18+
суббота, 10 декабря
Общество

Россия будет прирастать тюрьмами

Реформаторы ФСИН могут превратить страну в большую «хату»

  
138

Принятая в России концепция развития уголовно-исполнительной системы никуда не годится. Такой вывод сделал бывший начальник НИИ ФСИН России Вячеслав Селиверстов, выступив 15 февраля с докладом на заседании Союза криминалистов и криминологов.

Напомним, что основная идея концепции, по словам директора Федеральной службы исполнения наказаний Александра Реймера, отказ от устаревших форм и методов исполнения наказаний и создание новых форм, соответствующих европейским нормам. В частности, заключенных из зон и колоний предлагается перевести на тюремное содержание — как на Западе.

Реформа также редполагает декриминализацию неопасных деяний и перевод их в разряд административных нарушений. Другая задача, по словам Реймера, заключается в активном использовании залога, домашнего ареста и поручительства в качестве меры пресечения. Планируется также уменьшение количества наказаний, связанных с лишением свободы, за счет введения такой меры, как ограничение свободы и исправительные работы.

Почему то, что хорошо для Европы, не очень хорошо для россиян, рассуждает бывший начальник НИИ ФСИН России, профессор МГУ им. М.В. Ломоносова Вячеслав Селиверстов.

«СП»: — Вячеслав Иванович, вы против реформирования нашей уголовно-исполнительной системы?

— Нет, конечно. Просто существуют проблемы, которые концепция либо вообще не затрагивает, либо предлагает сомнительные решения. Например, что важно определиться с оценкой эффективности действующей системы исправительных учреждений. Речь идет о критериях, которые характеризуют вклад уголовно-исполнительной системы в обеспечение правопорядка в стране.

Основной показатель здесь — уровень так называемого постпенитенциарного рецидива (то есть, доля преступлений, совершенных лицами, освобожденными из мест лишения свободы за определенный период времени). Сейчас повторные преступления составляют, в среднем, около 26% от общего числа преступлений. Но по этой цифре мы не можем сказать, эффективна нынешняя система исправительных учреждений, или нет.

Мы провели исследования, и вот что выяснилось. В течение трех лет после выхода на волю новое преступление совершают, в среднем, 55% освобожденных из колонии общего режима и 29,6% - из колонии строгого режима. Что любопытно, рецидив среди тех, кто вышел на свободу досрочно из колонии общего режима составил 68%, а среди тех, кто отсидел, что называется «до звонка» — «всего» 47%. В случае колоний строгого режима, цифры — 39% и 21% соответственно.

Согласитесь, нужно учитывать эти закономерности, чтобы ослабить рецидив. Тем не менее, в концепции учета постпенитенциарного рецидива не предусмотрено.

«СП»: — Концепция исходит из того, что нынешняя система исправительных учреждений априори неэффективная. Что предлагается взамен?

— Взамен нам предлагают открыть тюрьмы общего, усиленного и особого режимов, а также колонии-поселения с обычным и усиленным наблюдением. Эти новые тюрьмы планируется открыть в 2013—2016 годах. По предварительным расчетам авторов концепции, России потребуется 246 тюрем общего режима (в том числе 58 тюрем для женщин), 161 — усиленного режима, и 21 особого режима. Всего — 428 тюрем.

Реалистичность этого плана вызывает большие сомнения. Дело в том, что новые тюрьмы придется обустраивать по стандартам Европейских пенитенциарных правил. Модель такой тюрьмы была создана в 2009—2010 годах в НИИ ФСИН России. Как оказалось, для постройки тюрьмы европейского типа нужны немалые средства.

К примеру, в 2008 году строительство одного СИЗО, отвечающего европейским стандартам, обходилось в 100 млн рублей за одно место для содержания подозреваемого. Строительство тюрем для отбывания наказания будет стоить дороже, поскольку европейские стандарты предусматривают развитую инфраструктуру. Так, при блоковой системе размещения осужденных (до 50 человек) требуется наличие комнаты разогрева и приема пищи, спортивного зала, комплекса душевых кабин, комнаты проведения культурно-воспитательной работы, ряда служебных кабинетов для работы психолога и социального работника, службы надзора и конвоирования.

Кроме того, при «европейском» подходе существенно увеличится расходы на администрацию тюрем. Расчеты НИИ ФСИН России в 2009 году показали, что в тюрьме общего режима потребуется 56,4% единиц персонала от общего числа осужденных, в тюрьме усиленного режима — 60,3%, а в тюрьме особого режима — 101%. Сегодня для действующих колоний этот коэффициент составляет не более 30%. Другими словами, европейские тюрьмы потребуют многократного увеличения персонала системы ФСИН.

«СП»: — А деньги на эту тюремную перестройку есть?

— В этом главная проблема. Необходимые средства в бюджете не запланированы. Как мы знаем, в числе приоритетных задач строительство тюрем европейского образца не значится. Приоритеты у нас другие — проведение зимних Олимпийских игр -2014, Чемпионата мира по футболу-2018 и далее по списку.

«СП»: — Сколько народа будут сидеть в этих новых тюрьмах?

— Предполагается, что во все 428 тюрьмы переведут около 500 тысяч осужденных. Это возможно только при условии, что численность осужденных в местах лишения свободы будет сокращена на 300 тысяч человек. Авторы тюремной реформы считают, что сокращение даст принятие изменений в УК РФ в части декриминализации ряда составов и либерализации судебной практики.

«СП»: — Что в этом плохого?

— Смягчить наказание можно только тем, кто осужден за совершение преступлений небольшой и средней тяжести. А статистика показывает, что основной «контингент» в местах лишения свободы (80% осужденных) «мотают срок» за тяжкие и особо тяжкие преступления. Понятно, о смягчении наказания в этом случае речь не идет. Но это означает, что решение перевести заключенных в тюрьмы все-таки примут, переводить придется не 500 тысяч осужденных, а как минимум 700 тысяч. А это — еще большие затраты.

Кроме того, авторы реформы считают, что на первом этапе заключенные должны содержаться в строгих условиях. Это означает, что они будут сидеть по камерам, без прогулок, без занятия трудом или учебой, что у них не будет развлечений, кроме лекций начальника тюрьмы по ТВ. Строгий режим означает, кроме того, сокращение числа свиданий, посылок и сумм денег на покупку продуктов в тюремном магазине.

Все это очень похоже на Пенсильванскую пенитенциарную систему США. Суть ее в строгой изоляции осужденных в одиночных камерах без общения между собой и внешним миром. Власти США от этой системы отказались — оказалось, что такой режим увеличивает число суицидов среди заключенных и способствует развитию тяжелых психических заболеваний. Кроме того, выяснилось, что после нескольких лет заключения осужденный терял способность жить на воле.

«СП»: — В наших тюрьмах практиковалось что-то подобное?

— В России жесткие условия отбывания наказания в тюрьмах встречались в 1950-х годах. Они были установлены для лиц, осужденных к каторжным работам за злодеяния, совершенные в годы Великой Отечественной войны — карателей, предателей, старост и т. д. Опасность тут в том, что жесткие условия содержания могут повлечь десоциализацию личности осужденных и, как следствие, увеличить рецидив.

«СП»: — А сейчас осужденные что, по выходу из тюрьмы становятся добропорядочными гражданами?

— Увы, нет. В ноябре 2009 года в исправительных учреждениях страны прошла восьмая специальная перепись осужденных. Перепись зафиксировала тенденцию к дальнейшей десоциализации осужденных. Так, 52,9% зэков не учились и не работали до осуждения, большинство вели паразитический образ жизни.

77,1% осужденных не состояли в браке на момент осуждения. Почти половина (48,1%) осужденных в 2009 году не воспользовались правом на телефонные переговоры, а 68,8% не получили от родственников ни одного денежного перевода. В 2009 году краткосрочными свиданиями не воспользовались 56,5% осужденных, а длительными 66,1%. По результатам предыдущих переписей эти проценты значительно ниже, особенно в советский период развития нашего государства.

Тюремное содержание со строгой изоляцией, на мой взгляд, только усилит процессы десоциализации. В криминологическом плане это чревато повышением уровня рецидивной преступности и, как следствие, разочарованием общества в эффективности мер по борьбе с преступностью.

Из досье «СП»

Вячеслав Селиверстов родился в 1951 году в г. Бийске Алтайского края.

В 1974 закончил юридический факультет Томского государственного университета им. В.В. Куйбышева. Работал в следственном отделе УВД Томской области до 1979 года.

В 1982 в Академии МВД СССР защитил диссертацию на соискание ученой степени кандидата юридических наук на тему «Правовое положение лиц, отбывающих уголовное наказание, не связанные с исправительно-трудовым воздействием, без изоляции от общества».

С 1982 по 1993 работал на кафедре управления органами, исполняющими наказания, и исправительно-трудового права Академии МВД СССР (Российской Федерации).

В 1992 в Академии МВД России защитил докторскую диссертацию на тему «Теория и прикладные проблемы правового положения лиц, отбывающих наказания».

С 1993 по 2000 год работал заместителем начальника ВНИИ МВД России по науке.

В 1993 присвоено звание профессора, в 1997 Указом Президента Российской Федерации присвоено почетное звание «Заслуженного деятеля науки Российской Федерации».

В 2000 принят на работу в аппарат Уполномоченного по правам человека в Российской Федерации в качестве начальника управления.

Действительный государственный советник Российской Федерации 3 класса.

Опубликовал свыше 400 научных, учебно-методических и публицистических работ. Автор семи монографий. Руководитель авторского коллектива по подготовке Уголовно-исполнительного кодекса Российской Федерации, проекта федерального закона «О помиловании». Автор и научный редактор ряда учебников по уголовному и уголовно-исполнительному праву, комментариев к УИК РФ и другим федеральным законам.

Член экспертных советов в ряде комитетов Государственной Думы Российской Федерации и Совета Федерации Российской Федерации.

Фото: nnm.ru

Популярное в сети
Цитаты
Комментарии
Новости партнеров
Фото дня
СМИ2
24СМИ
Новости
Жэньминь Жибао
Медиаметрикс
Новости сети
Финам
НСН
СП-ЮГ
СП-Поволжье
Цитата дня
В эфире СП-ТВ
Фото
Цифры дня