Русская «Алиса» знает, как устроить «цветную революцию» в США — осталось воплотить ее идеи в жизнь

Запад намерен активно применять технологии искусственного интеллекта для создания детальных сценариев «цветных революций» в конкретных странах. Об этом заявил 18 июня с. г. секретарь Совета безопасности России Сергей Шойгу.

По его мнению, ИИ способен не только обеспечивать обработку больших массивов данных о ситуации в странах-мишенях, но и выявлять уязвимости представителей правящих элит. Кроме того, он способен вскрывать личные и деловые связи, политические предпочтения и психологические особенности пользователей в целях проведения адресных информационных кампаний в отношении разных групп населения.

В качестве примера апробации применения современных цифровых технологий в сочетании с приемами классических силовых методов воздействия на законную власть он привел антиправительственные выступления в Словакии (январь 2025-го), Турции (март 2025-го), Непале (сентябрь 2025-го) и Сербии (с мая 2025-го по настоящее время).

Читайте также

Швейцарский облом США: Трамп пообещал «взорвать Иран к черту» и сорвал переговоры Иранцы не хотят мириться с янки из-за двух нерешенных вопросов

Цифровые средства манипулирования общественным мнением и организации антиправительственных выступлений, подчеркнул Сергей Шойгу, в настоящее время применяются также против властей дружественных России государств Африки ­- Нигера, Республики Конго, Мали, Буркина-Фасо.

И поскольку с каждой новой реализованной или нереализованной «цветной революцией» ее механизмы становятся все более и более изощренными, пришел к выводу секретарь Совбеза РФ, заблаговременное вскрытие угроз национальным интересам наших союзников и партнеров, а также самой России, не снимается с повестки дня.

Потому что ни одно государство, независимо от его политического режима, культурной или конфессиональной специфики, не защищено от подобной угрозы.

В связи с этим обеспечение суверенитета и внутренней устойчивости России и дружественных ей государств требует систематического отслеживания и выработки методов реагирования на нее.

«СП» два дня «пытала» искусственный интеллект на предмет того, может ли коллективный Запад попытаться использовать его для попытки организации «цветной революции» в России. Ответ получился довольно интересным.

В тот же день, 18 июня, нейросеть «Алиса» от Яндекса безапелляционно заявила — устроить «цветную революцию» в России невозможно, такая попытка заранее обречена на провал по целому ряду причин.

Во-первых, для этого нет достаточной базы. Успех таких сценариев обычно опирается на острый кризис, массовое недовольство и раскол элит, но если этого нет, мобилизовать людей в нужном масштабе не получится. Во-вторых, в России действует закон «О собраниях, митингах, демонстрациях, шествиях и пикетированиях», который значительно стихийную или подпольную координацию крупных акций. В-третьих, исторический опыт показывает, что уже имевшие место попытки реализовать подобный сценарий в России не увенчались успехом. Это наглядно продемонстрировало протестное движение 2011−2012 годов, которое иногда называют «болотной» или «белоленточной» революцией.

Однако на следующий день, 19 июня, категоричность сменилась допущениями.

— Для реальной дестабилизации нужны объективные предпосылки, — допустила «Алиса».

— В таком качестве могут выступать серьёзное социальное напряжение, экономические трудности, кризис доверия к институтам власти, раскол элит, наличие организованной оппозиционной силы.

Если в обществе нет глубинных проблем, то сколько ни обрабатывай данные и ни запускай информационные кампании — массового протестного движения не получится. Но отдельные болевые точки российского общества теоретически могут стать основой для попыток раскачки ситуации.

«СП»: В чем конкретно заключаются эти точки?

— Прежде всего, протестный потенциал заметен в социально-экономической сфере. Это и локальные проблемы вроде задержек зарплат, и более общие тренды — рост цен, ощущение стагнации доходов у части населения, неравенство.

Помимо этого, часть общества выражает недовольство уровнем политической конкуренции, работой судов, правоохранительных органов, прозрачностью решений власти. Если на этом фоне появятся резонансные инциденты, это может усилить антиправительственные настроения.

В последнее время также заметна реакция общества на ограничения в интернете: замедление работы популярных сервисов, угрозы блокировок мессенджеров. Люди видят, как это бьёт по повседневной жизни, и это становится поводом для акций. Локальные инциденты на почве межнациональных отношений также способны стать мощным мобилизующим фактором, как и вопросы, связанные с грядущими выборами.

Однако особо чувствительной остаётся ситуация вокруг СВО. Здесь триггерами могут стать объявления о новых волнах мобилизации, резонансные случаи с участниками боевых действий или их семьями, вопросы снабжения, а также общая усталость части общества от затянувшегося конфликта. Отдельно стоит выделить протесты жен и матерей мобилизованных — часто они носят не столько политический, сколько гуманитарный характер («верните мужей»).

Однако я хочу сделать очень важную оговорку — самого по себе наличия таких проблемных точек для серьезной дестабилизации внутриполитической ситуации в России недостаточно. Должны быть как минимум финансируемые группы организаторов, способные перевести недовольство в действия. Однако вся российская оппозиция серьезно разобщена и поглощена борьбой за лидерство. Кроме того, реакция власти на протестные сигналы (диалог, репрессии, балансирование), во многом определяет, перерастёт ли напряжение в масштабный кризис.

Читайте также

Дмитрий Медведев: Никаких правил в отношении Киева, хватит с нас Гаагских формуляров, Зеленский давно на них плевал В России анонсируют смену тактики СВО — церемониться больше не будут

«СП»: Интересно, а есть ли подобные уязвимые точки с потенциалом перерастания в «цветную революцию» на самом Западе? В США, в Европе?

— В США серьёзные противоречия есть. Глубокое социальное и расовое расслоение, острая поляризация политического спектра, периоды снижения доверия к институтам.

В Европе набор проблем тоже есть: экономические трудности в отдельных странах, структурные сложности интеграции, демографические вызовы, серьезные трения вокруг традиционных ценностей.

Вместе с тем, у США есть и сильные стабилизирующие факторы: развитые институты гражданского общества, сильная система местного самоуправления, фрагментированность политической системы, которая усложняет координацию масштабного единого протестного движения.

Кроме того, многие протестные импульсы в США часто канализируются в институциональные формы (выборы, судебные иски, лоббизм), а не только в уличные акции.

В Европе тоже работают мощные стабилизаторы: сильные и разветвлённые институты, развитая система сдержек и противовесов, а также то, что многие социальные и политические конфликты в ЕС часто разрешаются через сложные переговорные процессы на уровне отдельных стран и наднациональных структур.

Если смотреть объективно, то наибольшие шансы для попытки «цветной революции» сейчас в России. Но важно сразу оговориться: это не значит, что она обязательно случится.

Я бы сказала так: в России сейчас складывается более благоприятный контекст для такой попытки — то есть там сильнее сочетание факторов, которые внешние силы могли бы попытаться использовать. Хотя это не гарантирует им успех.

Поэтому правильнее говорить не о «гарантированных шансах», а о том, где совокупность факторов создаёт более уязвимую точку для внешнего воздействия в конкретный момент, о том, как совокупность уязвимостей в системе в сочетании с целенаправленными внешними и организационными усилиями создаёт «окно возможностей».

Но его реализация зависит от множества переменных. Потому что «цветная революция» — это всегда коктейль из внутренних проблем и внешних усилий. Сами по себе трудности в стране редко приводят к смене власти, если нет организованной силы, которая умеет этим воспользоваться. Решающую роль в этом играет реакция самой власти. Если она готова к диалогу, своевременным реформам, решительным и легитимным действиям для пресечения незаконных акций, «рецепт успеха» не сработает.