18+
вторник, 6 декабря
Общество

Паркетно-ядерные удары

Решение Медведева объединить средства отражения воздушно-космического нападения может постичь участь предыдущих реформ нашей армии

  
7

Безостановочная наша военная реформа выходит на новый виток. Это следует из поручения президента РФ Дмитрия Медведева премьер-министру Владимиру Путину и министру обороны Анатолию Сердюкову до 1 декабря 2011 года объединить войска ПВО, ПРО, предупреждения о ракетном нападении и контроля космического пространства под общим стратегическим командованием. По сути дела, речь идет о воссоздании единой системы воздушно-космической обороны страны (ВКО), существовавшей еще в Советском Союзе.

С учетом опыта последних локальных вооруженных конфликтов, идея, безусловно, здравая. Как теперь ведут войны — это весь мир наглядно увидел на примере Ирака и Югославии. Ирак, к примеру, американцы полтора месяца долбили с воздуха бомбами и ракетами. Лишь уничтожив системы ПВО, управления войсками, парализовав тыловое снабжение, ввели в действие наземные войска. Тем оставалось лишь взять под контроль территорию. Ушло на это ровно 100 часов.

Поэтому ни у кого не вызывает сомнений, что подготовка к обороне страны от средств поражения, летящих из космоса и воздушного пространства, — первостепенная задача Вооруженных сил России. Подозрения вызывает только одно: сформировать ВКО было предписано еще Указом президента России Бориса Ельцина № 1032 от 13 июля 1993 года. Ничего подобного в России как не было, так и нет. Зато за это время столько наворочено…

Впрочем, обо всем по порядку. Давно складывается впечатление, что объединять-разъединять рода и виды Вооруженных сил — это просто-таки любимая забава всех реформаторов нашей армии последних двух десятилетий. Чего только в Министерстве обороны России не «сливали», чтобы через несколько лет не «разливать» обратно. Затраты денег и материальных ресурсов никто не считал, как не считали и тысячи офицерских судеб, попадавших под колесо боевой колесницы организационно-штатных мероприятий.

Меньше других министров обороны в этом преуспел генерал армии Павел Грачев. Тот просто рубил с плеча, в разы сокращая численность войск, доставшихся Российской Федерации от СССР. При этом холил и лелеял только Воздушно-десантные войска. Что объяснялось просто — Павел Сергеевич сам оттуда родом. Итог его деятельности Ельцин подвел 22 мая 1997 года, когда впервые решил лично провести Совет обороны. Президент раздраженно заявил, что Министерством обороны «по реорганизации армии ничего не сделано». И Пал Сергеич тут же слетел с кресла министра.

Кабинет Грачева на Арбате занял генерал-полковник Игорь Родионов. Был он сухопутчик до мозга костей, что не сулило так тщательно оберегаемым Павлом Сергеевичем десантникам ничего хорошего. Новый министр обороны публично называл ВДВ «войсками по борьбе с кирпичами», имея в виду хорошо знакомые всем шоу с участием «голубых беретов», на потеху публике разбивающих о мощные лбы всякие твердые предметы. Но Родионов ничего преобразовать не успел, поскольку за резкое несогласие с Ельциным менее чем через год был отправлен в отставку.

Сменивший его главком РВСН маршал Игорь Сергеев ошибки предшественников учел. И тут же принялся за изменение структуры Вооруженных сил. Вокруг нового министра немедленно началась ведомственная генеральская грызня за сохранение кресел, бюджетов и аппаратного веса. В результате сложной борьбы больше всех выиграли, как и следовало ожидать, стратегические ракетчики. Кто же еще, если министром обороны стал их человек? К РВСН немедленно были присоединены Ракетно-космическая оборона (РКО) и Военно-космические силы (ВКС). Сменивший Сергеева генерал Яковлев стал уже не просто командующим — главкомом.

Заодно впервые с 1941 года самостоятельности лишились Воска ПВО. Их присоединили к Военно-Воздушным силам. В итоге вместо объединения всех структур, которые отвечали за оборону страны из воздушно-космического пространства, их разъединили надвое. Сделано это было по указу президента № 725 от 16 июля 1997 года. Естественно, «в целях сокращения расходов на оборону и повышения эффективности военного управления».

Позже Сергеев ликвидировал и Сухопутные войска как самостоятельный вид Вооруженных сил. Их Главное командование было упразднено, вместо него внутри Генерального штаба создали Главное управление сухопутных войск с более низкими должностными категориями и окладами. Сами войска передали в подчинение командующим военными округами.

Скоро очередь дошла и до Железнодорожных войск. Их, насчитывавших 54 тыс. солдат и офицеров, с 1 августа 1997 года просто вывели из состава Вооруженных сил. Разом отчитавшись, таким образом, о новом решительном шаге в сокращении численности армии и флота.

Маршал Сергеев готов был пойти и дальше. В ноябре 1998 года он обратился к президенту России с предложением в течение 1999 года перевести Вооруженные силы на трехвидовую структуру в составе Сухопутных войск, ВМФ и ВВС. При этом все стратегические ядерные средства от моряков, летчиков и РВСН следовало передать Объединенному главному командованию Стратегических сил сдерживания. Однако что бы тогда оставалось Генеральному штабу? Возглавлявший в ту пору Генштаб генерал армии Анатолий Квашнин поднял форменное административное восстание против министра обороны. Его поддержали главкомы ВМФ и ВВС, тоже не желавшие за здорово живешь отдавать свою часть пирога.

В азарте борьбы с маршалом Игорем Сергеевым генерал армии Анатолий Квашнин готов был вообще прикончить родные для ненавистного министра РВСН. Во всяком случае, начальник Генштаба предлагал сократить число соединений стратегических ракетчиков с 19 до 2 дивизий. А то, что останется, передать в состав Сухопутных войск. Слава Богу, до этого не дошло и обезумевших полководцев разняли.

Тем не менее, далекая от всякой воинской этики дискуссия, больше похожая на подзаборное хватание за грудки, вылилась на экраны и на страницы прессы. Квашнин победил. Его план реформирования армии, переданный в Совет безопасности через голову маршала Сергеева, решено было воплощать в жизнь, а маршала — в отставку.

Совбез в ту пору возглавлял Сергей Иванов. Ему и поручили снова ставшее вакантным кресло министра обороны. Иванов тут же объявил себя первым гражданским главой военного ведомства, сняв мундир генерал-лейтенанта ФСБ. Правда, сегодня он почему-то стал генерал-полковником запаса. При Иванове снова сформировали Главное командование Сухопутных войск, отняли у РВСН космические войска и Ракетно-космическую оборону. Потом Иванов передал вертолеты армейской авиации в состав Военно-Воздушных сил. Возражения, что это противоречит практике военного строительства, что ударные вертолеты во всех странах — важнейшее средство ведения боя наземными войсками, во внимание приняты не были. Ну, да и следующим министрам обороны тоже надо будет что-то сливать-разливать", так ведь?

Только не надо думать, что весь этот военно-реформаторский бардак стал происходить в наших Вооруженных силах лишь после крушения Советского Союза. Нет, административный зуд наши генералы испытывали и раньше.

Не о всех последствиях подобных реформ известно широкой публике. Например, о таких. К середине 50-х годов некогда единую ПВО страны тоже раздали частью в ВВС, частью — в Сухопутные войска. А 29 апреля 1954 года, как первомайский привет, в воздушное пространство Советского Союза со стороны Балтийского моря вторглись сразу 3 американских стратегических бомбардировщика B-47. Они спокойно долетели до Новгорода, ничего не опасаясь, повернули на Смоленск, далее — на Киев. И безнаказанно вернулись восвояси. Это было пощечина посильнее Руста. Тем более, что 8 мая те же гости подобным же образом снова нас поздравили. Совет министров и ЦК КПСС вынуждены были экстренно рассматривать состояние противовоздушной обороны. И приняли постановление «О безнаказанных полетах иностранных самолетов над территорией СССР». Пришлось вновь собирать разбазаренные зенитные средства в единый кулак. Образовали специальный НИИ МО СССР. Сформировали в Твери военную академию ПВО.

Хочется верить, что хоть теперь безусловно нужная и спасительная Военно-космическая оборона будет, наконец, сформирована не в угоду чьим-то амбициям, а на пользу делу обороны страны. Хотя, по слухам из Минобороны, расплывчатая формулировка президентского указа «объединения под единым стратегическим командованием» уже подогрела страсти в генеральских кругах. Что это будет за командование? Кто его возглавит? Летчики, например, уже выразили мнение, что с этим отлично справится нынешний главкомат ВВС и ПВО. От их имени эту точку зрения уже озвучил бывший главнокомандующий ВВС генерал армии Петр Дейнекин. У лампасоносных вождей РКО и Космических войск наверняка другое мнение. Им-то, ныне самостоятельным, зачем становиться пасынками боевых пилотов и получать крохи с барского стола?

Словом, ровно год, отведенный Медведевым на создание ВКО России, обещает стать нескучным для генералов. Эту тему корреспондент «СП» обсудил с президентом Института стратегических оценок и анализа, бывшим директором Центра военной политики и системного анализа Института США и Канады, профессором МГИМО Александром Коноваловым.

«СП»: — Александр Александрович, что вы думаете о перспективах создания системы Воздушно-космической обороны в нашей стране?

— В принципе, дело полезное. Только надо иметь в виду, что создаваться она может только против одной страны. Лишь Соединенные Штаты имеют возможности атаковать из космоса любую страну. В том числе и нашу.

«СП»: — Ну, пусть будет против США.

— Да пусть. Просто американцы сегодня на нас не собираются нападать. Поэтому если придется сейчас мобилизовать значительные ресурсы для защиты от Соединенных Штатов — это глупость. У России есть противники куда более вероятные. Представьте, например, что мы угрохаем кучу денег на создание каких-нибудь космических спутников. А воевать придется с Грузией, для которой космические средства абсолютно не нужны. Хотя Грузия уже тоже навоевалась.

«СП»: — Как, по вашему, может выглядеть общее стратегическое командование Воздушно-космической обороной, или как там еще ее назовут? Самостоятельная структура или внутри какого-либо вида или рода войск?

— Об этом пока судить невозможно. Думаю, даже Сердюков вряд ли уже знает ответ на этот вопрос. Меня больше другое заботит. Вот создали в Вооруженных силах на случай войны четыре оперативно-стратегических командования — «Восток», «Центр», «Юг» и «Запад». При этом на мирное время в тех же границах оставили и четыре военных округа. Как они будут взаимодействовать, совершенно не представляю. При этом хорошо, если не представляю только я. Хуже, если в неведении и само Министерство обороны. Судя по тому, что происходит, исключать этого нельзя. А против свежеиспеченных оперативно-стратегических командований и округов - куда более реальные противники, чем США. Вот о чем надо думать. А ВКО… Если есть лишние деньги, можно создавать и ВКО. Когда-нибудь может пригодиться.

Популярное в сети
Цитаты
Сергей Ермаков

Заместитель директора Таврического информационно-аналитического центра РИСИ

Комментарии
Новости партнеров
Фото дня
СМИ2
24СМИ
Новости
Жэньминь Жибао
Медиаметрикс
Финам
НСН
СП-ЮГ
СП-Поволжье
Цитата дня
В эфире СП-ТВ
Фото
Цифры дня