Общество

Золото батьки Махно

Вот уже 90 лет длятся поиски драгоценностей, спрятанных атаманом после разгрома его армии

  
907

Одна из жгучих загадок, терзающих умы кладоискателей, — где спрятан золотой запас «крестьянской республики» атамана Нестора Махно, который в 1921 году «налегке», с небольшой группой всадников сумел уйти за кордон после разгрома его армии отрядами Буденного и Котовского. То, что «батько» не успел прихватить драгоценности с собой, несомненно: за рубежом он жил и умер в нищете. Где же они? Ответ на этот вопрос искали чекисты в двадцатых годах прошлого столетия, оставшиеся в живых соратники атамана, а сегодня поисками клада занимаются их внуки и правнуки. Но он как сквозь землю провалился. Возникает ряд вопросов. Что собой представлял этот «золотой запас»? Действительно ли он был спрятан на территории Советской России? И наконец — был ли он вообще? Об этом мы побеседовали с полковником в отставке Вадимом Зиньковским — сыном известного персонажа литературных и кинематографических произведений Левы Задова, который был начальником контрразведки махновской армии. Но для начала несколько слов об этих людях.

Судьба Левы Задова

С полковником в отставке Вадимом Львовичем Зиньковским я познакомился во время командировки в Геленджик. Разговорились, вспомнили общих знакомых в офицерской среде. Вадим Львович пригласил меня к себе в гости. В его квартире в рамочке под стеклом я увидел показавшуюся очень знакомой фотографию. Ба, да это же фотокадр из фильма «Александр Пархоменко» с изображением небезызвестного анархиста Левы Задова!

— Батя, — пояснил Вадим Львович…

То, что он в тот вечер рассказал о своем отце, оказалось крайне неожиданным. Поэтому, вернувшись из командировки в Москву, я отправился в Генеральную прокуратуру с просьбой ознакомить меня с уголовным делом Льва Задова, впервые возбужденным в 1924-м, а закрытым всего несколько лет назад.

Имя этого человека нам хорошо известно по литературным и кинематографическим произведениям о гражданской войне. В романе Алексея Толстого «Хождение по мукам», кинофильме «Александр Пархоменко» и других Лева Задов показан как уголовный тип, правая рука батьки Махно. Эти произведения создавались во времена жестокой борьбы с «врагами народа», поэтому образ Левы Задова не выходил за рамки первоначальных выводов из уголовного дела. На самом же деле судьба этого человека была более сложной и в чем-то до сих пор загадочной.

Лев Задов родился в 1894 году в Юзовке (нынче Донецк) в семье извозчика. В 15 лет стал рабочим-металлургом, примкнул к революционному движению. В марте 1918 года, когда на Украину вступили немецкие оккупанты, молодой революционер пошел добровольцем в Красную гвардию, где дослужился до должности начальника штаба отряда. Красная гвардия отступала, а в это время на Дону и на Украине разнеслась слава об успешных боевых операциях отряда под командованием анархиста Нестора Махно. В октябре 1918 года Левка Задов покинул Красную гвардию и отправился на поиски гуляйпольцев.

Из автобиографии Задова: «В составе группы в 5 — 6 человек мы направились к Махно, находящемуся со своим отрядом в селе Гуляйполе. Махно вел тогда бои с австро-немецкими частями и гайдамакскими отрядами. Мне поначалу было поручено вести пропаганду среди крестьян для втягивания их в махновские отряды, позже меня назначили в контрразведку.

В августе 1920 года Махно подписал соглашение с регулярной Красной Армией о совместных действиях. Все наши части, кроме небольшого отряда, оставшегося вместе с Махно в Гуляйполе, направились на Крымский фронт против Врангеля. После ликвидации Врангеля красные приказали нам сдать оружие. Мы отказались и начали прорываться в Гуляйполе. Под станцией Федоровка вся наша группа была разбита буденновцами. В августе 1921 года с небольшим отрядом мы пробились в Румынию".

В Советский Союз Лев Задов возвратился через три года. В 1924 году он уже работал в иностранном отделе управления НКВД по Одесской области. Почему он не был расстрелян? Как и когда стал чекистом? На этот вопрос нет четкого ответа даже в материалах многотомного уголовного дела на Задова. Точно можно говорить лишь о том, что в 1924 году Лева Задов стал Львом Николаевичем Зиньковским и до ареста в 1937 году служил в органах госбезопасности.

Из протокола допроса Зиньковского (Задова) Л.Н. от 3.09.37 г.:

— Чем вы занимались, проживая в Румынии?

— Занимался отдельными черными работами.

— Поддерживали вы связь с Махно в это время?

— Нет. Мне было известно, что Махно в 22-м году румынскими властями был отправлен в Польшу, где был арестован и содержался под стражей около полутора лет и после освобождения по суду поселился в Берлине. Это я узнал из писем Аршинова-Марина, который также находился тогда в Берлине.

— Была ли попытка со стороны румынской разведки к обработке и последующей вербовке вас?

— Нет. Я предполагаю, что румынская разведка имела свою агентуру среди белых для освещения деятельности махновцев, так как к нам румыны относились подозрительно.

— При каких обстоятельствах вы возвратились в СССР?

— У меня и у моего брата всегда были мысли о возвращении в Советский Союз. Но осуществить это не представлялось возможным ввиду отсутствия у нас каких-либо документов, дающих право передвигаться по Бессарабии. Работая на стройках в Плоешти, мне доводилось сталкиваться с бывшим петлюровским сотником Запорожченко. Он высказал настроение о создании боевой группы, которая могла бы уйти за кордон и совершать налеты на советской стороне с целью грабежа и тем самым улучшить свое материальное положение.

Такую группу я организовал. В нее вошли мой брат, Запорожченко, Шанкала, Бойченко. Кроме меня и моего брата, никто не знал о намерении явиться на советской стороне к органам советской власти. Вместе с Гулием и еще одним мне не известным лицом мы отправились на границу в местечке Водрашков и в ночь с 5 на 6 июня 1924 года были переправлены лодкой на советскую сторону. Километрах в 25 от границы я объявил всей группе о необходимости явки к советским властям и сдаче оружия. Запорожченко стал уговаривать меня возвратиться обратно в Румынию, обещая улучшение моего положения там. Но уговоры его не подействовали, и я вместе с группой в с. Паштанки явился к председателю сельсовета и сдал оружие.

Махновец становится чекистом

Дальше в судьбе Льва Задова — загадочный кульбит. Бывший контрразведчик армии Махно вдруг всплывает в декабре 1924 года в Одесском управлении НКВД, как уже упоминалось, под фамилией Зиньковского. Причем в приказе о поощрении: благодарность и денежная премия от коллегии ГПУ УССР. За что, если он только что поступил туда на работу? Можно предположить, что за информацию о кладе Махно. Хотя, конечно, могут быть и другие варианты.

Интересно и то, что в документах тех лет нет упоминаний о каких-либо претензиях к Льву Николаевичу за прежнюю службу у Махно. В послужном списке есть лишь одна запись о том, что в комиссию партийного контроля при ЦК ВКП (б) поступила жалоба о том, что Зиньковский (Задов) служил у Махно, и т. д. Эта жалоба была «закрыта» довольно лаконичным ответом из НКВД: об этом органам известно. И все! Для тех времен достаточно странно!

И тем не менее во время разоблачительного бума в 1937-м Зиньковский все-таки попал на наковальню НКВД. По надуманному обвинению он был расстрелян, как иностранный шпион.

Не так давно Главная военная прокуратура, проведя скрупулезное расследование, признала обвинение многолетней давности необоснованным и направила дело в суд, который полностью реабилитировал Л.Н.Зиньковского (Задова).

Жена Левы Задова — Вера Ивановна Зиньковская, после расстрела мужа переехала в станицу Белореченскую Краснодарского края, работала учительницей, воспитала прекрасную дочь, которая геройски погибла в 1942 году в боях за Севастополь. Подняла младшего сына, который в 1948 году закончил высшее военное командное училище, дослужился до командира полка, а после увольнения в запас долгое время работал на руководящих должностях в управлении туризма Краснодарского края, а потом директором турбазы «Солнечная» в Геленджике.

Точка зрения сына

«СП»: — Вадим Львович, что вам известно о сокровищах батьки Махно?

— Я был совсем мальчиком, когда расстреляли отца. По рассказам его бывших сослуживцев и по публикациям в СМИ, знаю такую версию: наиболее весомую часть сокровищ составляло золото известного атамана Григорьева. Его отряды в 1919 году, освобождая от белых Одессу, захватили ценности Одесского государственного банка. Якобы они составляли 124 килограмма золота в слитках, 238 пудов серебра, и 1 285 185 рублей золотыми монетами царской чеканки. Разбогатев, Григорьев «кинул» красных и начал собственную игру, очень быстро захватив территорию от Херсона до Кременчуга. Вскоре его войско вошло в зону действия махновцев. Григорьев начал склонять хлопцев Махно на свою сторону, обещая золотые горы. Батько предложил созвать съезд повстанцев, который состоялся 27 апреля 1919 года в селе Сентове близ Александрии. Григорьев явился на съезд почти без охраны. После непродолжительного общения с делегатами съезда он был вызван в сад, где его собственноручно расстрелял батько Махно. Не мешкая, Махно произвел налет на станцию Александрия, на путях которой стоял эшелон Григорьева с одесским золотом.

«СП»: — Есть ли основания считать, что эти ценности были спрятаны Махно до ухода в Румынию?

— В архиве ФСБ хранится дело бывшего махновского командира Федора Каретникова, вернувшегося в Россию в конце 20-х годов. В показаниях Каретникова, касающихся ухода Махно за рубеж, всплыла и тема «золотого арсенала». Каретников показал, что золото атамана Григорьева было зарыто в ночь с 27 на 28 августа 1919 года в одном из курганов неподалеку от Днепра, в районе Никополя. Но привезенный на описанную местность Каретников не смог точно указать место клада. А в конце 50-х годов это место было затоплено водами Каховского водохранилища.

Другая версия разработана поисковым отрядом курсантов Луганского института внутренних дел во главе с преподавателем майором милиции Валерием Снегиревым, которые считают, что казна батьки Махно до сих пор хранится в городских подземельях города Старобельска.

Якобы в 1920 году в очередной раз объявленный Советской властью вне закона раненый батька выбил из Старобельска красных. В городе до сих пор ходят слухи, что именно здесь Махно оставил казну своей армии. Проведя собственное расследование, курсанты пришли к выводу, что она скорее всего укрыта в городских подземельях. Когда именно появились под городом подземные ходы, для чего они были построены и кем — можно только догадываться. Самые большие из них имеют выход в Старобельский женский монастырь.

«СП»: — Не знаете, кто-нибудь пробовал искать там сокровища Махно?

— Вроде бы курсанты пробовали, но не нашли. А не так давно вокруг поисков этого золота возник скандал в западной прессе. В Интернете появился на пару месяцев сайт Nestor. com.

А потом исчез. Причем вместе с владельцем сайта неким американцем со славянским именем Григорием Федорчуком. Сайт объявлял о наборе охотников в частную исследовательскую группу для выезда с экспедицией в Европу. Условиями набора волонтеров являлись безупречное владение украинским языком, знание современных украинских реалий, топографии, хорошая физическая подготовка, навыки самообороны. А вскоре после закрытия сайта бостонские газеты известили о таинственном исчезновении его 54-летнего владельца и хозяина сети предприятий автосервиса Григория Федорчука — внука Симона Федорчука, который прибыл из Канады в Бостон в 1926 году, бежав пятью годами раньше с Украины вместе с Махно. Григорий Федорчук явно что-то знал, во всяком случае собирался искать золото Махно на Украине. А вот куда делся — загадка. Хотя, конечно, может быть, просто инкогнито отправился по местам боевой славы своего деда.

«СП»: — А вы лично верите в клад Махно?

— Несомненно одно — деньги у Нестора Ивановича были. Для ведения борьбы сначала с австро-немецкими оккупантами, затем с белыми и красными требовались немалые средства. Они изымались в банках и ломбардах, а также у богатых слоев населения. Но они и тратились. На приобретение оружия, боеприпасов, фуража, продовольствия. Ведь махновцы ничуть не грабили простой народ, как о них врут писаки. Махно за все рассчитывался деньгами или экпрорприированными у богатеев драгоценностями. Вполне возможно, что к 1921 году какая-то казна оставалась, и ее не успели взять с собой в Румынию. Что с ней, знать не могу. Уверен лишь в одном — мой отец не имеет к этому никакого отношения. Если бы он, как утверждают некоторые, сдал сокровища НКВД и ими воспользовались чекисты, то это уже где-то и как-то всплыло. Сокровища надолго не утаишь — воспользуешься, а значит — засветишься.

Новости СМИ2
Новости 24СМИ
Новости Лентаинформ
Последние новости
Цитаты
Павел Грудинин

Директор ЗАО «Совхоз им. Ленина»

Эдуард Попов

Политолог, ведущий научный сотрудник Института русского зарубежья

Олег Неменский

Политолог

Комментарии
Новости партнеров
В эфире СП-ТВ
Новости СМИ2
Новости 24СМИ
Новости Лентаинформ
Выборы президента РФ
Новости Медиаметрикс
Рамблер/новости
Новости НСН
Новости Жэньминь Жибао
Новости Финам
СП-ЮГ
СП-Поволжье
В эфире СП-ТВ
Фото
Цифры дня