18+
среда, 20 сентября
Общество

Удар током

Военные превратили солдата в калеку и говорят, что он сам виноват

  
38

19-летний Никита Сибин лежит в отделении острых термических поражений Московского городского НИИ скорой помощи имени Н. В. Склифосовского. Парень потерял правую руку и ухо. Разговаривает с огромным трудом — сказываются операции и непривычность к новому состоянию. Из здорового, полного сил и энергии человека, Никита превратился в инвалида. Однако он согласился рассказать о случившемся корреспонденту «СП».

— Я служил в ракетной части в Подмосковье, в селе Введенское. Меня с сослуживцами отправили охранять имущество в часть, находящуюся под Звенигородом. Она расформирована. Нам сказали, что местные жители могут всё растащить.

«СП»: — С вами проводили инструктаж?

— Нет.

«СП»: — Чем вы там занимались?

— Обходили территорию, следили, чтобы никто туда не проник.

«СП»: — Что же произошло?..

— Меня отправили обследовать бункер. Я спустился, увидел аккуратно скрученные мотки кабеля и листы железа. Больше ничего не помню. Знаю, что меня отвезли в Рузскую больницу, а потом в НИИ Склифосовского.

Никита родился и вырос в городе Отрадное Кировского района Ленинградской области. После окончания восьми классов стал работать грузчиком на мебельной фабрике. Мечтал поступить в профлицей, выучиться на штукатура-облицовочника.

— Сын очень любил футбол, играл с мальчишками двор на двор. Вырезал из газеты статьи и заметки о футболе. Жили мы скромно, но дружно. У меня есть ещё один сын — Николай, на два года старше Никиты. Служил матросом в городе Балтийске Калининградской области. Я 15 лет работала дежурной по железнодорожному переезду. В апреле этого года получила знак «За безопасность движения поездов». Сейчас работаю навесчицей заготовок на заводе, производящем металлическую мебель, - рассказывает мама Никиты Наталья Сибина.

«СП»: — Военные навещали Никиту в больнице?

— Нет. И не интересовались его состоянием.

«СП»: — Как они объяснили случившееся с вашим сыном?

— Сказали, что он сам виноват, в бункер его не посылали. Не сообщили мне, возбуждено ли уголовное дело.

У сына в раннем возрасте обнаружилась проблема со слухом. Ему сделали операцию. Слышал очень плохо, научился читать по губам.

«СП»: — Почему его призвали в армию?

— Не могу ответить на этот вопрос. Через несколько месяцев после призыва он попал в госпиталь, находящийся в Солнечногорске. Диагноз ему не сообщили. Подозреваю, что была пневмония. Он хрипел, кашлял.

Корреспондент «СП» обратился в министерство обороны РФ, дабы узнать, что думают высокие военные чиновники о случившемся с Никитой Сибиным, возбуждено ли уголовное дело, ответит ли кто-либо за то, что армия превратила парня в инвалида, на каком основании призвали на службу слабослышащего парня. За три дня упорных телефонных звонков в министерство не удалось получить ответ ни на один из этих вопросов.

— Солдат не инструктируют, направляя в опасные места, не следят за ними, используют как рабов. Принуждая к тяжёлой работе, офицеры не учитывают ни физическое, ни психологическое состояние солдат. Для того, чтобы работать с электричеством, рядовые должны пройти обучение и сдать экзамены. С Никитой Сибиным обошлись так же, как обходятся со всеми срочниками, — говорит председатель Санкт-Петербургской региональной правозащитной организации «Солдатские матери Санкт-Петербурга» Элла Полякова.

«СП»: — Часто ли удаётся отстоять права пострадавших солдат?

— По делам о незаконном призыве — довольно часто. А если солдат избит или искалечен — в крайне редких случаях…

«СП»: — Почему военные суды упорно не желают вставить на сторону рядовых?

— До судов доходит часть правды. Военные следователи из кожи лезут, чтобы закрыть дела о покалеченных солдатах. Глумятся над пострадавшими рядовыми, постоянно повторяя: «Докажи, что стал жертвой дедовщины!» Даже при очевидных доказательствах закрывают дела. И военные судьи, как правило, выносят решения не в пользу пострадавших. Так было всегда: и в советский период, и сейчас. Это традиция — не наказывать за убитых и покалеченных солдат! Солдаты совершенно бесправны! Они для военного начальства никто и ничто.

«СП»: — Неужели нет никакой возможности наказать виновных?

— Только с помощью Европейского суда по правам человека. Недавно он коммуницировал жалобу Максима Плухова, искалеченного в армии. Суд направил вопросы российским властям. Власти дали потрясающе циничные ответы. Сейчас в Евросуде лежат несколько жалоб от нашего комитета.

Многие срочники, пострадавшие в армии, отказываются свидетельствовать против своих мучителей. Тотальный страх!

Государство призвало парня в армию, искалечило, а отвечать за это не желает. Много их таких! Да и кто они такие?! Сколько их полегло в Чечне, сколько ежегодно погибает и калечится в армии! Никита Сибин — очередная жертва беспощадного, с лёгкостью перемалывающего молодых людей и выбрасывающего их, как отработанный материал, механизма!


Кошмарные, леденящие кровь случаи, происходят в российской армии постоянно.

10 июня в городе Кинель Самарской области трое призывников были найдены мёртвыми в цистерне, расположенной на территории военной части.

Военный следственный отдел по Самарскому гарнизону проводит проверку по факту их смерти.

В июне 2010 года в 200-й мотострелковой бригаде, дислоцированной в посёлке Печенга Мурманской области, погиб солдат Артём Харламов. Правозащитники утверждают, что его забили до смерти сослуживцы.

В том же месяце на военном полигоне в Рязанской области взорвались два «КамАЗа» с пороховыми зарядами. Один военнослужащий погиб, 31 был ранен.

В апреле этого года Генеральный прокурор РФ Юрий Чайка сообщил во время чтения доклада в совете Федерации РФ, что в 2010 году от неуставных взаимоотношений и рукоприкладства в армии пострадали 4280 военнослужащих, 11 из них погибли, здоровью 142 военнослужащих причинён тяжкий вред. «Всего в минувшем году в результате преступлений и происшествий погибли 478 военнослужащих, большинство таких фактов имело место в Восточном, Южном и Западном военных округах», — сказано в докладе генпрокурора.

Озвученные цифры вызывают оторопь, но правозащитники утверждают, что ежегодно в российской армии погибают более 2000 военнослужащих.

На днях Никите Сибину предстоят три операции. Его мама мечется между Отрадным и Москвой. Дома — работа, в Москве — изуродованный сын.

— Я стараюсь держаться. Вероятно, сработала внутренняя защита, не позволившая предаться отчаянию, — говорит Наталья Сибина. —  Я должна сделать всё, чтобы помочь сыну и привлечь тех, кто сделал его инвалидом к ответственности. Я буду бороться, чего бы мне это ни стоило.

Новости СМИ2
Новости 24СМИ
Новости Лентаинформ
Последние новости
Цитата дня
Комментарии
Новости партнеров
Фото дня
Новости СМИ2
Новости 24СМИ
Новости Лентаинформ
Новости Медиаметрикс
Рамблер/новости
Новости НСН
Новости Жэньминь Жибао
Новости Финам
СП-ЮГ
СП-Поволжье
В эфире СП-ТВ
Фото
Цифры дня