18+
четверг, 8 декабря
Общество

Патриарх готовится разгромить «владимирский клоповник»

Боголюбский монастырь, в котором истязали детей, возможно, совместно с силовиками крышует «чёрных риэлторов»

  
500

Скандал вокруг детского приюта в Свято-Боголюбском монастыре, из которого от жестокого обращения насельниц бегут дети, принимает общероссийские масштабы и законный оборот. Так, на официальном сайте СКП сообщается 27 октября, что органы СКП по Владимирской области возбудили уголовное дело по статье о незаконном лишении свободы в связи с заявлениями воспитанниц этой обители. Это решение уже успели поддержать и детский омбудсмен России Павел Астахов, и «взрослый» Владимир Лукин — таким образом, разбирательство истории о возможном истязании детей в монастырском приюте оказалось в фокусе внимания и общества, и государства.

Напомним, что в начале октября за помощью обратились бывшие воспитанницы Боголюбского монастыря, которые рассказали общественникам про жестокое обращение с ними. Среди «воспитательных мер», которые применяют в обители, девочки перечислили: «многочисленные поклоны в качестве наказания, работу на поле с трех часов утра до десяти вечера с получасовыми перерывами на завтрак и обед; помещение в затвор на втором этаже коровника, лишение еды — вода и сухари в течение 16 дней подряд; избиение ремнем по 12, 50, 70 ударов — считает вслух воспитатель; чтение вслух псалтыря до двух часов ночи — при том, что подъем в 5.30 утра».

Вместе с тем, в общении с членами комиссии при уполномоченном по правам человека, сами монахини отрицали факты жестокого обращения с воспитанницами. «Мы строже держали детей, чем в миру, — передает их слова „Интерфакс“. — Наказания были в виде поклонов, дети читали молитвы. Жестоких наказаний вообще не было — лишали сладостей. Псалтырь читали по десять минут. В затворе их не держали, к длительной работе на поле не принуждали — работали с 6 до 9 утра и с 16 до 18 часов, и то с согласия родителей. В случае проступков проводили с детьми духовно-нравственные беседы, иногда при участии отца Петра (Кучера)». В доказательство правдивости своих слов насельницы поклялись на Евангелии в присутствии архиерея отца Евлогия.

Также напомним, что год назад, в августе 2009 года, из боголюбского монастыря в Гусь-Хрустальный бежала ещё одна воспитанница, Валентина Перова, по аналогичным жалобам которой также было проведено прокурорское расследование. Оно не подтвердило заявление девочки, но теперь, по словам Владимира Лукина, «результаты того разбирательства вызывают вопросы».

Журналисты, побывавшие в самой обители и в её окрестностях, отмечают, что, помимо телесных наказаний и «истязания плоти», воспитанницы, вместе с большинством насельниц и трудников монастыря, не имеют правильно оформленных гражданских документов (в т.ч. паспортов) и страдают от отсутствия нормального общего образования.

В недавнем интервью корреспонденту «Интерфакс-Религия» благочинный (руководитель) Суздальского округа Владимирской епархии священник Виталий Рысев рассказал о том, что в Свято-Боголюбском монастыре детей в наказание за проступки морили голодом, при этом в пример им приводили «мужество и решительность» ваххабитов. «Двенадцать дней в затворе — это было страшное наказание, первые три дня вообще без воды, сухая голодовка, потом просфоры, хлеб, вода, отхожее ведро, помещение неотапливаемое», — сказал отец Виталий, добавив, что непровинившиеся девочки тоже постились круглый год, поскольку причащались два раза в неделю и вынуждены были готовить себя к таинству постом.

По данным священника, девочки никогда не ели мяса, зато молились ночью и рано утром: «У них все время был прерванный сон, им все время хотелось спать», причем в ночной молитве воспитанницы просили «об избавлении от иудейского ига». «Неканоническая, написанная неизвестно кем молитва, но, тем не менее, ради нее ночью их поднимали», — рассказал отец Виталий.


Все вышеуказанное — лишь подтвержденная информация о ситуации вокруг Свято-Боголюбского монастыря. Между тем, многие стороны этой истории выглядят достаточно туманно — прежде всего, непонятно, почему в ситуацию до сих пор не вмешался патриарх Кирилл. Ведь скандал разворачивается не меньших масштабов, чем истории о педофилии, сотрясающие порой церковь католическую.

Свою версию подоплеки Боголюбовского скандала в интервью «СП» выдвигает Виктор Милитарёв, вице-президент Института национальной стратегии, внимательно изучивший официальную и неофициальную информацию об этой истории:

«СП»: — Какая у вас складывается картина этой ситуации?

— У меня большая целостная картина, слепленная как из достоверных сведений, так и из слухов, и картина эта для Церкви получается весьма оскорбительна. Ситуация состоит в том, что духовник Свято-Боголюбовского монастыря, архимандрит отец Пётр (Кучер) является почитаемым тысячами православных верующих так называемым «старцем». То есть его почитатели уверены, что через него говорит, в каком-то смысле, воля Божья.

А с другой стороны, как утверждает множество людей, эта самая воля Божья заключается в том, что в течение многих лет он регулярно разводит супружеские пары под самыми разными предлогами. «Благословляет» женщин из этих разведенных супружеских пар продать свои квартиры, деньги пожертвовать в монастырь, а самим записаться послушницами или трудницами в этот монастырь, а детей — как было до последнего времени — отправить в этот самый приют.

Это налаженная схема работы тоталитарной секты, подразумевающая чудовищные канонические нарушения с точки зрения православного права. Хотя бы потому, что постриг в монашество лиц, состоящих в законном браке и, тем более, имеющих малолетних детей, категорически запрещён. Одновременно это уголовная афера, заключающаяся в обогащении путем продажи этих квартир. Это и есть подводная часть айсберга, верхняя часть которого вышла наружу в историях с бегущими из монастыря детьми.

«СП»: — Почему вся эта система столько лет функционировала, не привлекая внимания?

— Говорят, что отец Пётр (Кучер) имеет мощнейшую крышу среди силовиков. По слухам, это несколько генералов, причем из конкурирующих спецслужб — ФСБ и ГРУ. Его боится, как минимум — а может, уже и покровительствует ему — епархиальный архиерей Владимирский архиепископ Евлогий.

Влиятельные силы в Патриархии не хотят связываться с отцом Кучером, поскольку считают, что в случае, если наконец разрубить этот Гордиев узел — то есть, запретить или, как минимум, отправить за штат отца Петра и игуменью монастыря — начнутся волнения. Дело в том, что 5 лет назад владыка Евлогий уже хотел отправить за штат отца Петра. Тогда кучеровцы в количестве сотен, а то и тысяч человек на автобусах приехали к епархиальному управлению и едва его не подожгли.

Соответственно, многие в Патриархии исходят из логики «не буди лихо, пока оно тихо», и не желают больше таких скандалов. К тому же, они опасаются, что все поклонники Кучера массой перебегут в какой-нибудь из правых расколов — например, к бывшему епискому Диомиду (Дзюбану). А еще в церковной среде распространены опасения, что, если вынести этот мусор наружу, то государство может начать прижимать, а то и закрывать все остальные православные приюты.

«СП»: — Эти опасения оправданы?

— Все эти опасения, разумеется, ошибочны. В реальности вред от стратегии «заметания мусора под ковер» несравненно больше. Ведь из приюта за несколько лет, по непроверенным данным, которые у меня есть, бежало около 40 детей. И последние два побега — годичной давности и, особенно, нынешний — уже шумно освещены. Гнойник поэтому, в конце концов, прорвётся и зальет собой саму Патриархию, если там продолжат стратегию осторожного невмешательства.

«СП»: — Как церковные деятели пытаются решить проблему?

— По слухам, которые я не могу ни подтвердить, ни опровергнуть, на сопротивляющегося Кучеру отца Виталия Рысёва развернулись такие же гонения, какие развернулись год назад на отца Максима (Хижего), клирика Свято-Троицкого храма в г. Гусь-Хрустальный, укрывшего бежавших в прошлом году девочек. Отца же Максима, в общем, сломали, он молчит с тех пор, как ему запретили говорить на эту тему.

Ходили слухи, что один влиятельный епископ из Патриархии, занимающийся год назад разбирательством Боголюбовского скандала, кричал страшно на тех людей, которые помогли девочкам «оклеветать ветерана войны, заслуженного человека, всероссийски известного старца». Другие люди, которые помогали девочкам, крайне испуганы: они вообще говорят, что их могут убить. «Не вмешивайтесь, действительно же убьют», — такой идёт разговор. Речь, конечно, о покровительствующих Кучеру силовиках и, простите, «банде черных риэлторов».

С другой стороны, я полагаю, что отец Виталий — человек более крепкий, чем отец Максим (при огромном уважении к обоим). Сейчас, говорят, ему правящий архиерей пытается запретить комментировать тему Боголюбова под угрозой запрета в священнослужении и закрытия Суздальской епархиальной школы, которую он возглавляет. Если это правда, то на месте отца Виталия я бы первым обратился в церковный суд и вынес эту ситуацию в официальное поле церковных решений. Я почти уверен, что церковный суд встанет на сторону отца Виталия.

В конце концов, отец Виталий замечательный преподаватель, и я уверен, что даже запрещённый на время в служении, он всегда найдет себе прекрасное место — любой университет, любая хорошая школа его с руками оторвёт!

«СП»: — Главный вопрос всей истории: почему молчит Святейший?

— Если мои сведения — правда, то есть основания сомневаться, насколько архиепископ Евлогий соответствует занимаемой должности. Поэтому не могу исключить, что Патриарх выжидает, чтобы накрыть «владимирский клоповник» целиком. Думаю, что сейчас он просто смотрит на реакцию архиереев и, возможно, в какой-то момент решит весь вопрос сразу. Я почти уверен, что он вскоре наведёт порядок. А если нет — то у многих, конечно, могут появиться вопросы и к Чистому переулку.

«СП»: — Сколько лет существует описанная вами система отца Петра?

— Боголюбский монастырь, с Кучером в качестве его духовника, существует лет 10−15. Ранее у отца Петра были опыты и в других монастырях, лет 5−7. А вообще-то такого рода «старчество», связанное с разводами, продажами квартир, жертвованиями монастырям и всем прочим — приличным словом это не назовёшь — существует уже лет 20, если не больше.

«СП»: — На Владимирщине сильны позиции так называемого «Суздальского раскола», он же РПАЦ. Насколько это может быть связано с ситуацией вокруг Боголюбова?

— Напрямую с Суздальским расколом это не связано. Однако лет десять назад отец Петр несколько месяцев был в Суздальском расколе. Отец Виталий Рысёв занимался организацией крестных ходов, направленных против раскола. Прямой связи нет. С Суздалем и Владимирской области только та связь, что ходили слухи: руководители городского управления ФСБ и областного ГУ ФСБ были людьми, близкими Кучеру. Хотя, говорят, их заменили. Опять-таки это все слухи, а так никто не говорит, какая крыша. Я извиняюсь, но состав попечительского совета Боголюбского монастыря держится в секрете. Тоже мне, коммерческая тайна! Если бы узнали его состав, мы многое смогли бы понять. Но слухи говорят, что были влиятельные «комитетчики» на уровне города и области, которые всячески закрывали отца Петра и делали его неприкосновенным.

«СП»: — Какие выводы вы бы сделали из этой истории применительно к церковным приютам и учебным заведениям — чтобы подобные ужасы в будущем не повторялись?

— Абсолютное большинство православных приютов в России — образцовые учебно-воспитательные заведения. На них грех жаловаться. Там бывают проблемы того сорта, что бывают во всех школах и интернатах — но не более того. А вот создавать приюты в монастырях, я считаю, в любом случае нельзя. Даже если мы имели бы дело не с безумцами и уголовниками, как в данном случае, а с нормальными православными монахами, то сама направленность мышления монаха, обращенность его к внутреннему миру и молитве препятствует нормальной работе с детьми.

Поэтому, хотя многие монастыри и стоило бы обратить в обители социального служения, монахам ближе другие виды волонтерства — например, уход за тяжелобольными. А учебные заведения стоило бы организовывать, разве что, при монастырях — и куда больше, чем монахи, на роль наставников детей подходят «белые» священники, сами имеющие семью и детей. Кстати, одна из самых перспективных форм такого социального служения в последнее время становится семейный детский дом — когда батюшка к своим пяти детям берёт в воспитание еще десяток и получает официальный статус и поддержку от государства.


Свои выводы, отметим, начинает делать и Минобрнауки: там журналистам сообщили, что готовят предложения относительно детей, находящихся под опекой в религиозных учреждениях, в связи с ситуацией, возникшей в Свято-Боголюбском монастыре во Владимирской области. Об этом рассказала во вторник «Интерфаксу» директор департамента Минобрнауки России Алина Левитская. «Мы сейчас разрабатываем предложения по вопросам контроля за детьми, находящимися под опекой в условиях их постоянного нахождения в религиозных организациях, приютах при монастырях, — отметила чиновник. — Этот вопрос обязательно должны контролировать органы опеки и попечительства».

Правда, поддержать в этом вопросе нынешнее российское государство готовы не все россияне — ведь одной из перспективных новинок в области семейной политики обещает стать так называемая «ювенальная юстиция», против которой протестует значительное число российских родителей. Как бы то ни было, в результате мы можем быть поставлены перед необходимостью выбирать между произволом государства и произволом церкви — и этот выбор легким не назовешь.

Фото rusnovosti.ru

Популярное в сети
Цитаты
Сергей Ермаков

Заместитель директора Таврического информационно-аналитического центра РИСИ

Комментарии
Новости партнеров
Фото дня
СМИ2
24СМИ
Новости
Жэньминь Жибао
Медиаметрикс
Финам
НСН
СП-ЮГ
СП-Поволжье
Цитата дня
В эфире СП-ТВ
Фото
Цифры дня