18+
пятница, 9 декабря
Общество

Конвейер абортов в России не остановить

Только два процента россиянок детородного возраста не делали операцию по искусственному прерыванию беременности

  
2405

Депутаты Госдумы РФ в минувшую пятницу, 14 января, отклонили в первом чтении законопроект, предусматривающий выплату пособий за отказ от аборта. Новый вид материального стимулирования рождаемости предлагали установить представители фракции ЛДПР, в том числе вице-спикер нижней палаты российского парламента Владимир Жириновский.

По мнению авторов документа, беременная, решившая не делать аборт и передавшая рожденного ребенка на попечение государства, могла бы рассчитывать на единовременное пособие в 100 тысяч рублей. Такая «вынужденная мера», по словам представлявшего законопроект Владимира Жириновского, позволила бы не только улучшить демографическую ситуацию в стране, но и сохранить здоровье самих рожениц, многие из которых в результате подобной операции впоследствии становятся бесплодными.

«Мы спускаем в канализацию 1,5 млн граждан Российской Федерации. И на это закрывают глаза», — сказал вице-спикер. Благодаря финансовой поддержке государства от искусственного прерывания беременности отказались бы до 10% женщин, считает он.

Однако инициатива либерал-демократов не нашла поддержки у большинства думцев. Как отметила зампред Комитета по вопросам семьи, женщин и детей Ирина Соколова, предлагаемая мера противоречит целому ряду законодательных актов и, по сути, означает заключение «договора купли-продажи между женщиной и государством, предметом которого является ребенок». «Это крайне сомнительно и с правовой, и с моральной точек зрения», — сказала она.

Также в комитете уверены: закон слишком сильно ударит по бюджету. Притом, что его принятие приведет к резкому увеличению расходов на материнство — до 15 млрд рублей в год, содержать «спасенных» детей до совершеннолетия все равно придется государству.

Еще одним аргументом против стало предположение депутата-коммуниста Владимира Уласа о том, что «услугой» в первую очередь захотят воспользоваться асоциальные слои населения, в том числе алкоголики и наркоманы. «А нам нужны нормальные граждане», — резюмировал депутат.

Между тем, пока законодатели спорят, наша страна продолжает удерживать первые места в мире по количеству абортов на душу населения. Так, по данным президента Российского общества акушеров-гинекологов Владимира Серова, на каждую тысячу россиянок детородного возраста приходится в среднем 50 абортов в год.

Британский исследователь этой проблемы Wm. Robert Johnston в последней своей социологической работе приводит еще более удручающие цифры. По его оценке, до 70% беременностей в России заканчиваются искусственным прерыванием. Только 2% наших соотечественниц до 40 лет ни разу в жизни не делали подобную операцию.

Недалеко от России ушли только Китай и Румыния: там показатели примерно те же — до 50%. Правда, в Поднебесной, как известно, из-за перенаселения законодательно запрещено иметь более одного ребенка.

Характерно, что самый низкий уровень абортов — в странах с традиционным преобладанием католической церкви (от 0,1−11,0%). Но и здесь есть свои особенности: в странах с секулярным (светским) католицизмом, таких, например, как Франция, беременность прерывают в три раза чаще, чем в странах жесткого народного католицизма типа Польши и Португалии.

Затем идут протестанты и мусульмане (разницы практически нет) — до 29,9%. И, наконец, печальную пальму первенства держат православные страны, где от 30 и больше процентов всех случаев беременности заканчиваются абортами. Только Греция и Сербия показывают картину, характерную больше для протестантов и мусульман (примерно 15%).

Есть в научной работе Roberta Johnstona и достаточно сенсационные факты. В частности, по его классификации, первое место в мире по числу абортов занимает, как ни странно, Гренландия с населением 57 тысяч человек и ВВП 35 тысяч евро на душу населения. Показатели здесь зашкаливают за отметку 80%.

Впрочем, о проблемах гренландцев пусть думает их правительство. Для нас важнее собственные, тем более что все попытки, предпринимаемые российскими властями последние 10 лет, ситуацию пока существенно не изменили.

По данным Минздравсоцразвития, в конце 2000-х, действительно, наметилась тенденция к некоторому снижению числа абортов во всех возрастных группах. За последние 5 лет операций по искусственному прерыванию беременности стало меньше на 23,2% (в 2004 г. — 1610,5 тыс., в 2008 г. — 1236,4 тыс.). Уменьшается число женщин, прерывающих первую беременность (с 177 тыс. 372 в 2004 г. до 136 тыс. 759 в 2008 г.). Сохраняется положительная динамика в части абортов у девочек-подростков: общее число прерываний беременности в возрастной группе до 14 лет снизилось на 21,8% (с 1059 в 2004 г. до 828 в 2008 г.). В группе 15−19 лет — на 31% (с 160 тыс. 111 в 2004 г. до 111 тыс. 502 в 2008 г.).

Однако эксперты говорят, что заметных оснований считать эту тенденцию устойчивой, к сожалению, нет. Полной картиной чиновники Минздрава вряд ли располагают, поскольку никто не знает, сколько абортов делается за стенами коммерческих клиник.

Что не все аборты в России регистрируются, признает и Владимир Серов:

«Если женщина пойдет на аборт в какое-то частное учреждение, то ее могут и не зарегистрировать, потому что им налоги платить надо. Поэтому когда проводится статистический учет, то примерно около 200−300 тысяч абортов может и не учитываться».

Еще одна проблема — нелегальные и криминальные аборты. Они, как ни странно (ведь запрета на операции нет), все еще практикуются. Причем, не только в маленьких городах и сельской местности, но и в столице.

Так, минувшим летом в Москве в ходе подпольного аборта, который делали в одной из столичных клиник, скончалась приезжая из Киргизии. Чтобы скрыть факт проведения нелегальной операции, медики даже предприняли попытку избавиться от тела пациентки, подбросив его на территорию парка «Лосиный остров». Скандал, тем не менее, вышел наружу и закончился уголовным процессом.

Но в данном случае операцию проводили хотя бы в стационаре, а бывают примеры, когда избавиться от ребенка женщинам помогают лица, вообще не имеющие медицинского образования. При этом понятно, успешный исход операции никто не гарантирует. В Самарской области, например, жертвами подобного хирургического вмешательства не так давно стали две молодые женщины, 23-х и 28-и лет. У одной из них остался маленький ребенок.

Вообще же, по данным президента Российского общества акушеров-гинекологов Владимира Серова, только в прошлом году в нашей стране в результате аборта умерло 340 женщин, почти четверть из них погибли от криминальных операций.

Принудительное вмешательство в женскую природу имеет и другие драматические последствия. От 10 до 15% абортов дают различные осложнения, 8% женщин после них становится бесплодными. Специалисты бьют тревогу: каждый год армия тех, кто не может иметь детей, пополняется на 200−250 тысяч. В России около 15% супружеских пар не способны зачать ребенка. А это, по данным Всемирной организации здравоохранения, — предел, после которого бесплодие становится социальной проблемой…

Вместе с тем общество все еще достаточно терпимо относится к проблеме искусственного прерывания беременности. Хотя, нельзя не отметить, что сторонников полного запрета таких операций с каждым годом становится все больше.

Так, согласно исследованию социологов «Левада-Центра», против введения запрета на аборты сегодня высказываются 48% респондентов, в то время как в 2007 году таких было 57%. Четверть опрошенных считает, что аборты следует разрешать только по медицинским показателям (20% - в 2007 году), еще 16% уверены, что их нужно полностью запретить.

Исследование проводилось в 45 регионах России среди 1600 жителей в возрасте 18−39 лет. Как выяснилось, в ближайшие два-три года 73% из них не намерены рожать детей, ожидая улучшения материальных условий жизни. Только 17% участников опроса собираются в ближайшие годы произвести на свет хотя бы одного ребенка, а 10% затруднились ответить на этот вопрос.

Основные причины, влияющие на решение россиян заводить или не заводить детей, как и прежде, касаются материального благосостояния. Так, по 18% респондентов заявили, что готовы завести ребенка, если будут «иметь уверенность в завтрашнем дне», «хорошо зарабатывать», «улучшатся жилищные условия». Еще 13% хотели бы, чтобы государство больше помогало семьям с несовершеннолетними детьми (11% - в 2007 году). И лишь 28% россиян заявили, что их решение завести ребенка не будет зависеть ни от каких условий.

Отвечая на вопрос, сколько детей вы бы хотели иметь, большинство (43%) сказали, что двоих, 20% - троих, 11% - ни одного, 9% - одного.

Но только ли финансовые проблемы толкают женщину на то, чтобы избавиться от ребенка. И к чему может привести такая кардинальная мера как запрет на аборты? С этими вопросами корреспондент «СП» обратилась к директору Института демографических исследований, вице-президенту Благотворительного фонда защиты семьи, материнства и детства Игорю Белобородову:

—  Думаю, что причины здесь отнюдь не материальные. Скорее, это духовная незрелость и деградация общества в целом. И, конечно, отсутствие какой-то выраженной государственной позиции по защите нерожденного ребенка.

«СП»: — Что имеется в виду?

— В законодательствах многих страх ребенок во внутриутробном состоянии уже охраняется законом. А у нас получается юридическая коллизия: наследственное право, например, предполагает, что в случае смерти отца, нерожденный ребенок является его наследником. При этом в Конституции человек наделяется базовыми правами только с момента рождения, а значит, с момента получения соответствующей справки от врача. Получается, что рожденный ребенок до момента получения такой справки — не человек, и защитить его некому.

«СП»: — А не считаете ли вы, что планировать семью у нас просто дорого? Ведь современные контрацептивы просто не по карману многим женщинам?

—  Дело в том, что сама по себе контрацепция, даже самая современная, не является альтернативой. Достаточно напомнить о ее побочных эффектах, которые фактически приводят к инвалидности женщин — там и проблемы с сердцем, и проблемы с лишним весом, и гормональные нарушения, вплоть до онкологии. К тому же, ни один из ныне существующих способов контрацепции не является 100-процетным. В России вопрос должен ставиться не так. У нас очень тяжелая ситуация с демографией, поэтому альтернативой аборту у нас может быть только рождение ребенка.

«СП»: — Да, но ребенка нужно вырастить. Для этого, как минимум, нужны средства. А ситуации в жизни бывают разные…

— Вы знаете, я каждый день вижу, как детские дворы у нас в Москве забиты самыми разными собаками и собачками. На экзотическую фауну, значит, деньги находятся, я уж молчу об употреблении алкоголя. У нас население на это дело тратит столько денег, что можно было бы воспитать не одного ребенка. Я не говорю о том, столько у нас дорогих иномарок: по этому показателю, кстати, наша страна находится далеко не на последнем месте. Уверен, уровень жизни позволяет спокойно в среднестатистической семье воспитывать, если надо, и четырех, и пятерых детей. Вопрос не в этом. Вопрос в конкуренции и потребностях. И в этой конкуренции выигрывают потребительские ценности.

«СП»: — Потребительские ценности общества?

— Нет, потребительские ценности индивида. Но с другой стороны, когда потребности выстроены правильно, общество живет с пониманием главной ценности — приоритета детей. При любом уровне жизни (я не беру аномальные ситуации, там период войны или что-то в этом роде) все равно будет отдан выбор в пользу рождения ребенка. Другое дело, что государство должно поддержать этот выбор, создать максимально пригодные условия. Но в то же время большинство обитателей Рублевского шоссе сегодня не являются рекордсменами по показателям рождаемости. Скорее наоборот, и это полностью развенчивает миф о материальной природе рождаемости.

«СП»: — Сейчас все больше становится сторонников запрета абортов. Вы считаете, это поможет снять проблему?

—  Сейчас у нас учитывается выбор женщины, но почему-то не учитываются права ребенка, а ведь это тоже человек. Поэтому я, конечно, как православный человек против абортов. Другое дело, что полный запрет проблему не решит. И цель не в том, чтобы запретить, наказать, ужесточить, а в том, чтобы прекратить эту массовую практику детоубийства. Например, в Израиле вы не сделаете аборт так же либерально и спокойно, как у нас. Это стоит не менее 20 тысяч шекелей. Причем, чтобы получить разрешение, надо пройти специальную комиссию, которая скажет, можно прерывать или нельзя. И задача комиссии как раз таки сделать все возможное, чтобы женщина беременность сохранила. Вот, когда у нас будет такое законодательство, тогда, да, можно будет говорить о свободе государства, о семье.

«СП»: — Игорь Иванович, могли бы вы тезисно сформулировать, что нудно сделать, чтобы изменить ситуацию?

— Во-первых, срочно внести в Конституцию положение, согласно которому жизнь человека начинается с момента зачатия. Не с момента рождения как сейчас, а именно с момента зачатия. Этим мы существенно решим все споры на эту тему и тем самым можем избежать жестких методов. Во-вторых, отменить государственное финансирование абортов. Только в 2009 году на это у нас было потрачено 5,5 млрд рублей. Я, как налогоплательщик, не желаю финансировать убийство своих сограждан и считаю, что эти деньги можно тратить на что-то другое. Третье, — внести изменения в подготовку медицинских кадров. У нас, к сожалению, еще работают устаревшие кровавые подходы, когда каждый акушер-гинеколог, чтобы состояться как специалист, обязан практиковать аборт. Отсутствие права выбора деформирует сознание студента. И, конечно, необходимо отделение абортариев от учреждений родовспоможения — нельзя в одном и том же месте и принимать жизнь и одновременно ее забирать. Это — абсурд. Необходим также полный запрет частных клиник. То, что там происходит — настоящий беспредел.

«СП»: — А как вы относитесь к практике некоторых стран, где женщина, не имеющая возможности воспитывать ребенка, может оставить его анонимно в специальном боксе любого роддома?

— Эти боксы называют «окнами жизни». Я только приветствую такую практику. Еще было бы очень правильно, если бы женщине прежде чем делать аборт давали бы неделю на обдумывание своего решения. Беременность — это период очень сильной гормональной перестройки организма, поэтому нельзя принимать решение, основанное только на эмоциях. И, конечно, в стране должна обязательно существовать разветвленная сеть центров кризисной беременности. У нас, например, работает телефон доверия по вопросам кризисной незапланированной беременности и эта услуга очень востребована. Но своим небольшим ресурсом мы не можем покрыть все потребности страны. Если бы за это взялось государство, думаю, результат был бы колоссальный.

ЗАРУБЕЖНЫЙ ОПЫТ

В Ирландии, Мальте, на Филиппинах действуют законы о «защите прав нерожденных детей», и аборты запрещены на всех сроках беременности.

В Польше аборты разрешены на протяжении всей беременности только в случае угрозы жизни матери, кроме того до 12 недель беременности — в случае изнасилования, инцеста или тяжелой аномалии плода.

В Германии также нет практики абортов по «свободному выбору», да ещё за счет государства. Женщина может прервать беременность только до 12 недель — в случае инцеста, изнасилования, угрозы жизни и настойчивого нежелания доносить беременность, при условии, что она прошла обязательное консультирование, направленное на то, чтобы убедить её отказаться от аборта. После 12 недель аборт разрешен только в случае серьезной угрозы физическому и психическому здоровью женщины. Как правило, аборты не оплачиваются государством. Кроме того, в Германии был принят специальный закон о защите прав эмбриона.

Строгие законы в отношении абортов сохраняются в большинстве стран Латинской Америки — Бразилии, Чили, Колумбии, Сальвадоре, Никарагуа и многих штатах Мексики. Там аборты разрешены только в случае инцеста, изнасилования и угрозы жизни матери, а в Сальвадоре существует безусловный запрет на аборты.

Пуэрто-Рико и Куба. Хирургический аборт финансируется государством.

В Греции, несмотря на принятие в 1986 году довольно либеральных законов в отношении абортов, реклама «абортного бизнеса» запрещена.

Швеция. Аборт стоит только 30 долларов. Остальное финансируется из бюджета. Право врача отказаться от производства аборта закреплено законодательно.

Нидерланды, Дания. Аборты финансируются из госбюджета, а также за счет страховок. Доктор может отказываться от абортов.

Канада. Аборты разрешены на любой стадии и производятся за государственный счет. Женщина не должна вообще объяснять, почему она делает аборт.

Хорватия. Обычно отказ врача от производства аборта не влечет за собой репрессивных мер. Открыто хирургические аборты обычно не рекламируют.

Македония. С 1977 года действует законодательство, поддерживающее аборты на сроке до 10 недель. Аборт должен быть совершен только в клиниках, имеющих на то особое разрешение. Если женщина несовершеннолетняя, то нужно разрешение родителей или опекунов. После срока беременности 10 недель, разрешение на аборт даёт специальная комиссия.

Чехия. Аборты производятся в родильных домах, но не финансируются из бюджета. Министерством здравоохранения установлены ограничения оплаты аборта в зависимости от срока беременности. Страховые компании оплачивают аборты при условии, что они делаются по медицинским причинам. Врачи имеют право не делать аборт.

Корея. Аборт разрешен до 28 недель. Кроме желания женщины, необходимо разрешение ее мужа, если она замужем.

Португалия. Аборт разрешен только в случае изнасилования до 12 недель и до 16 недель, если есть подозрения, что ребенок родится с неизлечимой болезнью. Девушки моложе 16 лет должны получить согласие мужа, родителей или родственников. В случае произведения аборта без письменных документов, подтверждающих необходимость прерывания беременности, доктора получают до года тюрьмы.

Норвегия. Признано право врача на отказ от совершения аборта. Врач подает в письменном виде обоснование своему отказу.

Испания. Признано право врача на отказ от совершения аборта.

Австрия. Государство не оплачивает аборты, доктора могут отказываться от этой операции. Однако по медицинским причинам аборты финансируются. Аборт разрешен только в первые 3 месяца. Цены на аборты настолько взвинчены, что предпочитают делать их за границей. Если девочка моложе 14 лет, ей могут сделать и более поздний аборт.

(Использованы данные Центра Семьи (Г. Масленникова) и Human Life International-Eropa)

Фото: mama-journal.ru, myeire.ru

Популярное в сети
Цитаты
Сергей Ермаков

Заместитель директора Таврического информационно-аналитического центра РИСИ

Комментарии
Новости партнеров
Фото дня
СМИ2
24СМИ
Новости
Жэньминь Жибао
Медиаметрикс
Новости сети
Финам
НСН
СП-ЮГ
СП-Поволжье
Цитата дня
В эфире СП-ТВ
Фото
Цифры дня