18+
суббота, 3 декабря
Общество

Российский страж армянских рубежей

В случае новой войны за Нагорный Карабах наша 102-я военная база в Гюмри немедленно уйдет в партизаны

  
936

Российские военные будут стоять в Закавказье как минимум до 2044 года. Это стало фактом после того, как в пятницу, 17 июня, Государственная Дума РФ ратифицировала протокол о внесении изменений в двусторонний договор о нашей 102-й военной базе в армянском городе Гюмри. Еще раньше то же самое проделал парламент этой республики.

Причем, в Ереване обсуждение прошло намного горячее, чем в Москве. Что и понятно: тлеющий конфликт вокруг Нагорного Карабаха очень беспокоит наших единственных закавказских союзников. Из Азербайджана все чаще звучат воинственные заявления о неизбежности возвращения спорной территории силой оружия. Поэтому замминистра обороны Армении Ара Назарян, который представлял протокол на ратификацию своим депутатам, специально оговорился, что по новому документу «Россия будет содействовать обеспечению безопасности страны, а в предыдущей версии она лишь обязалась защищать безопасность границ бывшей советской Армении». Назарян убеждал депутатов, что теперь нет повода для опасений, что российская военная база призвана обеспечить безопасность границ Армении исключительно с Ираном и Турцией. То есть, если азербайджанцы решатся на вторжение, разъяснял парламентариям Назарян, российский солдат окажется в одном окопе с армянским.

О том, насколько Ереван заинтересован в наличие российского гарнизона в Гюмри, говорит такой факт. 102-я российская военная база, наверное, единственная в мире, за которую платит не ее фактический хозяин, то есть — Москва, а страна пребывания. То есть Армения. Что мировой практике противоречит. Даже Соединенные Штаты регулярно рассчитываются с кубинцами за свою базу в Гуантанамо.

Однако следует учесть, что у Азербайджана с Турцией заключен такой же союз, как у нас с Арменией. Тогда логично предположить, что в случае апокалипсического развития событий вокруг Нагорного Карабаха турки могут выступить на стороне Баку.

При всей невероятности такой ситуации, она, судя по всему, обсуждается на достаточно высоком уровне. Во всяком случае, в мае министр обороны Армении Сейран Оганян заявил, что в случае агрессии Азербайджана его страна рассчитывает на выполнение обязательств со стороны своих партнеров по Организации Договора коллективной безопасности (ОДКБ). Понятно, что речь, прежде всего, о России. Слова эти Оганян произнес сразу же после переговоров с начальником Главного оперативного управления Генерального штаба Вооруженных сил РФ генералом Андреем Третьяком. По сообщению портала Eurasianet, Третьяк подтвердил, что в случае начала военных действий Россия выполнит свои обязательства по договору. То есть, — поспешит на защиту своего союзника по ОДКБ. Генерал подчеркнул, что на сей раз Россия не откажется от вмешательства, как это случилось во время погромов в Киргизии. Тогда что же — не исключена новая русско-турецкая война?

Не стоит даже упоминать, что Турция — член НАТО. Это, конечно, добавляет черных красок в из без того мрачную картину при таком повороте событий. Оставим в стороне рассуждения об очевидном превосходстве турецкой армии над нашей и, тем более, армянской, в обычных вооружениях. Задумаемся о другом: с чем наши Вооруженные силы могли бы вообще ввязаться в гипотетическую новую русско-турецкую войну? Сухопутной границы с Турцией Россия не имеет. Как, впрочем, и с Арменией. Чтобы помочь союзникам не только по воздуху, надо преодолеть территорию враждебно настроенной Грузии. А это проблема. Остается та самая 102-я военная база, которую мы намерены держать в тех краях на страже армянских и российских государственных интересов. При таких раскладах если воевать с Азербайджаном и Турцией, то только ей.

Что на сегодня представляет собой 102-я база? Численность личного состава — около 5 тысяч человек (из них примерно 2500 россиян и 2000 этнических армян-контракников). В состав базы входят три мотострелковых полка (123-й в Ереване, 124-й и 128-й в Гюмри), 992-й артиллерийский полк, 988-й зенитный ракетный полк (оба в Гюмри), 116-й отдельный танковый батальон, 772-й отдельный разведывательный батальон. Кроме того, в составе группировки подразделения боевого обеспечения. Там же — 3624-я авиабаза (Эребуни, 18 истребителей МиГ-29) и 700-й пункт наведения авиации, а также дивизион систем противовоздушной обороны С-300.

Как политический фактор — это, возможно, годится. А вот для серьезных боевых действий явно маловато. Возможно, в нашем Генштабе жива надежда в угрожаемый период перебросить в Армению пополнение? Скорее всего, напрасно.

Несколько лет назад мне довелось побывать на учениях в почти такой же российской военной базе, только в грузинском городе Ахалкалаки. Населенном, кстати, почти исключительно этническими армянами. Та база называлась 62-й, входила в Группу российских войск в Закавказье (в 2007 году и военная база в Ахалкалаки, и ГРВЗ были расформированы). Командовавший ГРВЗ в ту пору генерал-майор Александр Студеникин (впоследствии генерал-лейтенант, заместитель главнокомандующего Сухопутными войсками РФ) пригласил меня на заслушивание плана учений. Докладывал командир 62-й военной базы полковник Евгений Ачалов, брат того самого заместителя министра обороны СССР генерал-полковника Вячеслава Ачалова, блестящая военная карьера которого оборвалась на ГКЧП в 1991 году.

Евгений Ачалов лихо водил длинной указкой по трехметровой карте во всю стену и рубил фразы хорошо поставленным командирским голосом:

— Противник силами армейского корпуса вооруженных сил Турции при поддержке штурмовой авиации и боевых вертолетов наносит удар в направлении горного перевала. Артиллерийскому дивизиону 62-й базы поставлена задача заградительным огнем не допустить выдвижения противника…

Его на полуслове прервал присутствовавший на учениях в качестве гостя заместитель министра обороны Армении (впоследствии — министр обороны) Михаил Арутюнян. Сам в прошлом командир советской артиллерийской бригады, он знал, что спросить:

— Скажите, товарищ полковник, как на сегодня укомплектована ваша база личным составом?

— Офицерами — на 60 процентов. Солдатами и сержантами — на 15 процентов.

— Вы согласны, что такими силами вы вообще никаких боевых действий вести не сможете? Значит, в угрожаемый период вам понадобится срочное пополнение. Откуда оно поступит?

Ачалов и глазом не моргнул:

— Согласно мобилизационному плану, утвержденному Генеральным штабом, пополнение самолетами будет подано из Ростова-на-Дону.

— То есть военно-транспортным самолетам придется входить в воздушное пространство Грузии и садиться на ее территории, — иронично продолжал Арутюнян. -А Грузия примет эти российские самолеты?

Только тут рубака-Ачалов дрогнул и развел руками:

— Ну, если будет политическое решение…

Конечно, полковник и сам понимал: если и будет политическое решение Тбилиси на этот счет, то единственное — сбивать самолеты с российскими опознавательными знаками. Михаил Саакашвили уже и тогда только что не пинками гнал ГРВЗ из своей страны и создавал ей просто невыносимые условия для службы.

В общем, понятно, что ачаловская карта с замыслом учений была наверняка просто срисована с той, что создавалась когда-то штабом стоявшей в этих краях советской 147-й мотострелковой дивизии, из остатков которой и сформировали 62-ю российскую военную базу. Дивизия входила в состав перворазрядного Закавказского военного округа, основу которого составляли наши 4-я и 7-я общевойсковые армии и 31-й армейский корпус. Их поддерживала 34-я воздушная армия и 19-я армия противовоздушной обороны. Тогда действительно было кому и чем биться за грузинские и армянские, прежде — советские перевалы. То, что в 2005 году вынуждены были затевать под Ахалкалаки генерал Студеникин и полковник Ачалов не тянуло даже на партизанские действия. Что и подтвердил следующий день, когда учения развернулись в поле.

Сформированные исключительно из офицеров (солдаты — контрактники, почти сплошь из местных, ахалкалакских армян, вообще, видимо, ничего не умели, кроме как расписываться в платежных ведомостях) артиллерийские расчеты с горем пополам докатили до полигона три едва живые самоходных гаубицы «Акация». Задача была такой: разок выстрелить, когда прикажут, хотя бы из одной, условно обозначая слаженный заградительный огонь артдивизиона по перевалу. Но и ее выполнить не удалось.

— Сейчас огневое поражение противнику будет наносить артдивизион, — объявили по трансляции на командном пункте учений.

Все замерли. Тишина. Минута, другая… Тихо. Только понимающе ухмылялся бывший советский артиллерист Арутюнян.

— Переходим к следующему эпизоду учений, — морщась, как от боли, приказал прошедший обе чеченские кампании генерал Студеникин.

Можно, конечно, утверждать, что было это шесть лет назад. И не в Армении, а в Грузии. Зато вот сейчас, когда все министром обороны Анатолием Сердюковым приведено к «новому облику», туркам и азербайджанцам обороняемые нами горные перевалы ни за что ни взять. Только лично я в этом сильно сомневаюсь. Как и в боевых достоинствах 102-й военной базы, которую в армянских горах оставили до 2044 года. Зачем?

Фото: pilot.strizhi.info

Популярное в сети
Цитаты
Леонид Исаев

Заместитель руководителя лаборатории ВШЭ, востоковед

Комментарии
Новости партнеров
Фото дня
СМИ2
24СМИ
Новости
Жэньминь Жибао
Медиаметрикс
Финам
НСН
СП-ЮГ
СП-Поволжье
Цитата дня
В эфире СП-ТВ
Фото
Цифры дня