18+
суббота, 10 декабря
Общество

Полицейскими займётся «особый отдел»

Последние инициативы руководства МВД свидетельствуют о провале реформы милиции

  
232

Глава Следственного Комитета России Александр Бастрыкин поручил подчиненным проработать вопрос о создании спецподразделения по расследованию уголовных дел в отношении сотрудников полиции. Это стало ответом на просьбу правозащитных организаций выделить в возглавляемой им структуре специальное подразделение, которое будет вести расследования только в отношении сотрудников МВД, ФСКН и ФСИН. «По результатам исполнения поручения Бастрыкину будут доложены предложения по наиболее оптимальной структуре и форме организации специального подразделения», — заявил «Интерфаксу» официальный представитель Следственного комитета Владимир Маркин.

Инициаторами обращения к главе СК РФ выступили Московская Хельсинкская группа, фонд «Общественный вердикт», межрегиональный комитет против пыток, межрегиональная правозащитная ассоциации «Агора», правозащитный центр «Мемориал», комитет «Гражданское Содействие» и «Движение за права человека». «Следователи такого подразделения не должны зависеть от оперативных работников указанных ведомств в рамках иных расследований общеуголовных преступлений. Факты, регулярно выявляемые правозащитными организациями и СМИ, свидетельствуют, что пытки применяются сотрудниками правоохранительных органов не только в Татарстане, но и в других регионах нашей страны», — говорилось в заявлении правозащитников.

По мнению гражданских активистов, «необходимое условие качественного рассмотрения и расследования таких жалоб — независимость следователей». «Следователь, инициирующий расследование факта пыток со стороны полицейских, ставит под угрозу нормальное взаимодействие с полицией, необходимое для расследования других уголовных дел. Последствия существования такого конфликта интересов наглядно продемонстрировали события в Казани», — поясняется в письме.

Обращение последовало после трагедии в Казани, где после пыток в полицейском отделе «Дальний» скончался подозреваемый в краже Сергей Назаров. Кроме этого, в конце января сотрудники УМВД РФ по Невскому району Санкт-Петербурга избили в подозреваемого в грабеже 15-летнего подростка, который скончался в машине «скорой помощи» по пути в больницу.

В последние годы МВД усиленно боролась с произволом в своих рядах. Результат, как говорится, налицо… Поможет ли создание новой структуры оздоровить правоохранительную систему?

Президент фонда «Правовые технологии XXI века», доктор юридических наук, экс-генеральный прокурор РФ Юрий Скуратов

— Идея правильная. В то время, когда следственная система находилась в составе Генеральной прокуратуры России, тоже существовали специальные подразделения, которые занимались преступлениями, совершёнными милиционерами. И сегодня с учётом специфики и масштабности правонарушений в рядах сотрудников полиции подобная практика должна дать хорошие результаты. Это позволит сосредотачивать информацию в одном центре, совершенствовать методику борьбы с нарушениями. В целом создание специализированного следственного комитета — шаг в правильном направлении, но переоценивать его нельзя. Только этим ситуацию в МВД не исправишь.

Точно так же, только наивные люди могли полагать, что переименованием милиции в полицию можно существенно облагородить нашу правоохранительную систему.

Болезнь МВД — болезнь серьёзная и запущенная. Нужен комплекс мер, среди которых эффективное расследование преступлений отнюдь не на первом месте. Гораздо важнее — профилактика, в осуществлении которой очень важная роль принадлежит прокуратуре, её надзорной деятельности.

К сожалению, сейчас надзор прокуратуры над полицией ослаблен, является во многом условным. Это результат непродуманной реформы последних лет, когда следователей отделили от прокуратуры. Подобная ситуация поощряет рост преступности внутри МВД.

«СП»: — После громкого преступления полицейских в Казани, многие заговорили о провале реформы МВД. Вы согласны с такой постановкой вопроса?

— Конечно. Я бы даже назвал бы произошедшее с МВД псевдореформой. Сама концепция реформы родилась в недрах этого ведомства и не была скорректирована с учётом предложений юридической общественности. Поэтому все пертурбации изначально были запрограммированы на неудачу. Для многих здравомыслящих людей это было очевидно с самого начала.

Например, кто проводил нашумевшую аттестацию работников милиции? Это были исключительно люди из системы МВД. А нужно было помимо них привлечь и учёных, и ветеранов милиции, и руководителей муниципальных образований, и представителей общественности. Тогда бы и сама аттестация не носила формального характера. А так — вся полууголовная братва, засевшая в правоохранительной системе, спокойно прошла сквозь сито отбора. Татарстан засветился случайно. Похожая ситуация практически во всех региональных отделениях полиции.

«СП»: — Заявление Нургалиева о курсе «человеколюбия для полицейских» — это жест бессилия?

— Слова Нургалиева вызвали некоторую иронию у журналистов. Но по сути они правильные. Когда ведомство занимается самолечением, не стоит ждать хороших результатов. Нужен независимый доктор, нужен консилиум, общественные специалисты. Но пока не видно признаков, что в МВД это поняли. Поэтому слова Нургалиева и были восприняты примерно, как призывы из серии «ребята, давайте жить дружно».

Генерал-лейтенант милиции, экс-депутат Госдумы Александр Гуров

— Специализация судей, прокурорских работников по отдельным видам преступлений существовала и раньше. И это понятно — расследование правонарушений, совершённых полицейскими, носит специфический характер. Следователь должен представлять, что такое задержание, в каком психическом, психологическом состоянии находится работник полиции во время своей работы. Когда я был председателем Комитета по безопасности Госдумы, мы проанализировали уголовные дела против наших солдат в Чечне. Много шло жалоб на действия гражданских судов в отношении военных. С точки зрения людей, не знакомых с боевой обстановкой, судьи выносили правильные решение. Но те, кто понюхал пороху, судили бы совсем по-другому, потому что лучше понимали бы, что зачастую солдат не мог поступить иначе, чем он поступил. Поэтому тогда уже возник вопрос, что военных должны судить военные следователи, знающие не понаслышке, что такое война.

Сегодня следователь должен уметь отличить провокацию против работника полиции, которую очень легко организовать, от настоящего полицейского произвола. Должен и понять, что этому способствовало. В соответствии с законом, который я в своё время отстоял с генеральным прокурором Сухаревым, не отменена обязанность следователя устанавливать причины и условия преступления.

«СП»: — В чём причина массовости преступлений, совершаемых полицейскими?

— Мы сегодня чуть что кричим на работников МВД: «Ату их, за решётку!». А между тем, ещё Карл Маркс говорил, что часть вины за любое преступление лежит на государстве. Вы что думаете, полицейские, которые пытали бутылкой задержанного — маньяки и садисты? Нет, это наши сограждане, которые росли в лихие девяностые годы, когда вокруг них творился беспредел. А единственной идеологией было — урвать деньги любой ценой.

Тех же казанских полицейских не научили раскрывать преступления. Почему? Да потому, что произошёл разрыв между средним звеном в МВД и молодым поколением. За последние 18 лет из милиции ушло почти два миллиона человек. Причём уходили — лучшие, профессионалы. А сначала власть сама изгоняла, чтобы легче было провести воровскую приватизацию. Быстро исправить всё это невозможно.

Поэтому я и поддерживаю идею главы Следственного комитета России Бастрыкина: создание нового подразделения будет способствовать более объективному и качественному расследованию преступлений. А кроме того и анализу условий, в которых они совершались. Вот на основе этого анализа можно будет вырабатывать дальнейшие меры.

Но при любой специализации есть и отрицательные моменты. Я надеюсь, Бастрыкин будет учитывать, что люди, которые постоянно заняты работой с правонарушениями в определённой области, постепенно входят в психологический контакт между собой. Нечто подобное случилось с судьями, специализировавшимися на выдаче санкций на арест и обыск. К одному и тому же судье приходил один и тот же работник милиции. У них устанавливались особые доверительные отношения. В результате порой получалось, что разрешения на арест судья «подмахивал», почти не глядя.

Создавая подразделения по борьбе с полицейским произволом, надо сразу же отмести «принцип показателей». В прокуратуре была практика — чем больше дел возбудили против работников милиции, тем лучше. В итоге я могу привести десятки примеров, когда невинных работников МВД направляли по этапу.

«СП»: — После громкого дела об изнасиловании бутылкой задержанного, многие стали говорить о провале реформы МВД. А последние высказывания Нургалиева о введении курса «человеколюбия» для полицейских производят впечатление, что в ведомстве царит растерянность и непонимание, что делать дальше с произволом своих сотрудников.

—  Это не так. Настрой в МВД я представляю. Растерянности там нет. Несмотря на то, что идёт мощнейшая атака на полицию. Кстати, характерно то, что произошло в Казани по юридическим канонам не является изнасилованием. Грамотный следователь не допустит такого выражения, бросающего тень на потерпевшего.

Я нисколько не защищаю подонков, которые пытают задержанных. Это на самом деле предатели. Но отталкиваясь от «бутылки», мы выходим на глобальную проблему. Когда начиналась реформа милиции, было ясно, что потребуется реформа всей правоохранительной системы и общества в целом. В душах реформу быстро не сделаешь. Что касается реформы милиции-полиции, хочу сказать, что она не закончилась. Мы наблюдали первый этап реформы и он удался. Да, удался.

Делать выводы по случаю в Казани о том, что реформа не удалась — скоропалительно и примитивно.

Создана добротная законодательная база. Разработаны новые критерии отбора работников милиции. И 800 человек в позапрошлом году не было принято в ВУЗы, где готовят полицейских, только потому, что при более тщательном исследовании с помощью тестов и детекторов выяснилось, что эти люди имели скрытые склонности к насилию, которые могут развиться при определённых экстремальных ситуациях. При том, что все эти 800 человек были здоровы и прошли медицинскую комиссию.

Кстати, переаттестация работников МВД продолжается. Действует президентская комиссия, которая занимается высшим офицерским составом. То, что мы наблюдали — это была первая, как я её называю, грубая зачистка. Проведена она была в сжатые сроки, влезть в душу каждому полицейскому сразу невозможно. Будут проводится и новые переаттестации с целью всё более тщательного отсева недобросовестных сотрудников МВД.

Фото ИТАР-ТАСС/ Михаил Климентьев

Популярное в сети
Цитаты
Комментарии
Новости партнеров
Фото дня
СМИ2
24СМИ
Новости
Жэньминь Жибао
Медиаметрикс
Новости сети
Финам
НСН
СП-ЮГ
СП-Поволжье
Цитата дня
В эфире СП-ТВ
Фото
Цифры дня