18+
пятница, 9 декабря
Общество

Россия заняла круговую оборону: Угроза № 2 — исламские экстремисты

Если афганские талибы войдут в Узбекистан, нам придется биться в степях Казахстана

  
207

Мы продолжаем рассказ о потенциальных военных угрозах России. Напомним, что с 1 декабря нынешнего года Вооруженные силы России перешли на новую структуру управления. Сформированы и начали действовать четыре оперативно-стратегических командования — «Запад», «Юг», «Центр» и «Восток». «СП» с помощью экспертов решила проанализировать характер угроз стратегического характера на каждом из этих направлений, а также соотношение сил с нашими вероятными противниками. Материалы в распоряжение редакции предоставил Институт политического и военного анализа (ИПВА).

По мнению наших специалистов, наиболее опасная ситуация для России складывается по всему периметру границы с Китаем. Об этом шла речь в первой части этой статьи под тем же названием — «Россия заняла круговую оборону». В центре внимания «СП» сегодня — положение дел в зоне ответственности оперативно-стратегического командования (ОСК) «Центр».

Это ОСК сформировано на основе бывшего Приволжско-Уральского военного округа (штаб — в Екатеринбурге). Округ всегда считался тыловым, предназначенным для подготовки резервов для приграничных частей и соединений на Западе, Востоке и Юге. Поэтому современными вооружениями и военной техникой снабжался в последнюю очередь. Этим, главным образом, обусловлен и теперешний потенциал ОСК «Центр». Оно — слабейшее из четырех. Видимо, именно поэтому на днях Министерство обороны приняло решение переподчинить Екатеринбургу еще и 74-ю гвардейскую мотострелковую бригаду, дислоцированную в Югре. Ранее она относилась к Сибирскому военному округу и должна была отойти к ОСК «Восток».

О том, как могут складываться события в зоне ответственности ОСК «Центр» в обозримой перспективе, корреспондент «СП» разбирался вместе с заместителем директора ИПВА Александром Храмчихиным.

«СП»: — Итак, военная угроза № 1 — Китай. Между тем, еще в 90-х годах, когда я служил в Министерстве обороны РФ, российский Генштаб утверждал, что наибольшие геополитические риски для России связаны с Центральной Азией. Потому что там, за рекой Пяндж — Афганистан. А значит — талибы. Считалось, что если они с целью воплощения идеи создания всемирного халифата хлынут в Киргизию, Таджикистан, Узбекистан — вот тогда и начнется. Как среагирует на это наш Северный Кавказ, Татария, Башкирия? К тому же в тех краях сильны исламские экстремисты. То же Исламское движение Узбекистана, например, действующее в подполье.

— Кстати, это очень мощная организация, признанная террористической почти во всем мире. У талибов и в Афганистане много узбеков. Их там даже больше, чем чеченцев и арабов.

«СП»: — Даже так? Наемники что ли?

-Наемниками их назвать нельзя. Это идейные экстремисты. Они взялись за оружие не за деньги. Наемника можно перекупить. Тут не получится. Вообще, когда мы говорим об исламских террористах, слово «наемник» надо употреблять очень осторожно.

«СП»: — Как бы там ни было, эти факторы существовали и в 90-е годы. Чтобы их парировать в Поволжье сформировали нашу единственную на тот период 27-ю гвардейскую миротворческую мотострелковую дивизию. И весь бывший Приволжско-Уральский военный округ был сориентирован на центральноазиатское направление. Что-то с той поры изменилось?

— С той поры в Афганистане появились солдаты НАТО, прежде всего, американцы. У талибов пока связаны руки войной с ними. Но из Афганистана, безусловно, и сегодня исходит опасность для России. Особенно с учетом, что уход американцев оттуда начнется в будущем году. Ясно, что после этого к власти в Кабуле тут же придет режим талибов. Они немедленно начнут религиозную экспансию на Центральную Азию. А потом могут двинуться и в северном направлении. Но мы с Афганистаном хотя бы не имеем общей границы. Для того, чтобы добраться до нас, талибам надо сначала захватить бывшие советские среднеазиатские республики. Сделать это нетрудно, особенно в отношении Таджикистана и Киргизии, которые чрезвычайно слабы в военном и экономическим отношении.

«СП»: — В Таджикистане расположена наша 201-я военная база, а в Киргизии — авиабаза в Канте, вошедшие в оперативно-стратегическое командование «Центр». Они как-то могут повлиять на этот сценарий?

— Никак не повлияют. Базы окажутся в абсолютной изоляции. С Канта при этом самолеты хотя бы смогут улететь в Россию. База в Таджикистане, думаю, просто разбежится, поскольку почти весь рядовой состав там — таджики, поступившие на контрактную службу. Только офицеры — из России. Эти гарнизоны будут тут же блокированы талибами и местными бандами. Помочь им окажется нечем.

«СП»: — Зачем же мы держим в Таджикистане 201-ю военную базу?

-Чтобы местная оппозиция не свергла режим Рахмона. Больше незачем. Но давайте рассуждать дальше. Что в случае вторжения талибов будет с Узбекистаном, как поведет себя режим Ислама Каримова? Узбекистан при этом граничит со всеми странами Центральной Азии. Населения в нем больше, чем во всех остальных соседних республиках вместе взятых. Там самая сильная в регионе армия. Каримов давно дистанцируется от России и ее союзников в Центральной Азии. Станет ли он воевать с талибами — большой вопрос. Да если и станет, долго ли продержится?

«СП»: — Тогда Центральная Азия превращается для нас в один большой Афган.

— Конечно. Одновременно в регионе с новой силой разгорятся этнические конфликты. Стрелять будут со всех сторон. Жуткая ситуация. Если события в обозримом будущем пойдут в этом направлении, для нас останется единственная надежда — удержать Казахстан, остальное придется бросить на произвол судьбы. Пока в Казахстане не очень силен исламский фактор, много русских, довольно сильная армия. Поэтому есть надежда, что хоть его мы удержим. Если теряем и Казахстан — полная катастрофа. Тогда получаем от Астрахани до Барнаула сплошную дырявую границу, которую защищать практически невозможно. Казахстан надо удерживать в любом случае. Тем более, он пока готов хоть как-то удерживаться. Полагаю, что именно такова основная задача ОСК «Центр». Ну, еще подготовка резервов для российских соединений восточного направления.

«СП»: — Каково соотношение сил на центральном направлении?

— Тут главный вопрос в том, с кем считать соотношение сил? Кто у нас главный противник в Центральной Азии? Если говорить о талибах — так численность этих банд неизвестна и им самим. Теоретически нашим противником в регионе может быть даже Узбекистан.

«СП»: — При каких вариантах такое может произойти?

— Если исламское братание с талибами в Ферганской долине все же случится.

«СП»: — То есть, допустим, падет президент Ислам Каримов, к власти в Ташкенте придет радикальный исламский режим…

— Да. Но при этом неизвестно, как поведет себя узбекская армия. И все ли ее вооружение достанется этому новому исламскому режиму. Смогут ли новые хозяева его освоить?

Если же взять дальнее зарубежье — теоретически нашим противником способен оказаться Пакистан. Если, опять же, и в нем к власти приходят исламисты. У Пакистана очень мощная армия, но все-таки она очень далеко от нас. Кроме того, в случае конфликта Пакистана с Россией не думаю, что Индия останется в стороне. У нее с пакистанцами давние счеты. Поэтому даже если в Карачи воцарятся радикалы, им, скорее всего, будет не до маршей на север, у них будут связаны руки на юго-востоке.

«СП»: — Выходит, на центральноазиатском направлении реальная опасность одна — некие банды из Афганистана в массовом порядке переходят через бывшую советскую границу, местное население их поддерживает и в бывших наших братских республиках вспыхивает гражданская война.

— Примерно так. Причем, война там будет партизанской. И если мы кого-то все же туда отправим, то это, скорее всего, будут Воздушно-десантные войска, которые сегодня, как известно, составляют резерв Верховного главнокомандующего. Они накопили большой опыт такого рода боевых действий в Афганистане и в Чечне. Они мобильны, имеют, в основном, легкое вооружение, которое легко быстро перебрасывать на большие расстояния. ВДВ и подчиняются напрямую Москве. Десантников станут собирать и отправлять в район боевых действий со всей России. Войска ОСК «Центр» в центральную Азию вряд ли пошлют. Поэтому говорить о каком-то численном соотношении сил в Центральной Азии сегодня мы можем только с большой долей условности. В случае серьезной войны судьба 201-й российской военной базы в Таджикистане будет печальной. То есть, повторяю, тут, если придется, воевать будут ВДВ.

«СП»: — Поэтому генерал Шаманов делает большое дело, когда не дает министру обороны Сердюкову сокращать и их?

— Да. Сегодня это наши единственные реально существующие силы быстрого реагирования. Кроме них в Центральной Азии воевать некому.

«СП»: — Тогда для чего вообще создано ОСК «Центр»?

— Это резерв для других командований на случай возникновения войн на иных направлениях. Или войска для поддержки казахстанской армии, если нам придется вести борьбу за удержание Казахстана.

«СП»: — А чем располагает ОСК «Центр»?

— Там совсем мало войск, поскольку расположены они в глубине страны. Авиации практически нет. Всего один полк МиГ-31, который стоит под Пермью и решает исключительно задачи ПВО. Поэтому в случае возникновения региональных военных конфликтов в любом случае никуда направлен не будет. Это единственная авиабаза ОСК «Центр».

"СП": — Бомбардировщиков или штурмовиков у нас там нет вообще?

— Только стратегические бомбардировщики Ту-160 и Ту-95 в Энгельсе. Но они тоже подчинены напрямую Москве. И предназначены не для талибов.

«СП»: — Таким образом, для воздействия с воздуха на наземного противника в ОСК «Центр» ничего нет?

— Ничего. Правда, есть еще базы хранения. Но я не знаю, в каком состоянии там авиатехника. Тем более, это в основном старье типа Су-17 и МиГ-23. Сомневаюсь, что эти машины вообще возможно когда-нибудь поднять в воздух.

«СП»: — Тем более, это уже разворовано наверняка. Как у нас принято на базах хранения — выдирать блоки с драгоценными и цветными металлами и прочее.

— Вот, вот. Наконец необходимо рассмотреть вариант классической войны с армиями стран дальнего зарубежья на центральноазиатском направлении. Применительно к рассматриваемому региону вариантов всего три — Пакистан, Иран и Китай.

«СП»: — Пакистан далековато.

— Тем не менее, при определенных обстоятельствах его военные наверняка будут поддерживать экспансию талибов на север. Поэтому следует учитывать и возможности вооруженных сил Пакистана. А они являются на сегодняшний день одними из сильнейших в мире. Не будем обсуждать здесь его ракетно-ядерную программу, речь идет об обычных силах. По большинству параметров армия Пакистана имеет подавляющее превосходство над силами ОСК «Центр».

"СП": — Что дальше? Иран?

— Иран с нами имеет только морскую границу по Каспию. Он выходит не только к Центральной Азии, но и к Кавказу, то есть против него должно воевать как минимум еще и наше ОСК «Юг». При этом надо отметить, что парк вооружений Ирана крайне эклектичен, он состоит из образцов западного, советско-российского, китайского и собственного производства, значительная часть техники сильно устарела и не имеет запчастей. С учетом этих обстоятельств не думаю, что опасность со стороны Тегерана реальна. Впрочем, главный вопрос — а почему мы должны воевать с Ираном? Навязываемая нам американцами антииранская паранойя по своей сути очень напоминает антинатовскую паранойю в России, то есть весьма искусственна. Пожалуй, вероятность войны России с Ираном ничуть не выше, чем с Узбекистаном. Может быть, даже и ниже.

«СП»: — Остается тот же Китай?

— Тут все так же безнадежно, как и в зоне ответственности ОСК «Восток». Даже при том, что Ланьчжоуский военный округ НОАК, ориентированный на Центральную Азию, является самым большим по территории, но лишь пятым по боевому потенциалу из семи военных округов Китая (а по ВВС — даже шестым). То есть по предназначению он похож на российское ОСК «Центр». Но

все равно Ланьчжоуский военный округ сильнее армий всех граничащих с Китаем стран Центральной Азии и нашего ОСК «Центр» вместе взятых.

СОСТАВ И ДИСЛОКАЦИЯ ВОЙСК «ОСК «ЦЕНТР»

7-я отдельная гвардейская танковая бригада (Чебаркуль)

15-я отдельная мотострелковая бригада (Черноречье, п. Рощинский)

21-я отдельная гвардейская мотострелковая бригада (Тоцкое Оренбургской обл.)

23-я отдельная гвардейская мотострелковая бригада (Самара)

28-я отдельная мотострелковая бригада (Екатеринбург)

74-я гвардейская мотострелковая бригада (Югра)

201-я военная база (Душанбе, Таджикистан)

6977-я авиационная база (Пермь)

999-я авиационная база (Кант, Киргизия)

СОСТАВ ВООРУЖЕНИЙ СУХОПУТНЫХ ВОЙСК ОСК «ЦЕНТР»

Ракетных пусковых установок «Точка-У» -24

Танков Т-72 — 381

БМП — 535

БТР — 390

Самоходных артустановок — 348

Реактивных систем залпового огня «Ураган» и «Град» — 168

Пусковых установок ПВО «Бук» и «Оса» — 78

СОСТАВ ВВС и ПВО ОСК «ЦЕНТР»

Истребители МиГ-31 — 48

Ударных вертолетов Ми-24 — 32

Зенитно-ракетных систем С-300ПС — 16 дивизионов.

Зенитно-ракетных систем С-300В — 2 дивизиона.

СОСТАВ ВООРУЖЕНИЙ СУХОПУТНЫХ ВОЙСК ПАКИСТАНА

Пусковых установок оперативно-тактических ракет — 165

Танков всех типов — 2500 (из них — 320 Т-80УД поставлены Украиной)

БТР — 1300

Самоходных артустановок — 260

Реактивных систем залпового огня — 50

Ударных вертолетов АН-1 «Кобра" — 25

СОСТАВ ВВС ПАКИСТАНА

Всего — около 400 боевых самолетов (из них 50 американских F-16).

СОСТАВ ЛАНЬЧЖОУСКОГО ВОЕННОГО ОКРУГА АРМИИ КИТАЯ

Танковых дивизий — 2

Мотопехотных дивизий — 2 (еще 2 — в резерве)

Горнопехотных дивизий — 1

Зенитно-артиллерийских дивизий — 2

Мотопехотных бригад — 3

Артиллерийских бригад — 2

Бригад ПВО — 2

Бомбардировочная авиадивизия — 1 (усовершенствованные Ту-16)

Истребительных авиадивизий — 2

Наземная ПВО — 1 полк комплексов С-75

Популярное в сети
Цитаты
Сергей Ермаков

Заместитель директора Таврического информационно-аналитического центра РИСИ

Комментарии
Новости партнеров
Фото дня
СМИ2
24СМИ
Новости
Жэньминь Жибао
Медиаметрикс
Новости сети
Финам
НСН
СП-ЮГ
СП-Поволжье
Цитата дня
В эфире СП-ТВ
Фото
Цифры дня