18+
среда, 25 мая
Общество

Лето-2011: Клещ на пороге

Россия вышла в мировые лидеры по количеству заболеваний клещевым энцефалитом

  
1270

Долгожданное тепло, пришедшее, наконец, в большинство российских регионов вместе с солнечными лучами принесло с собой проблему, которую на протяжении многих десятков лет никак не могут решить ни российские, ни зарубежные ученые. Это клещи, кровососущие насекомые из класса паукообразных, размер которых, редко достигающий 3 мм, совершенно не сопоставим с исходящей от них угрозой.

Случайная встреча с этим членистоногим «малышом» где-нибудь на природе, в лесу или в городском парке, несет смертельную опасность, поскольку эти кровососы являются не только переносчиками, но и возбудителями тяжелых инфекционных заболеваний. Подхватив неосторожно насекомое в высокой траве во время прогулки, можно заразиться клещевым энцефалитом, геморрагической лихорадкой или боррелиозом. Каждое из этих заболеваний отличается достаточно высоким процентом летальных исходов, но даже если самого страшного удастся избежать, от последствий человек будет страдать всю оставшуюся жизнь.

Наиболее активно клещи кусаются с апреля по начало июля, потом ненадолго успокаиваются, но в конце августа снова выходят на охоту. К первым заморозкам насекомые засыпают на всю зиму и активизируются вновь с приходом весны.

С начала сезона клещей 2011 года нападению насекомых подверглись уже более 100 тысяч россиян, случаи укусов отмечены в 62 регионах. Эти данные привел главный санитарный врач РФ Геннадий Онищенко. Он также назвал районы, где сложилась наиболее неблагоприятная ситуация — это Красноярский край, Кемеровская, Иркутская и Томская области, там число укушенных в нынешнем году возросло в 4,6 раза.

Не свободен от клещей и столичный регион. Здесь они встречаются и в городских парках, и в подмосковных лесах, особенно лиственных. Традиционно много их в Талдомском и Дмитровском районах, но иногда они забегают в Клинский, Наро-Фоминский, Одинцовский, Павлово-Посадский, Пушкинский, Можайский, Домодедовский и Чеховский районы. С начала года в медицинские учреждения области после укусов обратились уже более 2 тысяч человек.

Энцефалит — самая опасная инфекция, из тех которую переносят клещи. Он начинается обычно как грипп — с небольшой температуры, головной боли, ломоты в суставах. Но потом температура повышается, усиливается головная боль, появляется рвота. Болезнь поражает центральную и периферическую нервную систему, приводит к расстройствам памяти и интеллекта, а тяжелые осложнения могут завершиться параличом и летальным исходом. Разумеется, не все клещи носят в себе вирус — может, 12%. Но пострадавшему от этого не легче…

В народе долгое время ходили слухи, что энцефалитный клещ был выведен искусственно в японских лабораториях в середине 40-х годов прошлого века и в качестве биологического оружия запущен к нам в Сибирь. Однако авторитетные российские ученые эту версию опровергают.

«Советский невролог Николай Иванович Гращенков после войны проводил в Приморье противоэпидемическую работу по профилактике клещевого и так называемого „японского“ энцефалита — возможно, тогда и родилась эта легенда», — объяснил руководитель Международного научного центра исследований экстремальных состояний организма при Красноярском научном центре СО РАН, профессор экологии Рем Хлебопрос.

В мире порядка 10 тысяч видов клещей, говорит эксперт, они есть везде. Что же касается разносчиков энцефалита, то это, по его словам, так называемые иксодовые клещи, которые были зарегистрированы в Приморье еще в 30-х годах.

«На Амур их, вероятнее всего, привезли наши казаки — скорей всего, на лошадях, — продолжает Хлебопрос. —  Клещ до этого обитал в китайских субтропиках, но ввиду активной миграции населения в XIX веке (первая и вторая опиумные войны, восстание тайпинов, восстание „боксеров“) распространился на север. А Уссурийский край по климатическим условиям напоминал ему родину. Адаптировавшись к новому климату, научившись зимовать, клещ стал продвигаться на запад. В 1950—1953 годах, освоив таёжную зону, он перевалил через Урал и пошёл дальше. Сейчас клещ уже превратился в проблему для Австрии и Швейцарии».

В России эти кровососущие к настоящему времени успели заселить практически всю лесную и лесостепную зону, они встречаются даже в тундре, за исключение районов вечной мерзлоты. По оценкам ученых, всего на нашей территории обитает примерно 3,5 млрд. клещей (то есть на каждого жителя страны в среднем приходится по 25 насекомых). Особенно эти членистоногие агрессивны на Дальнем Востоке, на Урале, в Сибири и Карелии, а также в Ивановской Псковской, Ярославской, Костромской, Пермской и Ленинградской областях.

Причем если раньше в группе риска были преимущественно представители профессий, деятельность которых связана с пребыванием в лесу — работники леспромхозов, геологи, охотники, строители автомобильных и железнодорожных дорог, прокладчики трубопроводов, топографы. То сейчас, как отмечают эпидемиологи, около 80% заболевших клещевым энцефалитом горожане, которых клещ настиг на прогулке в парке, пригородном лесу или на дачном участке.

По количеству случаев заболевания клещевым энцефалитом наша страна занимает первое место в мире. Этой опасной инфекцией, по оценкам экспертов, в России ежегодно заболевает около 3 тысяч человек, их них 30% - дети. При этом вероятность умереть от укуса энцефалитного клеща, обитающего на северо-западе и в средней полосе (по разным оценкам) составляет от 1 до 3%. А на Дальнем Востоке смертельные исходы наступают у 20−40% заболевших.

Не менее опасно и другое заболевание, передающееся этими вредными кровососами, — боррелиоз или болезнь Лайма (Лайм — город в США, штат Коннектикут, где впервые была описана болезнь). Каждый пятый таежный клещ переносит бактерию, которая приводит к заражению этой инфекцией. Она поражает нервную систему, суставы, сердце, а начинается все с красного пятна в виде колец на коже в месте укуса.

В России заразиться болезнью Лайма можно после укуса клеща в лесах Ленинградской, Тверской, Ярославской, Костромской, Калининградской, Пермской, Тюменской областей. На Урале, в Западной Сибири и на Дальнем Востоке клещи, несущие боррелиоз, встречаются на пастбищах. В зависимости от сезона вероятность заболевания после укуса варьируется от 5 до 90%.

«Помимо боррелиоза и более широко у нас известного клещевого энцефалита клещи могут заразить человека еще и вирусом геморрагической лихорадки», — рассказал «Свободной прессе» Александр Платонов, доктор биологических наук, заведующий отделом новых и вновь возникающих инфекций, руководитель лаборатории природно-очаговых и зоонозных инфекций Центрального НИИ Эпидемиологии.

«СП»: — Это что-то экзотическое?

— Только по названию: болезнь еще называют крымской или конго-крымской геморрагической лихорадкой. Она встречается, в общем-то, во всем мире, но типична все-таки для субтропических областей. На клещевой энцефалит она совершенно не похожа, хотя не менее опасна. У нас область распространения ее идет по республикам бывшего Советского Союза — это Таджикистан, Узбекистан, и чуть захватывает юг России: Ставропольский край, а также Ростовскую и Астраханскую области. Там каждый год, по крайней мере, в последнее десятилетие (где-то с 2000 года) такие случаи стали регулярно выявлять. Порядка 100 человек с этим диагнозом госпитализируются. Смертность составляет около 2%.

«СП»: — А известно, сколько людей в мире и в России погибает от инфекций, которые переносят клещи?

— Что касается данных по всему миру, то я такими цифрами не обладаю, поскольку такой статистики просто нет. Есть только оценки. Надо понимать, что много людей клещи кусают в Африке, в Индии, в Китае, но там эти подсчеты никто не ведет. Статистика по России есть. Порядок величин приблизительно такой: ежегодно у нас регистрируется около 3 тысяч случаев клещевого энцефалита, около 30 больных гибнет. Клещевым боррелиозом заболевают примерно 8−9 тысяч человек.

«СП»: — Какие «клещевые» болезни наиболее опасны?

— Для конкретного человека трудно сказать. Но сложнее, конечно, поддаются лечению вирусные заболевания. Известно, что микроорганизмы, которые вызывают у нас болезни, делятся на две принципиально разные группы — это бактерии и вирусы. И если бактерии либо легко, либо с большими усилиями все-таки можно убить антибиотиками, то эффективных противовирусных лекарств у нас очень мало. В этом смысле лечить вирусный клещевой энцефалит или вирусную геморрагическую лихорадку гораздо сложнее, потому что сам вирус врачи фактически еще не научились убивать. Ждут, пока сам организм его победит.

«СП»: — Дорого обходится лечение одного больного?

— Ну, самому пациенту оно ничего не стоит. Но навскидку могу предположить, что для бюджета эти затраты составляют порядка 30 тысяч рублей на одного больного.

«СП»: — Можно ли как-то защититься от клещей?

— Борются с ними элементарно — не дают кусаться. Это означает, что выбираясь в лес или на природу, нужно подбирать соответствующую одежду, которая не позволила бы клещу присосаться, — никаких щелочек, через которые они могли бы проползти, не должно быть. Надо знать, что живут они не на деревьях, а преимущественно в высокой траве или кустарнике. Могут подняться на высоту до 50−150 см, и там ожидать свою жертву. А значит, обувь обязательно должна быть закрытая, одежда с длинным рукавом, не помешает капюшон или головной убор. Полезно обрабатывать одежду современными репеллентами: после контакта с обработанной тканью клещи теряют способность присасываться и падают. Есть еще один момент: для того, чтобы передать инфекцию, насекомые должны достаточно долго сидеть на человеке — от нескольких часов до нескольких суток. Так что, если его вовремя снять, то вероятность инфицирования сильно снижается. Поэтому важно периодически осматривать себя и друг друга, хотя бы каждые 15−30 минут: самые любимые места клещей — шея, подмышки, области паха и пупка, ушные раковины.

«СП»: — Да, но это так сказать индивидуальная защита. А обработка территорий, где клещей особенно много, проводится?

— Да, конечно. Но этими вещами должны заниматься территориальные управления Роспотребнадзора. На этот счет существуют даже определенные нормативные документы. Они, правда, сводятся к тому, что страна-то у нас огромная, и засыпать всю ее ядом было бы не правильно. Поэтому обработки проводятся обычно только на тех территориях, где есть опасность клещей и где заведомо известно, что там будут жить люди — это пионерские лагеря, дома отдыха, санатории, городские лесные парки. Такие территории обрабатываются, иногда по нескольку раз в год.

«СП»: — А вакцины какие-то существуют?

— На данный момент существует только прививка от клещевого энцефалита, и то каждые три года ее необходимо повторять. Прививок против клещевого боррелиоза, а также ряда других инфекций, переносчиком которых является клещ, — от той же геморрагической лихорадки — в мире пока не существует. Но даже имеющейся от клещевого энцефалита вакциной охвачено менее 50% населения в тех регионах, где это жизненно необходимо.

«СП»: — Почему?

— У нас, к сожалению, много противников вакцинации: некоторые почему-то считают, что прививка нарушает естественный иммунитет. Да, бывают случаи, когда она вызывает нежелательные последствия, — но это один случай на миллион. Пока вакцина — единственное оружие против клещевого энцефалита. Профилактика типа «попью молочка, и все пройдет», здесь не поможет. Еще одна проблема: государство на 100% не оплачивает вакцинацию населения даже в самых опасных регионах: частично она идет за счет федерального бюджета, частично деньги дают регионы, иногда находятся спонсоры, иногда платят сами люди. Отсюда, наверное, и такой небольшой процент населения такими прививками.

«СП»: — Александр Евгеньевич, а как решается эта проблема в других странах?

— Опять же зависит все от государственной политики. В Австрии, например, где еще несколько лет назад все было очень серьезно, сейчас заболеваний клещевым энцефалитом практически нет. Такой результат дала поголовная вакцинация населения — более 90% австрийцев привиты от вируса. А вот в Чехии и Словакии, где раньше болели в два раза реже, чем в Австрии, от всеобщей вакцинации отказались, теперь там клещи большая проблема. Встречаются они и на юге Финляндии и Швеции. Правда, местные клещи, являются переносчиками так называемого «европейского» подвида вируса, а он не такой зловредный как наш «дальневосточный».

О недостаточном внимании к проблеме на местах не раз высказывался и главный санитарный врач РФ Геннадий Онищенко.

По его мнению, что уровень заболеваемости клещевым вирусным энцефалитом — это следствие роста активности природных очагов и сокращения противоклещевых обработок. Для барьерных наземных обработок используются малоэффективные препараты. Да и сама обработка в большинстве субъектов РФ проводится только на территориях летних оздоровительных учреждений. К тому же местные бюджеты скупы на приобретение специальных противоклещевых препаратов. Как следствие такого отношения, «расходы на лечение от последствий укусов клещей перекрывают расходы на профилактику», говорит Онищенко.

Глава Роспотребнадзора признает, что и охват населения прививками против клещевого энцефалита не соответствует нормам:

«Напомню: на эндемичных (там, где встречается вирус — прим. „СП“) по клещевому вирусному энцефалиту территориях должно быть привито не менее 95% тех, кто здесь живет. И если раньше достаточно было прививать тех, кто трудится в лесах, парках, то теперь прививки необходимы и горожанам».

Что касается лесных просторов Родины, то эти территории уже лет 30 никто от клещей вообще не обрабатывает, рассказал «СП» руководитель лесной программы Гринпис России Алексей Ярошенко.

«Препараты, которые есть, они либо дороги (поэтому используются на ограниченных пространствах внутри городов — в парках и лесопарках), либо очень ядовитые, как например, ДДТ, который использовали в 70-е годы (сейчас он тотально запрещен), либо, как третий вариант, они просто не действуют, — говорит эксперт. — Поэтому массово в лесах этим никто сейчас не занимается, да и совершенно не реальная это вещь — извести клещей. Пока она человеку неподвластна. Когда были накоплены огромные запасы ДДТ, пытались в отдельных районах большие площади посыпать, но от такой защиты было больше вреда — погибало все живое».

Ярошенко предостерег:

«Некоторые пытаются бороться с клещами поджогами: стараются выжечь сухую траву в расчете на то, что потом на этой территории клещей не будет. А это как раз приводит к обратному эффекту, потому что гибнут муравьи и другие хищные насекомые, которые естественные враги клещей. В результате клещей становится только больше».

Вообще с каждым годом клещей, по словам эколога, становится все больше, а теплые зимы последних лет способствуют миграции насекомых в северные районы:

«Для Карелии и Архангельской области это никогда не было проблемой, сейчас же это очень большая проблема. Хотелось бы, конечно, чтобы этой нечестии было поменьше, но никто еще не придумал, что с этим можно сделать».

Между тем, недавнее ЧП в городе Сальске Ростовской области свидетельствует, что с клещами шутки плохи.

В начале мая в местную больницу с высокой температурой поступила беременная пациентка. Выяснилось, что во время праздников она отдыхала на природе. Там, по всей видимости, ее укусил клещ, зараженный крымской геморрагической лихорадкой. За жизнь женщины и ее ребенка медики боролись несколько дней, но все усилия оказались тщетны.

В этом году инфекция стала причиной гибели двух человек в Ростовской области. Прогнозы эпидемиологов неблагоприятны, как и прогнозы синоптиков. Дождливая весна и теплое лето создали идеальные условия для активного размножения опасных насекомых.

Фото: «© Павел Головкин/Коммерсантъ»

Рамблер новости
СМИ2
24СМИ
Комментарии
Первая полоса
Рамблер новости
СМИ2
Новости
24СМИ
Жэньминь Жибао
Медиаметрикс
Финам
Миртесен
Цитаты
Руслан Хасбулатов

Экономист, экс-председатель ВС России

Аждар Куртов

Политолог

НСН
Миртесен
В эфире СП-ТВ
Фото
СП-Юг
СП-Поволжье
Жестокая правда без любви Жестокая правда без любви

Никита Михалков в Пензе говорил о «Ельцин-центре», травле «Утомленных солнцем» и потерянных поколениях