18+
четверг, 30 июня
Общество

Забытый и преданный Можайский

От первого в мире самолета, который он изобрел, не осталось даже макета

  
106

135 лет назад, в январе 1877 года военный пенсионер Александр Федорович Можайский подал рапорт в Главное инженерное управление на имя председателя графа Тотлебена, в котором просил о финансировании его изысканий по разработке воздухоплавательного аппарата. К этому моменту Можайский уже продемонстрировал успешный полет модели своего будущего самолета, о чем в газете «Кронштадтский вестник» восторженно отозвался член Морского научно-технического комитета Павел Богославский. Вероятно, именно он посоветовал Можайскому искать государственную поддержку.

Военный министр граф Милютин отреагировал быстро и образовал специальную комиссию, которая заседала дважды.

Первое её заседание проводилось под председательством Менделеева. Проект был признан интересным и заслуживающим финансирования, но на втором заседании Можайский был подвергнут жесточайшей критике со стороны генералов Паукера и Гериа и полковника Ванденберга, немецких специалистов, являющихся инженерными экспертами военного министерства. Они вынесли вердикт: аппарат Можайского для военных целей не годится, поскольку противоречит ударной теории сопротивления Ньютона, а «его подъемная сила будет меньше веса» и, следовательно, взлететь на предложенных автором принципах невозможно. Немцы считали, что самолет должен летать, как птица, т.е. махать крыльями, взлетать и садиться вертикально.

Во многом немецкая позиция объяснялась не только презрением к русской инженерной мысли, но и пониманием, что «техника и политика» — неразделимы. На западе считалось, что Россия — это страна варваров, и её удел — это использование вторичных западных технологий.

Опыт крымской войны 1853 — 1856 г. г. показал, что побеждает тот, у кого имеется научное и производственное превосходство. Войска Англии и Франции имели нарезные винтовки с ударными капсюльными замками (винтовка Энфилд обр. 1853 г.) и (штуцер Тувенена), что позволяло прицельно расстреливать русских на дистанции до 853 м, тогда, как российская армия в основном была вооружена гладкоствольными дульнозарядными ударно-капсюльными ружьями, прицельно поражающими противника на расстоянии до 150 м. Героизм в этих условиях был равносилен самоубийству.

Реакцией на унизительный для России мирный договор от 18 марта 1856 года стала новая национальная идея о том, что Россию спасут великие открытия, озвученная весной 1867 года на первой Всероссийской этнографической выставке, в которой участвовал депутат от Вологодского статистического комитета Александр Федорович Можайский. «Мы, русские, еще не так давно ограничивались изучением только того, что относится к Западной Европе, — говорилось в заключительном отчете выставки. — Между тем как Россия в научном отношении представляет столько же, или еще более интереса, чем западные страны».

В обществе возникло мощное движение изобретателей и исследователей, которые считали, что Россия должна стать великой научной державой, дабы противостоять технологически развитым странам, живущим колониальным разбоем — Испании, Португалии, Англии и Франции. Можайский всем сердцем приветствовал этот призыв, не понаслышке зная, какие бандитские правила царят на международной арене.

Он, будучи еще молодым лейтенантом на фрегате «Диана», затонувшем во время шторма, некоторое время жил в Японии и знал об английском разбое в Китае, побывал в Петропавловске, который в августе 1854 года пыталась уничтожить большая соединенная англо-французская эскадра под командой английского адмирала Прайса. Примерно в это время о себе решительно заявили и американцы, которые в отличие от англичан, не обременяли себя подготовкой в виде британских провокаций на тему «наших бьют». Действовали они в лоб. «Люди Соединенных Штатов, как их называют японцы, за два дня до нас ушли отсюда, оставив… бумагу, в которой уведомляют суда других наций, что они взяли эти острова под свое покровительство», — так описывал в середине 19 века писатель Иван Гончаров свое посещение японских островов Риу-Киу. Как и писатель Гончаров, морской офицер Можайский был свидетелем событий, когда 26 июня 1853 года большой американский военный корабль «Сусквеханна», под командованием адмирала Пери, в сопровождении эскадры без разрешения местных властей вошел в Токийский залив и потребовал «открыть» Японию для американский интересов. Иначе грозил войной, одобренной заранее конгрессом США.

В 1860 году Жуковский, капитан фрегата Балтийского флота «Гремящий», а до этого клипера «Всадник», и командир эскадры мелкосидящих судов в Николаевск-на-Амуре, попадает под банальное сокращение флота и назначается на должность кандидата мирового посредника Грязовецкого уезда Вологодской губернии. Здесь он переосмысливает японский опыт, в том числе и касающийся воздушных змеев. Под влиянием патриотических настроений он начинает грандиозный проект — построение первого в мире воздухоплавательного аппарата. В то время это было сродни с безумием, но появление такой машины именно в России изменило бы представление запада о русских, но самое главное укрепило её военное могущество.

Начинает он с изучения аэродинамических свойств воздушных змеев. По утверждению морского инженера Богославского, Можайского по праву можно назвать первым в мире человеком, который «дважды поднимался и летал с комфортом» на дельтаплане — гигантском воздушном змее — в 1873—1876 годах в Каменец-Подольском.

Было бы неправильно и исторически несправедливо представлять Можайского этаким самобытным Кулибиным, провинциалом и старым чудаком, который экспериментальным путем, по наитию, шёл к построению своего самолёта. Александр Федорович, имея прекрасное инженерное образование, занимался теорией и практикой воздухоплавания. Защищая свое право на изобретение, 3 ноября 1881 года он получил привилегию (патент) на конструкцию самолета в том виде, в котором мы видим его и по сей день: «Проектированный мною воздухоплавательный аппарат состоит: 1) из лодки, служащей для помещения машины и людей; 2) из двух неподвижных крыльев; 3) из хвоста, который служит для изменения полета вверх и вниз, равно через движущуюся на нем вертикальную площадь вправо и влево; 4) из винта большого переднего; 5) двух винтов малых на задней части аппарата, служащих к уменьшению размеров переднего винта и для поворотов вправо и влево; 6) из тележки на колесах под лодкою, которая служит отвесом всего аппарата».

Именно им были созданы аэродинамические весы, о которых сообщалось в «Записках Русского технического общества» за 1883 год, впоследствии ставшие прообразом современных аэродинамических труб. Используя их, Можайский первым в мире установил, что угол воздушной атаки, при котором отношение подъемной силы (крыла) к силе сопротивления имеет максимум, равен 5°. Он систематизированно искал «наилучшую форму винта». Ввел понятие рычагов для управления полётом. В конце концов, он точно обозначил контуры финансирования в авиастроении. По его смете, на двигатель полагалось потратить 40% от стоимости всего самолета; на материалы и готовые вещи — примерно 25%; на изготовление — 15%; а остальные суммы на вторичные нужды. Эти пропорции в той или иной мере сохранились и до наших дней. Из 18 тысяч рублей, необходимых для постройки моноплана, были выделены только три, всё остальное он изыскивал из личных источников.

Самолет Можайского был построен к лету 1882 года на Красносельском военном поле вблизи лагеря Николаевского кавалерийского училища. Ниспровергатели первенства Можайского в управляемом воздухоплавании опираются на современные расчеты, показывающие, что этот аппарат мог взлететь при мощности двигателей, как минимум в 60 л. с., тогда, как на первом русском моноплане были установлены паровые двигатели в 30 «лошадок». Мол, если это невозможно теоретически, то не могло быть и на практике. Кстати, в 1970 году в ЦАГИ в результате экспериментов установили, что моноплан с аналогичными весовыми и геометрическими параметрами имел втрое меньшую мощность, чем требовалось для взлета. Это автоматически означало, что Можайский не может претендовать на право быть первым, что и было записано в Советской энциклопедии.

Знал ли об этом Можайский, когда разрабатывал свой самолёт? Конечно, знал! Считается, что полёт состоялся 20 июля 1882 года, когда он был показан представителям военного ведомства и Русского технического общества. Но многие источники указывают на более поздний срок — лето 1883 или даже 1884 года. Очевидцы свидетельствуют, что день, когда состоялся полёт, был ветреный. И это было не случайно. Сильный встречный ветер с одной стороны ухудшал полётные условия, с другой — резко усиливал аэродинамическую тягу моноплана. Вероятно, Можайский ждал «погоды у моря». Для устойчивого разгона Александр Федорович построил наклонную взлётную полукилометровую полосу, по которой моноплан, сбегая вниз под действием сил тяжести, набрал необходимую скорость для взлета, то есть 45 км/ч. Таким образом, нехватку мощности двигателя Жуковский компенсировал природными силами и собственной смекалкой. Самолёт взлетел, о чем свидетельствует очевидцы, но, поднявшись на высоту чуть более 11 метров и пролетев 200 метров, резко накренился, задел крылом поле и рухнул.

Эта авария поставила крест на дальнейших разработках Можайского, которого хитрый немец Паукер выставил, как неграмотного пенсионера, требующего на свои чудательства государственные деньги. Попытки Можайского построить модернизированный моноплан, с более мощным двигателем, не нашли поддержки в царском правительстве, более того, 29 июня 1885 года специальная комиссия постановила, что она «не видит никакого повода к ходатайству» ученого.

19 марта 1890 года Можайский умер от воспаления легких. О судьбе его моноплана академик А. Н. Крылов написал в своих «Воспоминаниях»: «Машина много лет лежала в углу механической мастерской Балтийского завода, затем куда-то исчезла, вероятно, обращена была в лом».

Ближе к 1980 году теми же ученными ЦАГИ были пересмотрены теоретические предпосылки полета Можайского, который всё же мог состояться, о чем и было сообщено в советское правительство. По сути дела, была предпринята попытка восстановления исторической справедливости. Однако министр иностранных дел СССР Андрей Громыко отреагировал отказом, мол, братья Райт слишком чтятся американцами, поэтому не стоит из-за Можайского портить отношения с США.

Рамблер новости
СМИ2
24СМИ
Комментарии
Первая полоса
Фото дня
Рамблер новости
СМИ2
Новости
24СМИ
Жэньминь Жибао
Медиаметрикс
Финам
Миртесен
Цитаты
Михаил Александров

Военно-политический эксперт

Константин Сивков

Военный эксперт

НСН
Миртесен
В эфире СП-ТВ
Фото
Цифры дня
СП-Юг
СП-Поволжье