В эфире СП-ТВ
Фото
Цифры дня