18+
воскресенье, 24 июля
Общество

Дагестан: Ваххабиты — больше не враги народа

Съезд народов республики считает, что федеральные власти должны изменить закон о запрете радикальных исламистов

  
1024

В Махачкале состоялся очередной Съезд народов Дагестана. Глава республики Магомедсалам Магомедов так определил главную тему форума: консолидация общества перед угрозой терроризма и экстремизма, и осуждение этих явлений.

По словам Магомедова, несмотря на огромное количество человеческих жертв, дагестанское общество по-настоящему и не осудило терроризм и экстремизм.

Президент Дагестана с трибуны съезда обратился к президенту РФ с предложением объявить амнистию боевикам на территории республики. По мнению депутатов, она должна касаться лишь тех, кто не принимал непосредственного участия в террористических акциях. Подобные амнистии четырежды объявляли в Чечне. В Дагестане ничего подобного пока не сделано. Съезд принял обращение о том, что «поддерживает создание необходимых условий для добровольного возвращения к родным очагам тех, кто сегодня готов отказаться от противоправных действий. Обращаемся к тем, кто взял в руки оружие с призывом прекратить кровопролитие и начать мирный диалог. Обращаемся к родителям: верните своих детей домой».

В Махачкале уже создана комиссия, призванная облегчить адаптацию к мирной жизни тех экстремистов, которые согласятся сдаться властям. Примечательно, что в ее состав включен один из руководителей религиозного движения «Ахлсунна-ва-Джамаа» Абас Кебедов, брат Багаудина Магомедова, который считается главным дагестанским ваххабитом и до сих пор числится в международном розыске. Более того. По инициативе постпреда Дагестана при президенте РФ Гаджи Махачева съезд предложил изучить вопрос об отмене республиканского закона «О запрете ваххабизма и иной экстремистской деятельности на территории Республики Дагестан». Сам Махачев прокомментировал это так:

— Закон был принят 16 сентября 1999 года в спешке, на волне народного возмущения вторжением банд Басаева и Хаттаба в Дагестан. Он не соответствует федеральному законодательству. Раз мы находимся в составе России, надо отменить закон.

Махачев считает абсурдной ситуацию, при которой руководство Российской Федерации налаживает дипломатическое общение с правителями ваххабитских стран, наподобие Саудовской Аравии, в то время, как внутри нашей страны ваххабизм приравнен к экстремизму.

По мнению дагестанских экспертов, закон «О запрете ваххабизма и иной экстремистской деятельности на территории Республики Дагестан» действительно сильно уязвим с юридической точки зрения. Так, в нем указывается, что «…Закон принимается в целях недопущения ваххабитской и иной экстремистской деятельности на территории Республики Дагестан», однако не даются юридические критерии и правовое содержание понятий «ваххабитская деятельность», «ваххабитские организации» и т. д. Никто так и не объяснил, чем отличается ваххабит от обычного мусульманина и почему с ним надо бороться радикальными мерами. Есть, наконец, и национальные традиции, которые закон не учитывает. Так, по словам Махачева, в республике неприемлем термин «пособник боевиков», поскольку на Кавказе, «кто бы ни пришел в твой дом, даже если это будет враг, твоя обязанность принять его, потому что — это гость».

Инициативу делегатов съезда «СП» попросила прокомментировать бывшего секретаря Совета безопасности Дагестана, заслуженного летчика-испытателя РФ, Героя России Магомеда Толбоева.

«СП»: — Магомед, вы принимали участие в завершившемся Съезде народов Дагестана?

— Нет, не принимал.

«СП»: — Но, очевидно, знаете, что съезд принял решение просить власть изменить закон о запрете ваххабизма. Почему вдруг возникла эта проблема?

— Да потому что неграмотный это закон. Нет никакого ваххабизма в природе. Это слово англичане придумали, с тех пор и повелось. Есть радикальные течения в исламе. Как у вас, русских, есть обычные православные и есть староверы. Веру вообще нельзя запретить. Что, пойдешь в дом к человеку, чтобы смотреть, как он молится? Так он в пещеру спрячется и там продолжит молиться так, как хочет.

«СП»: — Магомед, но давайте не забывать, что запрет ваххабизма был введен не просто так. В 1999 года в Кодорской зоне Дагестана крупные села Чабанмахи и Карамахи, считавшиеся цитаделями именно ваххабитов, были ими превращены в серьезно укрепленные опорные пункты, которые войскам пришлось брать большой кровью. Как этих людей не назови, ваххабитами или еще как-то, выходит, они были врагами России.

— Слушай, мы ведь о Кавказе говорим. Тут одно неверное слово — все, ты кровный враг. Поэтому давай определимся. В Кодорской зоне тогда действительно окопались враги России. Не ваххабиты, а радикалы ислама. Тогда с ними правильно поступили.

«СП»: — Хорошо, назовем их радикальными исламистами. Таких запрещать надо?

— Да, повторяю, нельзя запретить религию. Пусть молятся, как хотят. Однако если пойдут против власти, против государственных устоев — тогда их необходимо преследовать. Прежде всего — лидеров. Власть должна быть сильной всегда. Уметь защищаться. Как это произошло в Москве у Киевского вокзала.

«СП»: — Считаете, в столице власть сработала хорошо?

— У Киевского вокзала — отлично. Но у меня вопрос: почему так же не было сделано накануне на Манежной площади? Почему допустили скопление людей? Почему ОМОН вмешался в события только тогда, когда началась драка? Есть же отработанная милицейская тактика: разбивать толпу на отдельные группы. Почему начальник московской милиции о ней забыл? Можно было заранее перекрыть Тверскую, Моховую, выходы из метро. Почему никто об этом не подумал? Я могу эти вопросы задавать, потому что лично предотвратил выход десяти тысяч дагестанских студентов на площадь у Киевского вокзала.

«СП»: — Каким образом?

— Заранее собрал молодежных лидеров в постпредстве Дагестана в Москве. Никого больше не было — ни депутатов Госдумы от нашей республики, ни полпреда. Сказал: «Если пойдете к Киевскому вокзалу, я встану по другую сторону баррикад. С ОМОНом». И ребята меня поняли. И не пошли.

Другое мнение

Юлия Латынина, ведущая передачи «Код доступа» на «Эхо Москвы»:

«СП»: — Юлия Леонидовна, как можно оценить инициативу съезда народов Дагестана?

— Я расцениваю инициативу, как капитуляцию президента Дагестана Магомедсалама Магомедова перед боевиками. Эта капитуляция давно готовилась, ходоки с обеих сторон встречались неоднократно. Сам факт, что в состав комиссии включен один из руководителей религиозного движения «Ахлсунна-ва-Джамаа» Абас Кебедов, брат Багаудина Магомедова (который считается главным дагестанским ваххабитом и до сих пор числится в международном розыске) не может не вызывать изумления.

«СП»: — То есть, вы против амнистии боевикам?

— Я категорически против. Прежде всего, амнистия в Дагестане уже была. Ей воспользовались некоторое количество лиц, в частности, братья смертницы Марьям Шариповой, которая взорвалась в московском метро. Братья до амнистии разыскивались за грабежи и похищения людей — во имя Аллаха, естественно. Амнистией один из братьев воспользовался, чтобы грабить инкассаторов, а другой — чтобы отвезти сестричку в московское метро.

Ваххабизм — это вопрос мировоззрения. Но это мировоззрение ни коим образом не является совместимым с существованием на Кавказе российского государства. Любая амнистия, объявленная этим людям, является капитуляцией государства Российского. Я не говорю, что их нужно судить за их убеждения. Их стоит судить за преступления, которые они совершили. Но надо понимать, что эти преступления совершены вследствие убеждений.

«СП»: — А закон о ваххабизме нужно отменять?

— Вообще, ваххабизм в Дагестане не совсем правильно так называть, скорее, это салафизм (направление в исламе, последователи которого выступают против внесения в ислам того, что они считают элементами других религий и философских течений, позиционирует себя как проповедников изначального понимания Ислама, — «СП»). Надо понимать, что салафиты — это люди, которые считают, что Кавказ должен жить по законам шариата, и что России там быть не должно.

Но с моей же точки зрения, никакая идеология, даже самая безумная, не должна быть наказуемой. Поэтому и закон о запрете ваххабизма отменять надо. Никакая идеология не должна быть запрещена законом, и мы не можем делать исключения для ваххабизма.

Но, повторюсь, мы должны понимать, что эта идеология чрезвычайно опасная — как идеология фашизма или красных кхмеров, или троцкизм. Что люди, которые исповедуют ваххабизм, находятся в группе риска, а если они придерживаются ее полностью, они должны убивать русских и взрываться в метро. Но за идеологию наказывать нельзя, наказывать надо за преступления, которые ваххабиты совершили.

«СП»: — Как понимать заявление полпреда президента в Северо-Кавказском федеральном округе Александра Хлопонина, что «завершается период, в котором главным приоритетом была борьба с терроризмом и экстремизмом»?

— Я не понимаю, что имеет в виду господин Хлопонин, когда говорит, что борьба с ваххабизмом и экстремизмом завершена. Он не знает, что в Дагестане ваххабиты из маргиналов превратились в ведущую силу? Он не знает, что перед ними вынужден заискивать президент республики? Он не знает, что никакая экономическая деятельность в республике невозможна. Ну, как вы можете вести экономическую деятельность в Сомали или Алжире в разгар гражданской войны? Он не знает, что в тот самый день, когда проходил съезд, ваххабиты хлопнули муфтия Кабардино-Балкарии? Возможно, этот муфтий многим не нравился. Но, наверное, это не повод его убивать? Господин Хлопонин должен был, безусловно, отправить в отставку муфтия Анаса Пшихачева, но он не должен был дожидаться, что его отправят в отставку ваххабиты таким способом.

Складывается впечатление, что господин Хлопонин «забил» на Кавказ, что он хочет одного — освоить некоторое количество денег, чтобы повысить собственный статус. И что освоить это количество денег можно, только объясняя, что у нас на Кавказе все хорошо, и только деньги нужны для освоения.

«СП»: — Ваш прогноз: инициатива съезда народов Дагестана получит развитие?

— Думаю, да. Насколько я понимаю, руководство Дагестана, и лично президент Магомедсалам Магомедов настроены довольно серьезно. Это долгая история, переговоры с ваххабитами начались с момента его прихода к власти. И нынешнюю позицию нельзя расценить по-другому, как заискивание перед боевиками.

В соседней Чечне есть, мягко говоря, свои недостатки у господина Рамзана Кадырова, но мы не можем себе представить, чтобы он заискивал перед боевиками. Мы не можем представить, чтобы сейчас Кадыров сказал: те люди, которые сейчас бегают в лесах, должны быть амнистированы. У нас есть претензии к Кадырову: он, чтобы люди не бегали в лесах, хватает их родственников. Но у нас нет претензий, что люди в Чечне, которые не приемлют ни Россию, ни традиционный ислам, получали амнистию.

«СП»: — Вы считаете, до амнистии в Дагестане дело дойдет?

— Я считаю, до нее дело дойдет де-факто. Более того: если господин Кебедов спокойно перемещается по Дагестану, точно так же, как и многие другие ваххабиты, дело до нее де-факто уже дошло. Но я боюсь, дойдет и до того, что люди, которые устраивают теракты в Москве и Дагестане, будут совершенно спокойно перемещаться по Дагестану.

«СП»: — Какими будут последствия?

— Сейчас мы не имеем массового салафитского движения, потому что исламский экстремизм занят более важными вещами в Ираке. Можно прогнозировать, что по мере того, как США уйдут из Ирака и Афганистана, и по мере того, как власть Кремля будет все больше слабеть (например, вследствие фашистских выступлений, которые мы имеем сейчас), на каком-то этапе количество перейдет в качество, и на месте Кавказа образуется салафитское государство. Отношения между этим новым государством и Россией будут примерно такие же, как между Израилем и Палестиной. У этого государства будут претензии на Ставрополье и Краснодар, это государство будет местом, откуда будут приходить террористы, потому что ничего другого, кроме как вести террористическую деятельность, это государство не сможет.

Из досье «СП»

Ваххабизм — это религиозно-политическое движение в исламе, оформившееся в XVIII веке. Названо по имени Мухаммада ибн Абд аль-Ваххаба ат-Тамими (1703—1792), являющегося последователем Ибн Таймийа (1263—1328).

Мухаммад ибн Абд-аль-Ваххаб полагал, что настоящий ислам практиковался только первыми тремя поколениями последователей пророка Мухаммеда, и протестовал против всех последующих инноваций, считая их ересью. Ваххабиты запрещают паломничество к могилам святых, которое они рассматривают как поклонение мертвым, считают нежелательным и порицаемым отмечать день рождения пророка Мухаммада. Они пропагандируют необходимость вооружённой борьбы (газавата) против неверных (кафиров) и лицемеров-вероотступников (мунафиков). Запрещают совершать паломничество мужчинам, не имеющим бороды.

В 1932 году последователи идей Абд Аль-Ваххаба создали независимое арабское государство — Саудовскую Аравию

Фото: president.e-dag.ru

Рамблер новости
СМИ2
24СМИ
Цитата дня
Комментарии
Первая полоса
Рамблер новости
СМИ2
Фото дня
Новости
24СМИ
Жэньминь Жибао
Медиаметрикс
Финам
НСН
Миртесен
Цитаты
Семен Багдасаров

Политический деятель

Юрий Кнутов

Военный эксперт, директор музея войск ПВО

Миртесен
В эфире СП-ТВ
Фото
Цифры дня
СП-Юг
Как дурят отдыхающих Как дурят отдыхающих

«СП» узнавала как не попасть на удочку к таксистам-прохиндеям и нечестным официантам

СП-Поволжье