18+
суббота, 10 декабря
Общество

Маугли для Путина

Премьер-министр встал на защиту сельских школ, которые успешно «оптимизировали» еще в период его второго президентского срока

  
147

Выступая на съезде Всероссийского педагогического собрания, премьер-министр России Владимир Путин высказался против закрытия малокомплектных сельских школ и предложил создавать на их основе филиалы базовых школ в деревнях. «Нужно искать решение по каждому конкретному случаю», — призвал Путин, комментируя закрытие школ в деревнях и школах из-за больших расходов на их содержание. То есть, не прошло и пяти лет со времени начала беспрецедентной кампании по закрытию сельских школ в стране, как глава правительства решил поговорить на эту тему. Мало того, он пообещал в течение 2011−2013 годов направить 120 млрд рублей на модернизацию системы образования. Как это говаривал известный персонаж? «При слове „культура“ я хватаюсь за пистолет?» Когда речь идет о «модернизации школы» по-путински, — те же позывы…

Нацпроект в действии: Следите за руками!

Целый год ученики средних классов поселка Краснолесье Калининградской области ходили в школу, которой нет, а учителя, работая, не получали зарплату. Шли уроки, выставлялись оценки — все как в обычной школе, но формально ее не существовало. Впрочем, уже давно ее нет и реально. Тихое сопротивление родителей и молчаливый подвиг педагогов иссякли в неравной борьбе с чиновниками. «Смешно не поддаваться, если ты — стена, а пред тобою экскаватор».

Эта вопиющая история началась еще летом 2005 года, когда жители поселка на общем собрании 19 августа единогласно проголосовали за сохранение школы, но вопреки закону это не повлияло на решение властей. Министр образования Калининградской области Наталья Шерри, которую тогдашний путинский ставленник Георгий Боос привез с собой из Москвы, сообщила, что «реструктуризация школ это, прежде всего, поиск оптимальных моделей существования каждого учебного заведения в отдельности, для учащихся, учителей, родителей». Но какие перспективы у школы, которую закрывают? И почему «оптимальные модели» заставляют рисковать жизнью и здоровьем учеников, которые, по замыслу Шерри, должны ездить в школы соседних поселков за 12−16 км от Краснолесья? По разбитой дороге, на которой на тот момент ГИБДД запретило передвигаться и рейсовым автобусам? Чиновники предложили выход — отдать детей в интернат.

— Зачем же я буду отдавать в интернат ребенка, которого недавно взяла из приюта? —  недоумевала Надежда Шидлаускене. — Мы только-только наладили ее общение со старшими моими сыновьями, они начали привыкать друг к другу, и теперь их снова разлучают! Я хочу, чтобы дети учились вместе, чтобы они были рядом и под присмотром, чтобы не прерывался образовательный процесс. Это же так важно — ходить в ту школу, где учились и мы, их родители. Тем более, что школа у нас очень хорошая, уютная, теплая. Детей там любят, наши выпускники находят свое место в жизни.

Поселок Краснолесье, лежащий на стыке Нестеровского, Озёрского и Гусевского районов - не медвежий угол. Расположенные здесь лесхоз и карьер давали в ту пору работу сельчанам с высшим и средним образованием. Выпускники этой сельской школы, которая была открыта здесь 60 лет назад, еще в немецкие времена, поступали в лучшие вузы страны, больше всего кадров школа традиционно «ковала» для петербургской Лесотехнической академии. Это и не удивительно — сельские ребята привыкли работать в школьном лесничестве. Уроки у них вели учителя высшей квалификации, влюбленные в свое дело и в свой край.

«Реструктуризация» успешной школы лишила её старших классов, оставив только начальные. И если бы только в Краснолесье… Как только начальник управления образования администрации МО «Нестеровский городской округ» Татьяна Синцова огласила причины закрытия сельских школ, тут же была уволена. Еще бы! Ведь именно ее свидетельство сделало очевидным тот факт, что причина реструктуризации — финансовая. Раскрылась страшная тайна. Оказывается, в нашем государстве (еще до всякого кризиса!) денег на школу не хватило. 25 тысяч рублей в год на ученика в Краснолесье — много. Чтобы спасти свои учебные заведения, учителя Калининградской области «затянули пояса»: на общих собраниях отказывались от своих надбавок за стаж, звания, государственные награды, за классное руководство, за заведование кабинетами, за проверку тетрадей, за повышенную категорию. Такой гримасой обернулся для них «нацпроект».

Не захотят по-хорошему — отберем детей

Сокращать сельские школы — лишать будущего поселки области — цинично. Не стоит село без школы. Но в течение только 2007 года в регионе были закрыты 65 сельских учебныз заведений. Это значит, что в 65 поселках деградирует и замирает жизнь. Сюда не вернется молодежь, не поедут мигранты, которых будто бы ожидали в Калининградской области.

Если образование — это вклад в будущее, то на примере Калининграда нам дали ясно понять, что для сельских детей оно неизбежно маргинальное. А ведь еще недавно в России этот вклад был выгоден и самому государству. Но сегодня критерием способностей ребенка считается социальный статус и материальное положение родителей. На первой же своей пресс-конференции министр Шерри публично призывала «использовать родительские деньги» в школе:

—  Родители должны помогать школе, — сказала Шерри, — Если они хотят получить результат, то должны вместе со школой вкладывать в ребенка силы и делать материальные вклады.

Это говорит крупье в казино? Нет, чиновник от образования. На чье месячное жалование могли бы целый год учиться пятеро ребят из Краснолесья. А ведь никогда прежде в России в общеобразовательную школу родители денег не несли. Скорее, школа могла помочь ребенку, в том числе и материально. На том и стояли.

Но сегодня Филиппок российской школе не нужен. Она его отвергает. Она приучает его к мысли, что все, в том числе «разумное, доброе, вечное» существует не для него, а для тех, кто способен «делать материальные вклады». В любой калининградской школе уже давно ряд обязательных предметов учителя ведут только платно. Ну, не хочет никто преподавать английский за ту зарплату. Это в то время, когда в Европе и Америке школьное и очень часто высшее образование даются бесплатно. Кто из родителей в Финляндии, Германии, Швеции, Канаде платит за образование детей? За исключением тех, кто отдает своих чад в элитные школы, никто.

Краснолесненскую школу уничтожали последовательно, методично, «степ бай степ». Сначала пришел приказ — старшеклассникам запретили пользоваться компьютерами, только что проведенным интернетом, библиотекой и школьным питанием. В столовой стало так — один кушает, трое ему в рот смотрят. Расстраивают повара вопросами: «А нам не дадите?»

— А как я могу дать, если ваших порций уже нет!

Родителям пригрозили расправой: кто не отдаст своих детей в другие школы за десятки километров от родного дома — лишат родительских прав. Последовала инициатива от комиссии по делам несовершеннолетних Нестеровского округа: детей оставить на второй год, а родителей предупредить об ответственности и штрафных санкциях за неисполнение обязанностей по воспитанию и образованию детей. Уведомительные письма об этом получили те, кто отказался отдавать своих детей в интернаты или рисковать их здоровьем и безопасностью при поездках по разбитой дороге в школы соседних поселков. Такой же вивисекции подверглись еще полсотни школ в очень маленькой, компактной области. Но пали они тихо, почти без сопротивления. Это Краснолесье, где был дружный коллектив учителей, учеников, родителей, долго издавало глас вопиющего в пустыне…

Казалось бы, уже нет в Калининграде того Бооса и той Шерри, уехали временщики, чего ворошить былое? Но за разгром сельских школ в Калининграде никто не понес наказания. Да и не понесет, ясный перец.

Россия, вперед, в Средневековье

— За последнее время в регионе было закрыто 73 школы, — грустно констатирует член фракции КПРФ, заместитель председателя областной думы Юрий Семенов. — В поселках, оставшихся без школ, много ребят, которые не учатся. Речь идет о сотнях детей.

Я встречался с ними, знаю их родителей. Недавно был в поселке Славянском. Это полуразрушенный поселок, дети там влачат сиротское существование.

«СП»: — Кто же вырастет теперь из них?

— Маугли.

«СП»: - А каковы судьбы тех сельских учителей, которых лишили работы?

— К нам обращались и эти люди. Учителя ушли кто куда. В основном работают у себя на огородах.

«СП»: — Путин нам сообщил, что школы больше закрывать не надо.

— А чего закрывать, когда они уже закрыты? Причем закрыты и старые школы, построенные еще при немцах, и те, которые возвели в советское время. Мы постоянно встречаемся с губернатором Цукановым, требуем остановить это позорище в области.

Представители местной администрации настроены куда более оптимистично.

— Во-первых, цифры которые приводит Семенов, не совсем точные. С 2006 по 2010 год было закрыто 56 школ. Из них — 49 сельских. Во-вторых, большинство, по сути, не закрыты, а просто лишились статуса самостоятельного юридического лица, — говорит Светлана Трусенёва, первый заместитель министра образования Калининградской области — В рамках программы модернизации школ, инициированных премьером Владимиром Путиным и президентом Дмитрием Медведевым, мы должны создать новую современную школу, в том числе и путем открытия филиалов больших городских школ на селе. Это, я уверена, очень правильная тенденция. Это хороший выход из ситуации с точки зрения подпитки квалифицированными кадрами и создания современной материальной базы. Ребенок, вне зависимости от того, где он живет в городе или на селе, должен иметь возможность получать качественное образование на современном уровне. Он имеет на это право.

«СП»: — А что выдумаете о тех сельских детях, которые не получают образования после закрытия школ?

— Нет у нас таких детей! У нас всеобуч. Другое дело, что многие ребята находятся на подвозе. Максимальное плечо подвоза школьников — 14 км, соответствует требованиям Санпина.

«СП»: — Чем закончилась история с Краснолесненской школой?

— Там осталось 13 учеников, школа функционирует в статусе начальной школы-детского сада. Родители остальных сами сделали свой выбор, повезли обучать своих детей в близлежащие муниципалитеты, в Гусевский район, в большие школы. Сегодня в Краснолесье первый класс вообще не набирается.

«СП»: — Когда закончат эти 13 человек начальные классы, то им тоже придется ездить?

— Почему нет? Они сядут в автобус и поедут учиться в другие школы.

«СП»: — До «оптимизации» там обучалось минимум 45 детей. А что произошло с учителями, которые там преподавали?

— В основном это были уже люди пенсионного возраста. В учреждении остались работать семь человек. Трагедии никакой нет.

Алексей Соколов, учитель Краснолесенской школы, директор КРОУ «Виштынецкий эколого-исторический музей», кандидат биологических наук:

— Для жителей Краснолесья и его окрестностей закрытие школы осталось больной темой. Теперь здесь начальная школа-детский сад с двумя класс-комплектами. Остальные дети посёлка учатся в разных школах на подвозе. Большинство каждый день вынуждены ездить в город Гусев. Это 30 километров от Краснолесья. Учителя работают в разных школах, некоторые остались без работы. Всё, что произошло с нами — это преступное безумие. То, что поселок лишился школы, к каким-то экономическим плюсам не привело. Приезжие спрашивают первым делом: есть ли у вас школа? И, услышав ответ, отказываются ехать сюда. Теперь под вопросом уже существование начальной школы. Страдают-то дети! Кому это надо? Государству? Я не понимаю.

«СП»: — Бывает такое, что дети не учатся?

— Конечно. Когда проблемы с автобусом, а он нередко ломается, дети остаются дома. А из поселка Сосновка за три километра от Краснолесья автобус перестал ходить. Хотя обещали, что автобус будет. А теперь говорят родителям: это ваше дело. Дети сначала идут до Краснолесья, а отсюда еще тридцать километров едут до Гусева. Конечно, они возвращаются домой уже вымотанными. А еще уроки готовить.

«СП»: — Школу разгромили, и в следующем году, по данным минобра, у вас даже первоклассников нет?

— Мы об этом с самого начала предупреждали. Если дети уезжают учиться в другие населенные пункты, то вслед за старшими поедут и младшие. Брат и сестра едут вместе, родители не оставляют детей одних. Конечно, нарушаются права детей на обучение. Нарушен федеральный закон «Об образовании». Школа была расформирована противозаконно. Когда мы дошли до Верховного суда, он просто не стал рассматривать наше обращение за истечением времени. Хотя мы указывали на вопиющие нарушения.

С чего начинается Родина?

Владимир Морар, заслуженный учитель России, победитель Всероссийского конкурса «Учитель года-2000».

— Говоря о том, что не надо больше закрывать сельские школы, Путин, по сути дела, признал ошибочность той политики, которую проводил. Я всегда был активным противником этого процесса. Сегодня в образовании возобладал принцип рентабельности. Но образование — это не рыночный сектор. Рассматривать саму школу как бизнес-предприятие — вещь немыслимая. А нам без конца внушают: школа должна зарабатывать себе на жизнь. Бредовая идея! Общество должно быть заинтересовано в качественном образовании для всех, ведь по сути дела будущее общества зависит от того, что оно вкладывает в школу. Россия преступно мало тратит на образование.

Нельзя методами свободного рынка регулировать такие отрасли, как медицина, как образование. Если наша цель — качественное образование для всех, то такая политика порочна. Если цель — создать школу качественного образования для элиты, а для остальных и так сойдёт, тогда это правильные шаги.

Сегодня серьезные ученые говорят, что мы идем от народного образования к платному обучению. Это политика правящего класса, людей, которые не связывают свое будущее с Россией, их дети учатся за рубежом. Поэтому создаётся так называемая школа двух коридоров: одна — для элиты, где прекрасные классы, прекрасные учителя, которые предоставят массу «услуг». А на всё остальное денег не хватит. В этих условиях сельская школа стала «нерентабельной». Мы попали в капкан. Уже сегодня некоторые дети бросили школу — да, такие факты есть. Дороги так плохи, что автобусы не всегда могут их преодолеть, и дети встают в шесть утра, вынуждены идти пешком в любую погоду, какой после этого ребенок на уроке? Но это мелочи по сравнению с тем, что мы зародили этой политикой. Когда мы закрываем школу, мы ставим крест на этой территории, мы ее не развиваем. А если мы ее не развиваем, то о какой продовольственной безопасности, о каком развитии села может идти речь?

На самом верхнем фото автора: Дети Краснолесья ждут решения своей судьбы

Популярное в сети
Цитаты
Комментарии
Новости партнеров
Фото дня
СМИ2
24СМИ
Новости
Жэньминь Жибао
Медиаметрикс
Новости сети
Финам
НСН
СП-ЮГ
СП-Поволжье
Цитата дня
В эфире СП-ТВ
Фото
Цифры дня